И Роар, стоявший рядом с Зеуром слышал, как маг горестно выпустил воздух.
— Ладно. Дальше, — кивнула Хэла. — Уверенные, что чёрная ведьма у Горанов так себе, они стали крутить гайки, но был же запрос и на белую? И тут они сделали, как надо. Только отдали её раньше положенного, потому что нужно было время, чтобы прижать окончательно и белый призыв стал поворотным моментом. Великий заставил ферана Изарии заниматься какой-то тупой работой, подальше от дома.
И теперь она просто уничтожала взглядом мага.
— И, чтобы было понятно, то нападение на ярмарку, — но рассказывать продолжала для Горанов, — у них были чёткие цели. Надо было постараться убрать Роара, Элгора, Брока, Тёрка… Самоубийственное задание, но видимо было рассчитано на то, что хоть где-то выгорит. И, вот отлично подставился достопочтенный митар. Феран понятно возвращается, а приказ эла не выполняет. До конца, так сказать. Правитель в гневе, ему в костерок негодования подбрасывают ещё дровишек. Уже через Дэшаю, обещая ей златые горы, суют заговорённые камни в руки её душегуба-сынка с манией величия. Письма всякие. Ищут недовольных и тянут на свою сторону. А тут ещё Зеур.
Она прервалась и Роар перевёл взгляд на мага.
— Вы вкурсе, что Ворг — тан матери Зеура? Не? А вот теперь вкурсе. И когда я наложила на этого прелюбодея заговор на импотенцию, он пошёл с этим куда? Правильно — к магу. Маг уже тогда, как я понимаю, смекнул, что я не просто ведьма. И предложил Воргу меня, что? Выкрасть!
Тут она прыснула со смеху. Но этот смех пробирал до жути.
— И благодаря этому я перевалила кучу народа, да? — прошипела ведьма. — Потому что тупые мужики не смогли нормально разобраться какая, твою ж, ведьма им нужна!
И снова стала говорить с небрежностью и словно шуткой:
— Но маг не унывал. Он же так старался рассказать о том, какие ведьмы жуткие создания. И неудачное нападение на Трит пошло на пользу. И портал в Зарне перед переходом из Трита был закрыт стараниями уважаемого мага, так? И он так хотел, чтобы я всех в лесу завалила, чтобы прийти к ферану и сказать, что я неуправляемый монстр, чудовище и все в доме в опасности. А главное, что всё это он делал не идя вразрез с заданием первого мага по ослаблению Изарии.
— Чтоб тебя, — и слыша это, понимая, видя картину целиком, Роар был готов придушить Зеура, которого действительно считал другом. Они ведь выросли вместе. Но не было повода не верить словам ведьмы.
Маг стоял пристыженный, он смотрел в пол, словно ожидая, что кто-то из Горанов его убьёт. И митар был готов, потому что всё, что они пережили… в этом была доля вины их мага! Но посмотрев на Рэтара, Роар себя сдержал.
Рэтар вообще казалось перестал дышать. Он стоял таким же хмурым, с тем самым выражением лица, которое было у него обычно на войне. Отрешённое, скорбное, но решительное. Казалось, он не слушал, хотя конечно это было не так. Роар почему-то не сомневался, что его тан мог бы повторить рассказ Хэлы почти слово в слово. Но какова истинная реакция ферана — было не понятно.
— Но я к сожалению спасла Эку и её дочь. И тут уже не скажешь, что я чудище заморское? Так? — она хмыкнула. — Но, Роар, в оправдание мага скажем, что он всё же кое в чём оказался полезен. Мне помог, о визите великого предупредил. И в конечном итоге очень хотел вам во дворце помочь, просто не смог.
И митар взглянул на Хэлу с вопросом.
— Он должен был вытащить тебя из дворца, помочь сбежать, когда Рэтара схватили, — пояснила ведьма. — Потому что по плану — Рэтара казнят за какую-то фигню. Например, за то, что пригрел в постели чёрную ведьму, а отдать её греть постель великого, вот те раз, не согласился. И ему рубят голову, за предательство. А ты, становишься предводителем восстания. Твоя горячая голова была бы очень кстати. И тебя любят в Изарии, уважают, как и твоего тана. За тобой пошли бы люди. Они захотели бы отомстить за несправедливую казнь своего обожаемого ферана. И, здравствуй, революция!
Когда она сказала про постель митар видел, что Рэтар словно пришёл в себя, обратил на неё взгляд. В глазах тана стояли слёзы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А сейчас, — улыбнулась она очень грустно. — Вокруг этого дома стоят три отряда воинов верных первому советнику. Этот ваш бесцветный отправил определённую часть армии в сторону границы Изарии. Тёрк обороняет Горш, в котором из портала сыпятся враги. А в Зарне Элгор и Брок, пытаются отбиться от Ворга и собранного им отряда из шальных.
— Что? — Роар не мог поверить, что они стоят и слушают то, что она говорит пока происходит такое. — Хэла?
— Не рычи на меня, достопочтенный митар, — спокойно произнесла она. — Свою работу я знаю. И враг Изарии будет повержен. Но, увы, потерь с нашей стороны всё же не избежать.
— Мальчик…— прошептала Милена, вспоминая о младшем сыне эла и об условии ведьмы, которое получается было не соблюдено. — Ты его теперь убьёшь?
Хэла лишь улыбнулась.
— Полагаю, что магу надо бы открыть портал в Зарну, — ответила она и перевела взгляд на Зеура.
Тот кивнул, с трудом пошёл в сторону портала, Роар, подгоняемый тревогой, потянул Милену за ним, оставляя тана с Хэлой наедине.
В Зарне творился непередаваемый разгром. Однако чёрная ведьма действительно выполнила свою работу — все напавшие на дом были повержены.
И Хэла не была бы собой, если бы это не было сделано с невероятным цинизмом и насмешкой. Ворг и собранные им для нападения шальные в буквальном смысле по колено вросли в изарийскую землю, не имея возможности выбраться самостоятельно.
За созерцанием этой нелепой картины Роар и нашёл своего брата. С тугой повязкой на глазу Элгор был не просто жив — он был вполне боеспособен.
Однако поблагодарить Хэлу митар не смог — феран вернулся в Зарну один.
Что случилось Роар выяснить так и не смог — на вопросы Рэтар не отвечал, а потом и вовсе отгородился от всех, запретив кому бы то ни было заходить к себе в комнаты.
А дальше у митара просто не было возможности и времени разбираться с этим, потому что пришлось выполнять работу ферана самому. И как назло Тёрк после того, как отстоял Горш, обратно в Зарну не вернулся и просто пропал.
Во всем этом Роар не заметил, что разум Рэтара стал таким же безумным и затуманенным, как и у его отца после потери супруги и дочери. А когда заметил, то стало понятно — опоздал, потому что Рэтар утопил своё горе в дурмане. Стал далёким, пустым и отчужденным. И попыткам спасти его был совсем не рад — открыто агрессивен и опасен.
И Роар сдался. Сдался под напором обстоятельств, которые были сильнее его. Под напором обязательств и попыток найти решения для казалось безвыходных ситуаций.
И, в конечном итоге, подкошенный опасностью потери своей Милены.
Глава 13
Он шёл по побережью уже больше луня. От селения к городу, от города к селению. В некоторый городах были порталы, но Налут был обширен и порталы не очень помогали, потому что всё равно приходилось заходить в селения, что были возле городов.
Это был седьмой по счёту большой город, до которого он добрался. Селения уже перестал считать.
Нить бледнела и с ней таяла надежда найти Хэлу живой.
На главной площади были торговые лавки. В хлебной за торговлей стоял невысокий тучный мужчина, с густыми бровями, чисто выбритым лицом и глубоко посаженными глазами, смотрящими с лукавым прищуром.
— Доброго дня, господин, — склонил голову пекарь. — Чем могу помочь?
Рэтар достал небольшой фрит и положил руку перед хозяином так, чтобы тот видел камень.
— Ответ на вопрос.
— Слушаю, господин, — глядя на камень у торговца загорелись глаза.
— Я ищу чёрную ведьму.
— Любую или особенную? — прищурил глаз мужчина.
— В городе или окрестностях есть чёрные ведьмы? — Рэтар сжал фрит в кулаке, не собираясь вестись на тон торговца.
— Есть, — поторопился ответить пекарь. — В Эссане, точнее не в самом селении, а где-то недалеко.
