заднего хода, и машина вернулась на место.
– Дерьмо, – сказала Холли.
– Спрячьте Арахиса! – сказала я.
Грифф принял команду к исполнению. Взял поводок Арахиса и повел его обратно в старый карантинный бокс.
Холли присела на корточки рядом со мной, и мы увидели, как Саммер легко вспрыгнула на подножку. Я легко представила ее юной, до того, как жизнь и время превратили девушку в женщину. Меня захлестнула волна признательности к Саммер, и одновременно мое беспокойство еще больше усилилось.
Саммер соскочила с подножки и побежала к нам. Она ворвалась в клинику с криком:
– Шампунь! Ему нужен домой шампунь!
Холли повернулась ко мне и, будто слово «шампунь» было эстафетной палочкой, тоже закричала:
– Шампунь!
Я повернулась и хотела было крикнуть Гриффу, но он уже возник из-за угла, прижимая к груди тяжелую пластиковую канистру с крышкой-помпой.
Саммер бросила Холли ключи от арендованной машины и документы.
Том открыл дверь кемпера.
– О нет! Он выходит, – сказала я, думая, что он действительно хочет произвести впечатление на Саммер. Изобразить хорошего парня.
Грифф вручил канистру Саммер. Надо думать, она была тяжелая, но Саммер несла ее, как Чудо-жен- щина.
Саммер доковыляла до двери, ударила по ней спиной и вышла на солнце как раз вовремя, чтобы перехватить Тома. Он улыбнулся и погрузил шампунь в багажник.
– Залезай в кемпер, – сказала я.
– Залезай в кемпер, – повторила Холли, и я почувствовала, что улыбаюсь – казалось, нас никогда не разлучало ни время, ни раздоры.
Саммер что-то сказала, и Том протянул ей свой телефон. Я видела это в кино и потому знала, что происходит, еще до того, как Холли это произнесла.
– Она вбивает свой номер в его телефон, – сказала я.
– Вот она, жертва во имя общего дела, – сказал Грифф.
Мы с безмолвным благоговением наблюдали за тем, как наша фея Динь-Динь, ас манипулирования, приподнялась на цыпочки и обняла Тома так, как ни один мужчина не забудет. Она обвила его шею длинными тонкими руками, как старшеклассница девяностых на выпускном вечере, танцующая под тему из «Титаника». Когда она отлепилась, Том кашлянул, одернул рубашку и с видимой неохотой полез в кабину.
– Проваливай, Том, – прошептала Холли.
Саммер указала на каньон. Мы все, затаив дыхание, провожали взглядами задние фары кемпера, пока они не исчезли из виду. Саммер повернулась, вытерла руки о штаны, будто вляпалась в грязь, и пошла в клинику.
Холли начала размеренно хлопать в ладоши, и мы все подхватили следом за ней. Мы с глубокой признательностью аплодировали Саммер Сильве, чей актерский талант был вскормлен фальшивыми экранными поцелуями Голливуда. Без всякого намека на любовное увлечение она скрестила руки на груди и без улыбки поинтересовалась:
– Как думаете, он купился?
Я бросилась к Саммер и обняла ее.
Она похлопала меня по спине, точно говоря: «Брось, милая, никакой опасности в помине не было».
– Ну конечно.
Саммер подняла три пальца вверх и начала обратный отсчет.
– Три, два, один.
Послышалось птичье щебетанье – это на телефон Саммер пришло сообщение. Она резко вытащила его из заднего кармана и прочитала: «С этого все начинается». Она что-то напечатала.
Грифф подошел ко мне и прошептал:
– Что происходит?
– А это мы наблюдаем базовую концепцию реалити-шоу. Кто лучший игрок?
– Птица-обломинго – мое второе имя, – сказала Саммер и подмигнула нам. – Я только что отправила ему смайлик в виде сердечка. Он сейчас из штанов выпрыгнет.
– В самом деле? – спросил Грифф.
Саммер посмотрела на него с такой неприкрытой жалостью, что даже Холли вздохнула.
– Я отгоню арендованную машину в Канаб и возьму нам другую, – сказала Холли.
– Нет, это сделаю я, – возразила Саммер. – Я нас в это втянула, мне и выпутывать. А вы с Сэм оформите бумаги на собак.
Холли светилась – за время нашего путешествия это было впервые. И приколы были те же самые, что у Холли студенческой поры. И пусть даже ее свет не падал прямо на меня, я чувствовала, что отчасти ее радость – это моя заслуга.
Саммер озорно хихикнула, но сразу посерьезнела:
– Как только отъедем подальше, я заблокирую его номер, но смогу за ним следить. Я включила геолокацию на его телефоне.
Мы изумленно взирали на селебрити /оперативника ЦРУ, стоящую перед нами. Пока я выясняла для себя, что «ЛОЛ» означает «смеяться до упаду», а не «много любви», Саммер, вероятно, устанавливала в кустах камеры и снимала реалити-шоу.
– Если мы оформим бумаги на Арахиса, Том не сможет в дальнейшем претендовать на него? – спросила я Гриффа.
– Нет. Если вы все оформите прямо сейчас, он будет ваш.
Мы с Холли переглянулись, как бы говоря: «Погнали!» И рванули вон из клиники.
Мы с Холли добежали до административного офиса. Сухой песок заглушал наши шаги, солнце припекало шею.
– Давай оформим бумаги на Арахиса и Лося, а там видно будет.
Я ненароком упомянула Лося и тотчас съежилась. Холли как пить дать начнет мне выговаривать, а у меня не было никакого желания ее слушать. Я беру Лося себе, так что это не ее дело. Я покосилась на Холли – вид у нее был решительный, но не сердитый, у меня отлегло от сердца.
– Поручись, что Саммер не выкинет какой-нибудь фокус, – сказала Холли.
Я вытерла рукавом футболки пот на верхней губе.
– Вряд ли, – выдохнула я, стараясь не отставать от широко шагающей Холли. – Она знает, что почти нас подставила.
В ответ – ни отповеди, ни обвинений в том, что притащила с собой Саммер. Мы забирали Арахиса и везли его Кэти. Мы действовали заодно, без раздоров. Мое сердце трепетало, как у взволнованной первокурсницы, о боооже!
В административном офисе Холли отодвинула меня и оперлась руками о стойку.
– Нам нужно оформить бумаги на животных, – сказала она с напором измученного жаждой ковбоя, требующего у бармена порцию виски. – И как можно скорее, – добавила она.
– Да, – сказала сотрудница, – Грифф звонил. У меня тут бумаги на Арахиса и Лося.
– И на Юту, – сказала Холли. – Я забираю Юту.
Котенок, помешавший столкновению Холли с Томом, сидел у нее на плече, нитевидный хвостик пушился у нее под подбородком.
Мне хотелось заглянуть в лицо Холли. Такого поворота событий я не ожидала. Вместо этого я обратилась к сотруднице:
– О’кей. И на Юту, видимо, тоже.
Я побарабанила пальцами по стойке, желая придать ускорение нерасторопной сотруднице административной службы.
Холли посмотрела на мои пальцы:
– Что, Сэмми? Что? Только ты можешь принимать скоропалительные решения и брать животное ноленс воленс?[12]
Сотрудница моргнула, и я сказала:
– Пожалуйста, разрешите
