Срочно, медлить нельзя!
Бикс кинулся звать солдат, а Аллейн не преминул отчитать себя:
– Гениально, Родерик. Ума палата, молодец! А теперь прекрати посыпать голову пеплом и берись за дело.
Он обернулся на топот нескольких пар ног. В дверях стояли Бикс, Брейлинг и Сандерс. Бикс выглядел неважно, зато солдаты были готовы взорваться от ярости. Брейлинг еле сдерживался, стиснув солидные кулаки.
– Что еще, Бикс? – устало спросил Аллейн.
– Рядовой Поусетт, сэр. Нигде не можем найти. Сбежал.
Брейлинг заговорил первым:
– Мы ждали в палате, сэр, как вы сказали. Я увидел, как вы бежите через двор, и вышел на крыльцо. Я могу поклясться, что Боб стоял за мной, вот просто присягнуть готов! Но я обернулся – а его и нет.
– Ублюдок, – пробормотал Сандерс, вторя прозрачному намеку Бикса, что Поусетт и обчистил сейф.
Брейлинг на языке маори произнес то ли ругательство, то ли заклятье, которое Аллейн нашел убедительным и, будь он на месте рядового Поусетта, чрезвычайно устрашающим.
Решив утихомирить солдат и заручиться их сотрудничеством, вместо того чтобы позволить копить гнев, Аллейн, сдерживаясь, сказал:
– Подозреваемые разоблачают себя с пугающей скоростью. Сержант, оставим этих славных парней заниматься обыском, а сами безотлагательно наведаемся в морг.
– Я так и подумал, сэр, и приказал остальным пока вернуться в транспортный отдел. О викарии они пока не знают, но скоро догадаются.
Взглянув на часы, Аллейн поморщился. В скудной инструкции, поступившей ему от руководства, четко говорилось одно: наиболее вероятное время связи – рассвет. Какие будут последствия этого сеанса связи, была ли за последние две недели замечена повторная передача информации на японскую подводную лодку или еще что похуже, сыщик не знал. Поусетт явно влип в такую передрягу, что Аллейн искренне надеялся отыскать негодяя раньше, чем им придется расхлебывать последствия.
– Знаете, Бикс, – сказал он, когда они подходили к транспортному отделу, – мне кажется, что я всю неделю мучительно ищу иголку в стоге сена, и едва среди травинок сверкнуло искомое ушко, как забрезжившую догадку скрыла пелена чудовищных событий короткой летней ночи. Предчувствую, что близится сокрушительный финал. Честное слово, если сейчас из дикой чащи в окружении фей появится Основа с Титанией[10] в арьергарде, я не удивлюсь.
– Кто появится, сэр? – не удержался Бикс.
Аллейн поднял руку, призывая к молчанию. Откуда-то донесся звук заводимого мотора. Сначала мотор зачихал и заглох – не сработало зажигание, но машину снова завели ручкой, на этот раз энергичнее, и мотор ожил и заурчал низко и ровно.
В транспортном отделе мистер Глоссоп тоже испустил низкий рык, вскочил на ноги и, оттолкнув с дороги сестру Камфот и доктора Хьюза, бросился во двор с задушенным воплем:
– Мой фургон! Это же мой фургон! Кто посмел, так-распротак?
С неожиданным проворством, которого не ожидал никто из собравшихся – и комментировать которое не стала даже Розамунда Фаркуарсон, – Глоссоп слетел по ступенькам, как спугнутый тучный лесной голубь, перепрыгнул клумбу, разделявшую корпуса, и бросился к главной аллее. Остальные побежали следом. Аллейн громко требовал, чтоб Глоссоп вернулся, однако тот и ухом не повел.
– Стой, черт тебя дери, стой! – орал Глоссоп вслед фургону. Фары не горели, и в темноте водителя невозможно было разглядеть.
Бросившись наперерез, Глоссоп выскочил на дорогу прямо перед фургоном, который резко вильнул, чудом избежав столкновения. Оставив следы на газоне, угонщик выровнял машину и поехал к воротам. Мотор глох и вновь оживал каждые несколько ярдов – сидевший за рулем не знал капризов фургона так хорошо, как хозяин, – однако все равно ехал быстрее, чем бежал кассир. Все в ужасе смотрели, как фургон набрал скорость, мелькнул в больничных воротах и свернул в направлении моста.
– Угонщик, должно быть, совсем потерял голову, – сказала Сара Уорн. – Даже если вода опустилась ниже мостовин, колесо застрянет между досок. Тем более одна покрышка спущена!
– Все с покрышками в порядке, – мрачно сказал Аллейн. – Фургон ехал неровно, потому что водитель в панике. Все четыре колеса не хуже новых.
– Но этого не может быть, – заикаясь, проговорил Глоссоп. – Она – ну, главная сестра – клялась, что запасных покрышек нет. Она говорила, что…
– Долго объяснять, – перебил Аллейн и повернулся к Саре Уорн. – Полагаю, вы лучше всех знаете служебный автобус, мисс Уорн?
– Наш бусик и в лучшие времена тот еще капризуля, – отозвалась Сара, – но я попробую с ним сладить.
Аллейн обвел взглядом собравшихся – на лицах, обращенных к нему, читался страх – и принял решение.
– Берите в автобус Бикса и поезжайте как можно быстрее и дальше за фургоном мистера Глоссопа. Хьюз, вы поедете с ними. Кто бы ни сидел за рулем, он в отчаянии. Если угонщик решится пересечь реку, может потребоваться медицинская помощь. Я лишь надеюсь, что не решится.
Доктор колебался, но Сара взяла его за руку, и Хьюз овладел собой. Они поспешили к автобусу.
– Да, вот еще что, Хьюз! – окликнул его Аллейн.
– Что, сэр?
– Вам доводилось бывать в бою. Постарайтесь обеспечить, чтобы угонщик не выкинул ничего… – Аллейн замялся, и сержанту Биксу показалось, что сыщик чересчур щепетилен с выражениями в столь нештатной ситуации.
– Чертовски глупого, сэр? – подсказал Бикс. – Я уверен, что молодой доктор прекрасно справится. Заводите мотор, я сейчас приду.
Хьюз и Сара побежали к автобусу. Аллейн дал Биксу последние инструкции:
– Выполняйте свой долг, сержант. Не представляю, чтобы угонщик, в котором приходится предположить отца О’Салливана, даже окончательно потеряв голову, поехал по мосту, однако полностью исключить такую вероятность нельзя. Действуйте в пределах своих полномочий – и, ради бога, постарайтесь избежать шума до рассвета!
Бикс со всех ног кинулся вслед за Сарой и доктором Хьюзом, а Аллейн повернулся к сестре Камфот.
– Сестра, обойдите дежурных и убедитесь, что они понимают: им отдан строжайший приказ не покидать посты, а их подопечные должны оставаться в кроватях, пока я не отменю распоряжения. Мисс Фаркуарсон, принесите мистеру Глоссопу горячего сладкого чая, а лучше уведите его с собой на кухню. Надеюсь, Бикс скоро вернется с угонщиком, и мистер Глоссоп сможет вздохнуть с облегчением. Прихватите с собой мистера Келли и Сидни Брауна.
Глоссоп промолчал, еще не придя в себя после того, как его чуть не задавил собственный фургон, и оглушенный новостью: если верить этому английскому сыщику, все покрышки были целы!
Инспектору очень хотелось полюбоваться, как до Глоссопа наконец дойдет истина, но он вынужден был оторваться от этого зрелища, кивнув на прощанье:
– Боюсь, меня ждет еще одно дело, не терпящее отлагательств.
Аллейн выбежал, оставив Розамунду Фаркуарсон с приподнятой бровью и еле слышным замечанием насчет элегантной английской непроницаемости. После чего она подхватила мистера Глоссопа под руку и
