– Наверное, именно эти слова подействовали на меня тогда больше всего, – грустно вздохнул Стасов. – Леночка действительно очень ждала этого ребенка. Она с такой любовью готовила для него детскую комнату, – улыбнулся он. – Я очень люблю свою сестру, мы всегда с ней были не просто родственниками, а и большими друзьями. Мы и сейчас друзья.
– И вы согласились, – тихо проговорила Галя.
– Да, я согласился и ни разу не пожалел об этом: у моего сына прекрасные родители.
– Они до сих пор ничего не знают?
– Нет, об этом никто не знает, кроме меня и врача роддома, но он умер четыре года тому назад. Впрочем, он не собирался никому об этом рассказывать и хранил эту тайну много лет. Так что никто ничего не знает. Нет, кажется, я ошибаюсь, теперь знаете вы, – невесело усмехнулся он. – Не могу понять, почему я с вами так откровенен? Впрочем, какая разница? Наверное, мне давно пора было выговориться. Я ведь тоже храню эту тайну уже тридцать два года.
– Да уж, представляю, как вам было тяжело, – посочувствовала ему Люсьена.
– Согласен, нелегко, особенно когда твой родной сын называет тебя дядей Женей. Вот и представьте мое состояние, когда единственный сын попал в тюрьму. Да, я согласен, за преступлением должно следовать наказание, но он – мой сын. Ведь я так больше и не женился, у меня нет детей, только он. Для кого мне еще жить? Для кого я столько работал? Я не могу позволить, чтобы он похоронил в тюрьме свои лучшие годы.
– Как же вы собирались произвести замену в тюрьме? – с любопытством спросила Люсьена.
– Я вам сказал, что уже все произошло, – напомнил Стасов. – Мой сын на свободе, а его место занял Максим, теперь он – Олег Котов.
– Но как это возможно?
– После того как Олега осудили, адвокат, которого мы для него наняли, подал кассацию на обжалование приговора, и Олега оставили в тюрьме до решения суда. Потом его должны были перевести в колонию, и мне пришлось очень постараться, чтобы этого не произошло. Мало того, мы с адвокатом сделали все, чтобы у него была отдельная камера. В дальнейшем у него обнаружилось заболевание, которое... впрочем, вам это совсем неинтересно. Главное, что Олег оставался в тюрьме, а последние два месяца лежал в тюремном госпитале. Не далее как вчера произошла замена. На машине «Скорой помощи» из тюрьмы был привезен один пациент для снятия кардиограммы сердца, а потом его вернули обратно. Вы наверняка поняли, что увозили совсем другого пациента, а именно Олега Котова.
– А он был в курсе того, что вы делаете ради него?
– Частично.
– А кто же ему передавал все эти сведения?
– Я же вам озвучил сумму, которую получил начальник тюрьмы, – напомнил Стасов.
– Надо же, как просто у нас можно убежать из тюрьмы, были б деньги, – хмыкнула Люсьена. – Обалдеть, я в шоке!
– Можно подумать, это новость, что у нас за деньги тебе Останкинскую башню к дому пододвинут, только заплати, – хмыкнула Галина.
– Напрасно вы иронизируете, девушки, не все так просто, как может показаться на первый взгляд, – возразил Стасов. – Я шел к этому почти два года, и сколько раз за это время мне пришлось все перепланировать заново – одному Богу известно. Даже несмотря на то, что я мог себе позволить заплатить очень много.
– И как же Олег сможет тут жить? Ему постоянно придется прятаться или вы ему тоже сделаете пластическую операцию? – с иронией поинтересовалась Галина.
– Его уже здесь нет.
– А где же он, если только вчера произошла замена? – удивилась Люся.
– Олег сейчас летит на самолете через Атлантический океан, – бросив взгляд на часы, ответил Стасов. – Кстати, мой рейс тоже не за горами, я лечу к нему этой ночью.
– А как же клиника? – удивленно спросила Галина. – Ведь, насколько я поняла, она – ваша собственность?
– Клинику я оставляю на Льва Вениаминовича, он прекрасно с этим справится.
– Дарите, что ли?
– Нет, я подписал документы о партнерстве, пятьдесят на пятьдесят, и мы договорились, что мою половину он будет отдавать моей сестре.
– Она разве не уедет с вами?
– Нет, она не хочет отсюда уезжать.
– А как же сын?
– Сын уже давно начал жить собственной жизнью, виделись они очень редко, особенно в последнее время. Так что никакой разницы не будет: что он здесь, что там. Для нее важно, что с ним все будет в порядке и что я окажусь рядом. Может быть, когда-нибудь она и захочет приехать, но пока нам придется расстаться.
– Кстати, Люся упомянула о пластической операции, – вспомнила вдруг Галина. – А кто же ее делал Максиму? Ведь для этого нужен не простой пластический хирург, а почти художник.
– Вы правы, с Максимом и работал почти художник, – согласился Евгений Яковлевич.
– И как же вы объяснили столь странное желание – сделать его похожим на Олега?
– Галина Алексеевна, сколько же можно повторять одно и то же? Деньги имеют огромную власть над людьми. Никого не интересуют подробности, когда в кармане – Багамские острова, хорошая машина или уютная квартирка в элитном доме на берегу Москвы-реки. Что же касается пластической операции для Олега... Если понадобится, за этим дело не станет, но – вряд ли. С такими деньгами он заживет за границей припеваючи. Никто не будет интересоваться внешностью богатого человека, лишь бы он исправно платил налоги, это не Россия.
– Ну, что я говорила? – возбужденно спросила Люсьена у подруги. – Я знала, что тут замешаны деньги. А вот интересно, сколько Олег наворовал? – задала она наивный вопрос. – Ведь не просто так он столько народу угробил.
– Люсь, ты что городишь? – одернула подругу Галя, показывая глазами на Стасова.
– А что я сказала? – беспечно дернула плечиком Люся. – Об этом все знают, никакого секрета. Евгений Яковлевич, не обижайтесь, мне просто интересно до ужаса. Не зря он хоть сидел-то? Правда, вместо двадцати лет всего два года, но это исключительно благодаря вам, – решила польстить она доктору. – Вы прямо одержимый папаша.
– То, что Олега осудили на двадцать лет, еще не говорит о том, что он действительно виновен в чьей-то смерти, – возразил доктор. – Деньги он взял, спорить не стану, но чтобы кого-то убивать... Нет, в это я не верю и не поверю никогда! Да и деньги он взял лишь потому, что узнал о заказе на себя, и заказчиком оказался не кто-нибудь, а его партнер, да еще и близкий друг. Деньги-то он со счета перевести успел, а вот самому улететь не удалось: арестовали прямо в аэропорту. Олега осудили за хищение в особо крупных размерах, потому что он так и не сказал, куда делись эти деньги, остальное уже додумали следователи с легкой подачи его партнера. Этим вопросом я обязательно займусь немного позже. Тот человек получит по заслугам.
