более пяти-шести коротких встреч.
- Затем, что как гласит известный постулат: предупрежден – значит, вооружен. Маркиз Гарнет один из представителей нейтрального дворянства, но из-за связи дочери с принцем, когда начнется настоящая борьба за власть, не факт, что он не переметнется на сторону графа.
- Нет, отец бы ни за что не…
- Ты не можешь этого знать наверняка. Опустить вопрос о происхождении принца Саймона, всегда, когда есть двое наследников, даже если они родные братья, интриги неизбежны. Сам принц может не желать трон, но вокруг него непременно есть люди, из-за собственных амбиций и выгоды жаждущие надеть на его голову корону. Поэтому, когда по твоей вине помолвка Тиффани и Саймона был разорвана, маркиз Гарнет не противился подобному исходу, напротив, вздохнул с облегчением. Он очень умен и осторожен. Из-за этого он даже позволил своим детям самим решать вопросы брака, дабы кто-нибудь снова не решил втянуть его семью в новые политически игры. Не каждому желающему союза маркиз мог бы отказать. Определенную роль сыграла и его вера в то, что его дети совершенно не заинтересованы в романтических отношениях. Проще сдаться, чем тщетно пытаться заслужить благосклонность у несведующего занятого делами рода наследника титула, непреклонной и своенравной первой леди Гарнет, отрешенной второй леди, - на этом моменте в голосе Джона слышится ирония. - Или у младшего сына рода, у которого в голове одни лишь поединки.
- Это… - выдыхаю я, размышляя о сказанном мужчиной.
Так и есть. Ведь не по одной доброте душевной отец соизволил даровать подобную свободу, о которой отпрыски столичных дворян не смеют и мечтать. А принял он подобное решение во время неожиданного визита…
- Юриан, - произношу тихо. – Это же как-то связано с ним.
Джон кивает, невесело усмехнувшись.
- Да. Вульгарное чудовище в шкуре элегантного аристократа. Сумасшедший пес на поводке графа Фолджера. Его приемный сын. Неофициально, разумеется.
Хм, Алисия упоминала о том, что Юриана усыновили. Из всех персонажей гарема он был самым загадочным и тихим. Красиво ухаживал, ни к чему не принуждал девушку…
Но вдруг. Вдруг, это было специально? Алисия – служанка дома Гарнетов. Что, если Юриан специально сблизился с ней. Не потому, что она – его подруга детства, а имея свои скрытые мотивы.
В той ветке игрового сюжета Тиффани была невестой Саймона, помолвка оставалась в силе. Возможно ли, что через горничную Юриан добывал какие-то сведения или влиял с ее помощью на ее госпожу, первую леди Гарнет?
Но…сумасшедший? За пару коротких встреч он таковым не казался, хотя, такой человек должен уметь хорошо скрывать истинное лицо.
А ведь…меня предупреждали, что Юриан опасен. И Ричард, и Джонатан, оба говорили не связываться с бароном Флемингом.
39
– Он ведь…специально со мной хотел сблизиться…И это предложение пожениться…
– Да, - кивает Джонатан, протягиваю руку и беря мою ладонь в свою. Тепло его кожи заставляет меня почувствовать себя лучше.
Значит, Юриан имел определенную цель, пытаясь подобраться ко мне поближе. Тифф рассталась с Саймоном, было маловероятно, что наша семья поддержит его возможные притязания на трон.
– И этот подонок бы преуспел, если бы леди Шарлин Гарнет оставалась бы той же самой леди, которую я встретил три года назад, когда только устроился работать в ваш дом. Но… что-то в ней внезапно переменилось. После недели, проведенной за закрытой дверью комнаты, она вдруг вышла совсем другим человеком…Благословение небес, не иначе.
Кровь отливает от моего лица.
Глупо. Очень глупо было думать, что изменений в поведении человека никто не заметит. А сестра? Братья? Родители? Все они тоже поняли, что я – не их Шарлин?
– Все в порядке. Это совсем не важно. Шарлин, – зовет Джонатан. – Посмотри на меня.
Медленно поднимаю голову от наших сцепленных рук.
– Все хорошо. Изменилась ли ты, оказалась ли кем-то другим, получила провидение свыше…Это не важно. Я знаю тебя настоящую. Такая ты – заботливая, внимательная к окружающим, добрая, необыкновенно прекрасная, словно сошедший с небес ангел. Ты видишь людей такими, какие они есть. Тебя не заботит иерархия и происхождение, ты ставишь во главу угла справедливость и правду. Ты – самый лучший человек из всех, кого я знаю. Такой светлый, такой теплый…Рядом с тобой хочется верить в лучшее. Но я не достоин. Не достоин твоей любви, твоей заботы…
– Ш-ш-ш, – кладу пальцы на губы мужчины и отвечаю с улыбкой. – Ты тоже замечательный. Я сама тебя выбрала. Понимаешь? Такого какой ты есть. Со всеми плюсами и минусами. Неразговорчивого и упрямого, загадочного и сложного. Во мне тоже полно недостатков. Никто не совершенен.
Некоторое время мы молчим.
Солнечные блики пляшут на деревянном полу в этой темной полупустой комнате.
– Смотри, – произносит Джон, указывая на одну из полос. – Как будто кто-то картины рисует.
Я улыбаюсь. Он может видеть красоту в таких мелочах.
– Даже в темноте есть место для света.
Именно такие моменты напоминают о том, что даже в самых сложных ситуациях есть место для надежды и поддержки.
– Кто довел тебя до такого состояния? Почему? – спрашиваю снова, не желая оставлять эту тему.
– Ты ведь примерно догадалась, кто именно мой наниматель? – отвечает мужчина вопросом на вопрос.
Догадалась? О чем он? Джон сказал только, что его наняли наблюдать изнутри за делами моей семьи, потому что Саймон узнал правду о своем происхождении и представлял собой неразорвавшуюся готовую детонировать в любой момент бомбу, а Тиффани тогда еще была его официальной невестой, что привлекало к нашему семейству внимание.
А.
Понятно.
Кто еще мог знать о том, что Саймон узнал о своем происхождении.
– Это король?
Джонатан выдавливает смешок и сразу же шипит сквозь зубы от боли:
– Можно и так сказать. Он действует через доверенных лиц. Не думай, что я настолько важная шишка, чтобы отчитываться его величеству лично. Корона неплохо платит, да и выбора особо не было отказаться. Такие люди как я не имеют права решать, делают то, что приказали власть имущие либо оказываются в безымянной могиле.
– Не понимаю, – тяну медленно. – Разве во дворце мало прислуги? Зачем искать кого-то со стороны?
– Меньше следов, проще скрыть улики, и…избавиться от провалившего задание или попавшегося не тем людям исполнителя, – поясняет Джон. – Но мое нынешнее состояние – дело рук мне подобных. Люди, работающие на государство и официальную власть, руководствуются совестью. У наемников же
