1358 г.); Рихард Сюинсхед, или Сюиссэ (около 1350 г.), Иоанн Мерикурский, который проповедовал детерминизм и согласно этому утверждал, что даже грех зависит от воли Божией и, следовательно, заключает в себе больше добра, чем зла, и Николай из Ультрикурия, который также пришел к еретическим положениям.
12. Но в особенности между сторонниками доктрины Оккама нужно назвать [Жана Буридана и Петра д’Альи].
3. Жан Буридан и Петр д’Альи
1. Буридан, непосредственный ученик Оккама, был знаменитым преподавателем в Париже, откуда он перешел в Вену, где, как утверждают, содействовал учреждению университета (1356 г.). Впрочем, это исторически не доказано. Он написал «Summa de dialecta», ed. Par., 1484 г., «Compendium logicae», ed. Ven., 1489, и «Quaestiones» к аристотелевской метафизике, этике, политике и физике. В своей логике он хочет дать руководство к нахождению среднего термина, который служит как бы мостом между большим и меньшим терминами, и так как Аристотель видел проявление остроумия в быстром отыскивании среднего понятия, то это руководство, полезное даже для тупиц, называли Pons asinorum.
2. Интересно его учение о свободе воли. Он берет под свою защиту интеллектуальный детерминизм. Воля, по его учению, находится под определяющим влиянием разума. Она действует соответственно тому, как судит разум. Если разум решит уверенно, что предносящееся ему благо есть благо совершенное и всестороннее, которому чуждо всякое ratio mali, то воля устремляется к нему с необходимостью. Из этого следует, что если разум признает одно благо высшим, а другое – низшим, то воля при одинаковых условиях устремится к высшему. Когда же разум признает то и другое благо равноценным, то воля совсем не может действовать. Отсюда знаменитый Буриданов осел, который умирает от голода, находясь между двух совершенно одинаковых вязанок сена.
3. Но остается ли место для свободного решения воли при допущении подобного интеллектуального детерминизма? Буридан отвечает на этот вопрос утвердительно. В то мгновение, когда разум произносит свое суждение, что данное благо выше другого, воля, конечно, не может стремиться к низшему, но это может произойти в другое время, при отсутствии оценки со стороны разума. Далее, воля может отклонить разум от высшего блага в сторону низшего. Тогда, за отсутствием сравнения, воля может склониться к низшему благу. Наконец, воля в данном случае может отложить свое решение. Тогда, при дальнейшем исследовании обстоятельств, решение разума может измениться, и в его глазах высшим благом может оказаться то, которое раньше он считал низшим. Таким образом, остается еще много простора для свободного самоопределения воли.
4. Парижский университет сильно боролся против вторжения в его недра номинализма. Уже в 1339 г. вышел декрет, которым запрещалось преподавание учения Оккама. Второе запрещение последовало в 1340 г. В 1347 г. было отвергнуто учение Иоанна Мерикурского, а в 1348 г. Николай из Аутрикурия должен был отречься от своих нападок на схоластико-аристотелевскую философию и от своих ложных мнений о вечности мира. В 1473 г. всем парижским магистрам было вменено в обязанность держаться реализма, и этот статут сохранял силу до 1481 г. Однако номинализм сумел отстоять свое существование. К главным его представителям во второй половине XIV и XV вв. принадлежит Петр д’Альи (Petrus de Alliaco), сначала преподаватель философии и канцлер Парижского университета, а потом епископ в Камбре и кардинал (1350–1425). Главнейшие его сочинения по философии – «Комментарии» к сентенциям и «Tractatus de anima». Он целиком принимал тезисы своего учителя, Оккама, и старался выяснить и обосновать их посредством новых данных.
5. В особенности следует отметить, что Петр д’Альи не приписывал чувственному познанию той степени достоверности, какая свойственна самопознанию, высшим принципам разума и необходимым выводам из них. В то время как самопознание и чисто интеллектуальное познание имеет абсолютную достоверность, чувственное познание всегда только условно. Оно не абсолютно, потому что Бог может уничтожить все находящиеся вне нас предметы, а представления о них сохранить в нас, может даже посредством чудесного вмешательства изменить то, что является обычным в опыте. Достоверность же опытного познания необходимо обусловлена незыблемостью обычного течения природы и обычного воздействия на нее Бога.
6. Далее к оккамистам относятся Николай Амати, Генрих Ойтский и Генрих Гессенский – оба немцы и преподаватели в Венском университете (последний † 1397), Матвей Краковский из Померании († 1410), Николай Оразм (f 1382), Николай из Клеманжа († 1440) и, наконец, Гавриил Биль († 1495), преподаватель богословия в Тюбингене, обыкновенно называемый «последним схоластиком». В своем «Collectorium» к четырем книгам сентенций (ed. Tub., 1512 г.) он еще раз делает обзор оккамизма и сопоставляет его с отклоняющимися взглядами других[87]. В 1473 г. при Людовике XI в Париже был издан королевский декрет против номиналистов, которым запрещалась номиналистическая доктрина, и преподаватели клятвенно обязывались держаться реализма. В 1841 г. этот запрет был снят, но это не могло помочь номинализму, который в эту пору уже пережил себя.
II. Реалисты
1. Вальтер Бурлейг, Фома Страсбургский, Марсилий Инген и др
1. Как ни смело выступал номинализм в XIV в., он все же не мог вытеснить реализма. Напротив, реализм и в исходе Средних веков сохранял господствующее положение в школах. Поэтому в XIV и XV вв. мы находим также очень выдающихся преподавателей, которые решительно отстаивали реалистическую доктрину против номинализма.
2. Сюда относится, во-первых, Вальтер Бурлейг (1275–1337), слушавший одновременно с Оккамом лекции Дунса Скота, затем читавший лекции сначала в Париже, а потом в Оксфорде. Он написал комментарии к логике, физике, метафизике, этике и политике Аристотеля и сочинение «De vita et moribus philosophorum». Он твердо был уверен в реальности универсалий, но доказывал этот тезис доводами не скотической, а томистической школы.
3. Интересны способы, какими он старался обосновывать реальность всеобщего. Природа, говорит он, имела в виду прежде всего и преимущественно создать нечто, вне нас находящееся. Но целью ее служит не частное, а общее, species. Следовательно, общее есть нечто, вне нас находящееся, и не может существовать только в нашей мысли. Далее, предметом наших естественных влечений служит нечто, существующее вне нас и отличающееся общим характером. Когда мы чувствуем голод и жажду, то мы стремимся к пище и питью вообще, а не к определенной пище и питью. Итак, общее должно существовать реально.
4. Такому же направлению следовал Иоанн Баконторп († 1346). Но он больше примыкал к Аверроэсу. Вообще так называемый великий комментарий Аверроэса к Аристотелю был в большом почете в XIV и XV вв. и многими признавался вернейшим и лучшим, даже единственно правильным изложением Аристотеля. Во многих пунктах Иоанн расходился с учением св. Фомы.
5. Дальнейшим представителем реализма был генерал августинского ордена Фома Страсбургский (Thomas de Argentina). В молодости он преподавал богословие в Париже (†
