живых, в том числе Ник и Борис недоумевали сейчас. Только Дакота поняла, кто я.
Если бы Ник понял, что к чему, уже бы подскочил ко мне, но я не могла позволить себе быть слабой и решила довести дело до конца, даже если меня все же убьют. Всегда считала жизни других ценнее своей и сейчас не пыталась что-то поменять.
Гробовая тишина казалось звенящей, а потом я уверенно шагнула в зону управления Боингом. Картина представилась ужасающая. Здесь насиловали девушку, ту самую, мужа которой уже убили. От ненависти к этим животным застилало глаза.
Доля секунды и двоих я убила сразу, а вот третьего нет. Пуля попала в легкое, и он выстрелил в меня. Попал в плечо. Я почувствовала жгучую боль, но опередила следующий его выстрел, и пуля попала в голову.
Я резко бросила пистолет и взяла тот, что висел на поясе. Выдохнула и, раскрыв дверь в кабину управления, увидела террористов, которые нависали над пилотом, угрожая ему. В следующую секунду хладнокровно совершила два выстрела.
Второй пилот был убит, и сейчас наши жизни зависели от одного пилота, который под угрозой смерти пытался справиться с погодными условиями, попутно пытаясь объяснить террористам, что до Пакистана топлива не хватит, а эти мерзавцы диктовали ему свои правила.
Не знаю, возможно, целью было просто уничтожить самолет в определенном месте. Ведь и дураку понятно, что если топлива не хватит, угрожай не угрожай, а самолет не долетит. Когда эти двое упали к моим ногам с пробитыми затылками, заговорила очень быстро.
— Где можно безопасно посадить самолет?
Мужчина обернулся. Его бледное лицо покрывал холодный пот, и он не понимал, что мне нужно. Ведь мой вид ничем не отличался от вида тех ребят, которые захватили этот самолет.
Я сдернула маску с лица.
— Я не с ними. Просто… — выдохнула, когда адреналин зашкаливал, я смогла сделать то, что сделала, а сейчас немного отпустило и хотелось кричать, но я понимало, что еще ничего не кончено. Были опасности: турбулентность и бомба.
— Хорошо, думаю, учитывая наше местоположение, можно запросить аэропорт Махачкалы. Слава богу, мы не пересекли границу. Если мы окажемся на территории Ирана или Турции, проблем не избежать. Сейчас будем надеяться, что наш перелет не помешает другим самолетам. Я сейчас сообщу диспетчерам о том, что случилось и запрошу аварийную посадку.
— Хорошо, я понимаю. Вам нужен второй пилот?
— Да, конечно, — взволнованно отозвался мужчина.
— Я постараюсь найти кого-нибудь, кто способен будет вам помочь. Подойдет человек, не обладающий знаниями пилота?
— Конечно. Любой мужчина сейчас подойдет. Выбирать не приходится.
— Сейчас, — проходя мимо трупов террористов, я краем глаза заметила, как девушка, еще живая, пытается выбраться из под убитого мужчины. Я резко отдернула его за плечи и отпустила. Его бездыханный полуобнаженный труп упал к моим ногам, а девушка казалось, задыхается. Ее состояние было плачевным. Такая психологическая травма не скоро пройдет.
Я протянула ей руку, одновременно помогая привести себя в порядок.
— Идите в салон эконом-класса. Там есть доктор, он поможет, — девушка прерывисто вздохнула, но кивнула. Я поняла, что она меня услышала, и она начала осознавать, что жива, и ее не убьют.
— Ваши дети живы, и вы им нужны, — мои слова как-то сразу заставили пострадавшую пассажирку прийти в себя.
— С-ппаси-бо… — она кивнула и поспешила удалиться.
Когда я оказалась в салоне бизнес-класса, заговорила громко, не узнавая собственный голос, в котором слышались итальянские нотки.
— Внимание!!! Террористы больше угрозу не представляют. Пилот попытается посадить самолет, как только диспетчеры ближайшего аэропорта выйдут на связь.
Никита, узнав мой голос, молниеносно подбежал ко мне, осматривая. В его глазах я увидела бурю чувств и эмоций. Изо всех сил он постарался сохранять спокойствие сейчас. Вероятно, он уже не верил в то, что увидит меня живой.
— Лучиана… — он тут же обнял меня, и я понимала, что он тоже ранен. Здесь убивали, и лишь по воле случая он был ранен не серьезно.
— Говорила же тебе, — отозвалась я, надрывно с трудом выговаривая каждое слово, — не связывайся со мной, я не везучая. — Потом выдохнула, почувствовав тепло его тела, прижавшись щекой к груди. — Где мне второго пилота найти? Можешь быть им, Ник?
— Подожди, так у Бориса образование есть. Он даже летал немного, но потом здоровье пошатнулось, и спустился с небес на землю, — я поверить не могла в то, что услышала, а речь Никиты была теперь обращена к его другу, который к слову не пострадал. — Борис, будешь вторым пилотом! Бегом помогать в отсек управления самолетом.
Борис тут же поспешил исполнять то, что буквально в приказном тоне потребовал от него Ник.
— Отец сильно пострадал? — спросила я.
— Да, пуля попала в грудную клетку, но он все еще жив, нужна помощь доктора.
— Будет, — я резко сорвалась с места, а Ник тут же последовал за мной.
— Док!!! — мой новый знакомый уже дал нужные препараты девушке и осмотрел еще двоих раненых. — Док, у моего отца серьезное ранение, поможете?
— Где он? — тут же поинтересовался мужчина.
— В салоне бизнес-класса. С ним девушка блондинка.
— Сделаю, что смогу, Пикассо. Да, и я не успел представиться. Мое имя Витторио. — У вас замечательная жена, — проговорил врач, глядя в глаза Никиты. Ее действительно Пикассо зовут. Или как это понимать?
— Спасибо, я это знаю, а ее имя Лучиана, — Ник не стал ничего говорить по поводу того, что я еще не жена, а только невеста.
— Ты ведь и сама ранена и муж твой тоже, — обеспокоенно отозвался Витторио.
— У меня не серьезное ранение. Нужно бомбу найти, а вы пока отцу Лучианы помогите. Если бомбу не обезвредим, будет все зря. У меня пуля на вылет прошла, а вот Лучика действительно надо осмотреть.
Меня тут же усадили в кресло, стянули куртку и хирург удалился, а потом вернулся с чемоданчиком, в котором были инструменты, бинты и медикаменты. Хирург действовал быстро и определил, что и у меня пуля прошла на вылет. Рану обработали и заклеили хирургическим пластырем. Ник тоже прошел процедуру обработки раны и получил порцию уколов. Мой новый итальянский приятель на этом настоял.
— Спасибо, док. Никита, нужно срочно бомбой заняться, а то нас по воздух так разметает, что хоронить нечего будет.
— А вот этого никак нельзя допустить. Поспешите, — отозвался Витторио и устремился в салон бизнес-класса.
— Я слышала, что они говорили про туалет. Шептались, когда я еще в салоне эконом-класса под сиденьями пряталась.
— Тогда надо поспешить, — сейчас мы действовали как команда. Ник прошел первым и осмотрелся. На первый взгляд все выглядело
