должны получать по заслугам! Я выше того, чтобы преклониться перед волей кого бы то ни было и отказаться от собственного счастья. Только борьба делает людей сильнее!
Бирюзовые глаза напротив полыхают синим пламенем.
Поперхнувшись слюной, прокашливаюсь, не находясь, как и что ответить. Разбив скорлупу обыденности, социальных устоев и насаждаемых веками ценностей, Тифф переродилась. Рожденная ползущей гусеницей, обратилась летящей бабочкой.
– Шарли, ты со мной? Невозможно быть счастливой, если другие вокруг несчастны. Завтра это то, за что мы сражаемся сегодня! Каждый старается, все достигают!
Помогите! Я создала демона! Беспощадного и совершенно безумного!
Поражаясь энтузиазму Тифф, собравшей самые известные девизы борцов за независимость, слабо киваю – что еще мне остается – обещая себе поддерживать ее в этом стремлении, направляя его в мирное русло, чтобы эта порхающая бабочка не оказалась однажды в рамке под стеклом.
41
Вопреки ожиданиям Тифф, приглашения на свадьбу Розетты и Юриана мы так и не получили. А все потому, что никакой свадьбы не было. Всего лишь заметка спустя три дня после инцидента в лабиринте из живой изгороди королевского сада в столичном вестнике о том, что эти двое сочетались официальным браком, безо всякого торжества.
Что ж, и на этом спасибо. Отделались малой кровью от двух докучавших мне и Оливеру интриганов. Можно теперь быть уверенной, что они теперь сто раз подумают, прежде чем что-либо предпринять.
Джонатан идет на поправку на удивление быстро. Я его частенько навещаю, пристально следя за процессом выздоровления, испытывая отчасти вину за то, что ему досталось из-за меня.
Как говорит лекарь, дело не только в первоклассном лечении – плату за которое мужчина вознамерился вернуть мне до последней монеты, несмотря на мое несогласие – но и в крайне могучем телосложении, молодости и способности организма к ускоренному восстановлению, добытому годами упорных и изнурительных тренировок.
С чаепития во дворце минуло уже полмесяца. Во дворце и за его пределами наблюдается странное затишье.
Дела у отца пошли на лад, видимо, все же нам не грозит банкротство – чую, есть в этом всем какой-то подвох. Даже если вдруг Фолджеру стало не до нас Гарнетов, а Юриан, женившись на Розетте, разрушил собственный план – загнать отца-маркиза в трудную ситуацию, чтобы потом выступить перед ним спасителем-кредитором, сделав навеки своим должником – и потерял шанс породниться с нашей семьей, и как следствие, возможность склонить нейтральное семейство Гарнетов на сторону Саймона и Фолджера, что-то неумолимо подсказывает мне, что обещание Ричарда вмешаться и прийти на помощь не было пустым.
Насчет же этих двоих, что родные отец и сын…
Не уверена, что второе высочество знает. Говорят, он чем-то разозлил короля и тот посадил его под замок. Принцу запрещено покидать собственные покои во дворце, никому другому кроме семьи тоже нельзя его навещать. Вряд ли Ричард, учитывая их склоку, будет рад составлять Саймону компанию.
К тому же, у наследника полно дел.
Джейсон горит энтузиазмом. Проект с навигационное системой для армии продвигается успешно и опережает все сроки.
Почему я знаю?
Потому что у меня в этом деле есть доля.
Изначально пятьдесят процентов, но после вмешательства Ричарда и его щедрых вложений она сократилась до пятнадцати процентов. И все же, в эволюционировавшем под влиянием короны деле государственной важности иметь даже эти небольшие цифры, дорогого стоит.
Гарантия железобетонная, плюс, нет большего кошелька, чем королевская казна. Можно ни о чем не беспокоиться и ждать возвратности инвестиций.
А если еще и взять во внимание, что патент у нас с Джейсоном на двоих, и после дел с военными, можно переключиться на гражданское поприще…перспективы многообещающие!
И это только речь о навигации и маячках. А ведь у меня еще столько идей!
За всеми этими делами бедняга Джейсон совсем позабыл о Брианне. Хотя, может и не позабыл, просто не имеет достаточно времени для ухаживаний. Чем ловко и воспользовалась моя драгоценная сестрица, заняв все свободное время леди Монтгомери и ее подруг своими открывшимися недавно воззрениями на жизнь и положение женщины в обществе.
В нашем доме теперь стало гораздо оживление, два раза в неделю гостиную для проведения своих собраний оккупируют члены организованного Тифф Союза борьбы за свободу угнетенных и недооцененных.
С легкой руки старшей сестры я – вопреки высоким постулатам организации никто моего мнения не спрашивал – назначена ее заместителем и казначеем.
Теперь ничего не поделать, остается следить, как бы Тифф не начала революцию и не ударилась в радикализм.
Вынуждена признать, лидерские навыки сестры достойны самых высоких похвал, аристократки слушают ее, разинув рты. Список членов Союза стремительно растет каждую неделю. Скоро мы уже не сможем вместиться в просторной гостиной особняка и придется подыскивать местечко получше.
Хм, боюсь, с такими настроениями, растущими среди незамужних леди сродни пожару, боюсь, наследнику трона будет непросто найти себе подходящую партию.
Королевская черта вознамерилась женить своего старшего сына до конца года, что значит, срок им остался менее шести месяцев, но подвижек на этом поприще после чаепития, закончившегося скандалом с легкой руки из закулисья интриг Розетты и Юриана моей Тифф, не наблюдается. Думается мне, Ричард выдохнул с облегчением, по принцу не скажешь, что он жаждет обзавестись принцессой.
– Неплохо, – киваю я, подняв глаза от каталога с платьями.
В портной лавке сегодня, в будний день с утра пораньше никого.
Черный костюм, маска, украшенная перьями ворона, Оливеру очень идет.
Блондин улыбается.
Свой юбилей его величество король Хендрик Элертон, властитель Элертона, повелитель великих северных пустошей, самодержец южных берегов Порт-корланда собирается отмечать с размахом.
На полуночный бал-маскарад приглашены несколько сотен гостей. Празднество будет идти ночь напролет и закончится с восходом солнца, который ознаменует смену сезонов. Жаркое лето подойдет к концу и начнется осень, период медленного угасания и засыпания природы до следующей весны.
– Не слишком ли мрачно?
Еще раз оглядываю брата, в этот раз более пристально. Действительно хорошо, но…
Джонатану бы больше пошло. У него и фигура получше, и аура подходящая…
– Да, ты прав. Примерь-ка еще раз тот, горчичного цвета, – говорю после нескольких мгновений размышлений, лишенным искренности голосом.
Прости, Оливер! Но ведь тебе все равно не на кого производить впечатление!
Пока старший брат наивно следует совету своей драгоценной младшей сестры, облачаясь за дверью примерочной в оранжевое одеяние и маску льва с пушистым золотым мехом по краям, умыкаю снятый им черный наряд и маску и спешу расплатиться и упаковать одежку.
Сегодня среда – день очередного собрания. Спасибо братцу,
