— Блин, Папаш! Пускай Кен заступит. Не зря же он дурью так обсадился? Всё равно не уснёт теперь. Ещё и по трактирам целый день колобродил, пока мы войну воевали.
— Дуй давай, воитель! И посты под каждым окном расставь, шобы ни одна мышь не проскочила. Особенно, хвостатая!
— О-о-ох… Слушаюсь, есть.
* * *
Ввиду последних событий, Кеншин решил, что его ученик может подождать с отбоем. Под храп и сопение бойцов, принялся учить его обращаться с опасной бритвой. И так её крутил, и сяк, и эдак… Макс всерьёз опасался, что наставник пальцы себе поотрезает в его то состоянии. Но нет, обошлось.
Потом началась лекция о правильной заточке. Чтобы не только побриться можно было, но и горло кому-нибудь перерезать. Всё это сопровождалось анатомическими подробностями. Расположение кровеносных сосудов и голосовых связок, как резать мимо кадыка и чтобы не попасть под струю крови…
Как назло, остальные члены отряда спали в других помещениях. На разошедшегося степняка было попросту некому шикнуть. А сержанты с рядовыми не осмеливались делать замечание командиру.
В какой-то момент на огонёк заглянул Лай. И, похоже, он просёк ситуацию. Но выручать младшего не стал. Даже наоборот, решил малость поднасрать:
— Это ж получается бритву скрытно носить надо? Ваш брат такую мелочь в рукавах обычно прячет?
— Точно. Смотри… — и Кена понесло с новой силой.
Выходя из помещения, Лайонел пакостно ухмыльнулся и подмигнул.
Отправить учителя освежиться в купальне удалось лишь ближе к полуночи. Когда он вернулся, то лампадка уже не горела, а Макс во всю изображал крепкий сон.
Спустя пару минут, с соседнего спального места раздался шёпот, словно зашипела змея:
— Не верю. За дыханием не следишь. Завтра научу, как правильно.
* * *
В кои-то веки, утро началось не раскалённого шила в пятой точке.
На завтраке присутствовали все, кроме Кеншина. Оказалось, что среди ночи Батя отправил его в крепость, чтобы затемно забрался на стену. Местным было незачем знать, что на их небесном бродяге никого нет.
Райнер привёл рабочую группу спустя час после рассвета. С ними, на всякий случай, спровадили Венгу с её взводом. «Всякий случай» подразумевал любопытство местных работяг, но никак не их защиту во время переноски железа.
Остальное воинство должно было выходить на стену. Задача — посев «чеснока», но в этот раз на лестницах и подходах к ним. А повезёт, то и по подвернувшемуся врагу вниз пару ведер запустить можно будет.
Кроме того, предусмотрели и повторение сценария с попыткой штурма. Если опять полезут, то можно будет контратаковать. На этот случай с собой прихватили и бронированные щиты, и весь запас гранат.
Шериф, проникшись вчерашним упущением, выставил пушку с обученным расчётом. Боекомплект, порох и носилки с лафетом несли аж три десятка человек. И, похоже, это была почётная должность. Все разодеты в красно-зелёные комбезы, а старший — вообще писаный красавец. В шляпе с широкими полями и со здоровенным пером, да в наполированном панцире. Наверняка, бутафорный!
Батя хотел было заменить обслугу своими артиллеристами, но не вышло. Оказалось, что орудие выделила из собственной оружейки какая-то знатная семья. А пернатый командир — никто иной, как её глава.
— Ладно! Но если будет под ногами мешаться — сброшу со стены ко всем демонам!
— О! Йа! — воскликнул аристократ. — Сть-ена!
— Тьху ты! Ещё и по-людски не говорит!
Райнер поспешил успокоить наёмника:
— Зергиус. Помягче, битте. Он наш спонсор. Обещал серебра отсыпать, больше чем месячный бюджет стражи. Уважаемый гер риттер жаждет приключений, не будем его огорчать.
— А-а-а, ну раз серебро… — понятливо протянул Батя. — Но один хрен, сзади моих людей этот петух пушку не понесёт. Впереди пускай топает. Точно, скажи, шо ему оказали честь возглавить войско.
Мужики посмеялись и скомандовали построение. Перекличка и проверка оружия прошли штатно. Затем прозвучала команда построиться для длительного марша.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В общем, всё как обычно. Кроме головы колонны. Артисты-артиллеристы шли в ногу, отбивали шаг и держали осанку. Красавцы, конечно, но надолго ли их хватит? И как они драться потом будут, если что случится?
Из общей картины выбивался и Даджой. Он волок на себе целый арсенал: крепостное ружьё, три мушкета, перевязь с пистолетами, пояс, щедро увешанный гранатами. Последние, он собрал у подчинённых, так как от его броска всяко больше толку будет.
По правде говоря, с его физическими возможностями — и пушка без надобности. Солдаты уже возвели в ранг легенды тот случай, когда великан метнул копьё на триста метров. А особо болтливые и про пол километра сочиняли!
— Слышь, Райнер. — Батя закурил трубку и оттеснил нанимателя из общего строя. — Скажи, а у вас тут древние постройки есть какие-нибудь? Ну… Окромя стен этих.
Шериф дал ответ без задержки:
— Только купола. Они, кстати, стеклянные под штукатуркой. Представляешь?
— Брешешь!
— Найн. Сам проверь. Толстенный металлический каркас и двухметровые шестиугольники из стекла.
— Ладно, гляну. Ну а может катакомбы какие? Или башни? Только шоб из чёрного камня. Или, может, слухи какие ходят?
— Да у нас тут почти все старые дома — чёрные. А башни… — шериф смерил наёмника взглядом. — Небольшие башенки есть в ратхаусе и в кирхах. Зачем тебе?
Батя замялся, но тут же и нашёл что сморозить:
— Для общего развития. Мы люди культурные, любим к старине прикоснуться.
— Ага, видел я, как вы к старине прикасаетесь. Меня епископ затрахал уже за вашу идею с подрывами. То главного зодчего пришлёт, то бургомистра. Даже фуражир приходил, за утрату леса плакался. Самое смешное, что я к этим вопросам никогда отношения не имел. А теперь, чувствую, буду козлом отпущения, когда вы восвояси улетите.
Старый лис по-бандитски улыбнулся и понизил тон:
— Дорогой, а тебе не кажется, что церква неспроста на каждом шагу натошнить пытается? Имей ввиду, мы всякой работой не брезгуем. Особенно, когда до конца пристани пару дней остаётся. — прочистив горло, Батя снова заговорил в полный голос, — Ну так, а слухи или байки какие-нибудь?
Настолько «прозрачный» намёк выбил Райнера из колеи. Прежде чем ответить, он несколько секунд молчал:
— Да… Примета дурная есть, чтобы дети сами в подвалы не ходили. Мол, тролль украдёт. Но это всё страшилки детские. Им тысяча лет в обед. Ни у меня, ни у моего предшественника ни одной пропажи не было. Вроде раньше и правда под городом пещеры были, но слишком давно. Никто ничего уже и не знает наверняка. Если честно, то я пытался что-нибудь найти в записях, когда бедави прилетели. Тайные ходы, партизанские вылазки, всё такое… И, похоже, не я один до этого догадался. Думаю, что те случаи с грабежами — дело рук разведки пустынников. Лёгкий путь за стены ищут!
— Ух! Сволота! — наёмник то знал правду, но, приличия ради, возмутился.
В разговор внезапно встрял Лайонел:
— Папаш, папаш! А пускай эти ряженные песню затянут! Про какую-нибудь Герду, которая мужа с войны не дождалась.
— Слышь, а шо ты такой бодрый? — Бате хватило одного взгляда на подчинённого, чтобы понять — в наряде тот спал!
— Это Кен меня вчера настращал перед сном… В смысле, перед его сном. И конфеткой угостил.
— Твою мать! — выругался командир и ему тут же вторил Райнер:
— Твою мать!
Едва колонна вышла на верх стены, как стали видны столбы чёрного дыма. Посты подавали сигнал тревоги по всему периметру оккупированной территории. Навстречу бригаде уже нёсся посыльный.
Глава 26
Гонец оказался со второго по счёту поста. Задыхаясь, доложил, что внизу лестниц у их позиции собирается неисчислимое войско. Со знамёнами, пушками и уже даже в узкие коробки построились. Значится, чтобы по ступеням сподручней подниматься было. Это был второй сектор от центра острова.
