– Надеюсь, я его не очень сильно поранил? – смущенно пробурчал король. – Спасибо Дженне, успела отвести удар. По-моему, нож скользнул по ребру и грудине. Немного больно, много крови, но ничуть не опасно.
Просперо помог варвару закрепить на кольчуге нагрудник с королевским львом и перепоясаться мечом (оборотни привезли из замка и вернули Конану его аметистовый клинок, выкованный гномами на Подземном Огне). Они выбрались наружу, хлюпая сапогами по жидкой грязи, быстро миновали взбудораженный аквилонский лагерь и направились туда, где в серо-синих сумерках раннего утра возвышался голубой шатер Чабелы. С холма, занятого зингарской королевой, открывался гораздо лучший обзор.
В походной резиденции государыни Моря и Суши вовсю кипел небольшой военный совет, у входа, ожидая приказов, топтались аквилонские, зингарские и хауранские гвардейцы, а Конан отметил, что фургоны и повозки, принадлежащие свите Чабелы, выстроены у подножия холма в полевую крепость – они полностью окружали возвышенность, закрывая собой палатки. Похоже, Чабела всерьез опасалась нападения с той или иной стороны.
– Нечего бояться, – войдя в шатер, Конан сразу услышал твердый голос Эрхарда, возражавшего насупленной зингарке. – И Ольтен, и Тараск отлично знают, что мы – просто наблюдатели.
– Они-то знают, но в бою может всякое случиться, – невыспавшаяся Чабела (на сей раз облаченная в легкий дамский доспех с сине-зеленой эмалью и золотой чеканкой) озабоченно взирала на подробный план окрестностей замка Демсварт, разложенный на столе. – Да, ничего не скажу, моя самая крупная политическая победа обернулась провальным поражением.
– Да брось ты! – отмахнулся Конан. – Настало время думать не о победах и поражениях, а о нашей общей безопасности. Ну как, глава Совета Семи королей, передашь мне командование?
– А ты в очередной раз не натворишь глупостей? – ехидно осведомилась Чабела, явно припоминая вчерашний досадный инцидент с Ольтеном. – Запомни, наша задача крайне проста. Стоять, смотреть, обороняться, если нападут. Никакой самодеятельности. Конан, пообещай, что никуда не двинешься с холма, даже если по вине Даны или ксальтоуна небо упадет на землю!
– А если до ветру понадобится? – усмехнулся Конан. – Здесь же дамы!
– Ничего, мы отвернемся, – поджала губы Чабела.
Некоторое время ушло на обсуждение диспозиции: походную крепость дополнили повозками аквилонского посольства, сразу за ними укрыли несколько десятков лучников, а всех конных разместили тремя большими отрядами по сторонам от вершины холма, так, чтобы прикрывать королевские палатки с Восхода, Заката и Полудня. Если кто-то попытается атаковать Совет Семи королей и его охрану, гвардия вступает в оборонительное сражение, а достойные монархи могут либо отступить (по просьбе Чабелы этой ночью со стороны ближайшего городка к стоянке пригнали десятивесельную торговую галеру), либо действовать по своему усмотрению. Ясмела, Тарамис, графиня Клелия и те, кто совершенно не желал погибать из-за глупой случайности, предусмотрительно перебрались на корабль, готовый отплыть в любой момент. Альбиорикс Бритунийский, напротив, горел желанием поучаствовать в драке и полностью вооружил пять десятков своих охранников и дворян.
Ветер донес со стороны полей низкий гул, какой появляется при выступлении конницы, и смутный грохот барабанов. Конан, Чабела и все остальные мигом выскочили посмотреть, что происходит.
– Понятно-понятно, – варвара охватило злое боевое нетерпение. Прикрыв ладонью глаза, он жадно всматривался в развернувшуюся перед ним картину. – Кром и Митра, прямо живой трактат по военному искусству, глава «Штурм укрепленного лагеря»! Позиция у Ольтена явно выигрышная, а, Просперо?
– Самая что ни на есть, – подтвердил пуантенец. В прозрачном и стылом весеннем воздухе стоянка мятежников, расположенная на холме к полуденному восходу, различалась с поражающей четкостью. Над кольцом повозок, таким же, как защищавшее лагерь посольства, метался под ветром установленный на самой макушке возвышенности штандарт немедийских цветов с белой восьмиконечной звездой. Дальнозоркий Просперо указал Конану на какие-то суетливые перемещения за повозками:
– Арбалетчики. У Ольтена их в избытке. Щитники, видимо, стоят в глубине лагеря, а тяжелой конницы совсем не заметно. Похоже, принц спрятал кавалерию за стенами Демсварта. Великолепный выбор места: атакующим придется карабкаться вверх по склону под ливнем стрел. Таким образом, превосходство Тараска в рыцарской коннице сведется на нет, а пехота, прежде чем вступить в бой, протопает пол-лиги по распутице и совершенно вымотается. То ли у Ольтена и герцогини Эрде-младшей хорошие советники, то ли молодые люди старательно проштудировали десяток трактатов о ведении войн.
– Говорят, у гномов есть похожее построение, – задумчиво добавил Эрхард. – Стена щитов.
– Пожалуй, – согласился Просперо, бросив взгляд на разворачивающиеся в долине боевые порядки. Легаты Тараска Эльсдорфа, не мудрствуя лукаво, сбивали тяжеловесных мечников в два широких клина, нацеленных остриями на укрепленный лагерь участников Рокода. – Стрелки с арбалетами на флангах прикрывают пехотинцев. Но даже тогда Тараску придется заплатить жизнями троих своих воинов за одного убитого мятежника. За повозками, не забывай, их встретят в мечи и топоры.
– Тогда конницей ударить! – войдя в азарт, рявкнул король Аквилонии.
– Пока всадники будут скакать через равнину, из Демсварта вылезет резервный отряд, и готово дело, – буркнул Эрхард. Просперо и Чабела согласно покивали.
– Месьоры, даже не будучи столь искушенной в ратном деле, могу сказать, что наверняка вы совершенно правы, – негромко сказала зингарка, теребя крупный аметист на навершии изящной даги. – При такой расстановке сил иного и случится не может. Но не думаете же вы, что военачальники Тараска глупее нас? Полагаю, они давно пришли к таким же умозаключениям.
– И не захотят платить тремя жизнями за одну, – хмыкнул король Пограничья. – Эй, что там такое?
Конан повернулся налево и воззрился на неожиданно вспыхнувший у подножия Посольского холма гигантский костер. Огонь разгорелся мгновенно, что доказывало – его создание явно не обошлось без магии.
– Скорее всего, последний обряд в честь несчастного графа Монброна, – вздохнула Чабела. – Какие мы все-таки бессердечные. Райан передал мне через Тотланта просьбу придти, а я…
– Ничего, выпьем за Маэля вечером, когда дело решится, – ответил киммериец, наблюдая за поднимающимся к небу столбом оранжевого пламени. – Жалко парня. Зря я втянул его в эту безумную карусель.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
