моей подруге взять Юту ноленс воленс.
Когда Холли чувствовала себя уязвимой, она всегда набрасывалась, и я как бы случайно прикоснулась к ней плечом, чтобы продемонстрировать солидарность.
Женщина вытащила бланк и в графе «Имя питомца» написала «Ноленс Воленс». Я решила было ее поправить, но воздержалась.
Я открыла на телефоне приложение с картами.
– От Канаба, штат Юта, до Мэдисона, штат Висконсин, двадцать четыре часа езды. Втроем будем вести машину всю ночь, завтра к полудню будем дома.
– Втроем? Саммер не едет.
Я отступила, внимательно глядя в лицо Холли. Она была похожа на маленького ребенка, бросающего вызов родителю, точно знала, что от нее ждут протеста, но никакой уверенности в ней не чувство- валось.
– Думаю, она захочет поехать, и я надеюсь, что ты не против.
– Сначала Лось, а теперь Саммер? Ты боишься остаться со мной наедине?
Я не стала защищаться, а взглянула ей в лицо. На меня смотрела прагматичная, но уязвимая Холли.
– Я не боюсь остаться с тобой наедине, Холли. – Я не отвела взгляд. – Втроем лучше. Кроме того, если ускоримся, мы выиграем время.
– О, так мы собираемся ускориться, тогда ладно.
Несмотря на все наши разногласия, в данный момент цель у нас была одна. Добраться домой.
Саммер отсутствовала час, но с задачей справилась. С документами на руках мы встретили ее на парковке клиники. Она запихала как могла наш багаж в машину, которая оказалась небесно-голубой «Тойотой Приус».
– О боже, – сказала я.
Три взрослые тетки, две собаки и кошка будут томиться в этом дружественном к окружающему миру автомобиле всю дорогу до Висконсина. Клоунская машина, если бы у клоунов были собаки. Я не смела жаловаться – Саммер выглядела гордой, пряди светлых волос прилипли к ее влажному лбу, а щеки раскраснелись от напряжения.
У машины Саммер прошептала:
– Похоже, ты нравишься Гриффу.
И игриво толкнула меня бедром.
Я нервно огляделась, ища его глазами, и увидела, что он движется к нам.
– Приятно слышать. Залезай.
Холли размашистым шагом вышла из клиники, и мы все расступились, когда Грифф стал уговаривать Арахиса забраться на заднее сиденье «Приуса».
Я замерла, зная, что в тесном пространстве Арахис может запросто потерять сознание. Грифф уверенно подвел Арахиса к машине, сказал ему что-то неразборчивое, и пес залез на заднее сиденье и расположился, как викторианский путешественник, ожидающий гудка поезда.
– Ни фига себе, – сказала Холли. – Как вам это удалось?
Саммер бросила в багажник пакет с собачьим кормом.
– Когда он прибыл, мы заметили, что у него проблемы с малогабаритным транспортом, а мы тут перевозим животных на гольф-карах. Надо было его адаптировать. Штука, которая на нем надета, – это не шлейка, а жилет «Антистресс», он ему очень помогает.
– Жилет «Антистресс»? – переспросила Холли, прижимая Юту к груди.
Саммер с отменным проворством запихнула в миниатюрный багажник последний предмет, заодно сунув туда пустое ведерко из-под мороженого и бутылку воды.
– Эта штука появилась благодаря исследованиям Темпл Грандин[13] по снижению стресса у животных. Это что-то вроде корректирующего белья, в нем они чувствуют себя в безопасности.
– Она права. Только это не совсем белье, хотя принцип сдавливания тот же самый, – сказал Грифф. – Кроме того, я намазал ему нос мазью с феромонами. Лось с ним. Арахис готов к путешествию.
Наконец-то! Я была более чем готова попрощаться с «Пристанищем», в котором обзавелась новым постояльцем в лице верного и очаровательного Лося.
Ко мне подбежал Грифф, держа в руке что-то похожее на мужской дорожный набор для бритья. Он расстегнул молнию на кейсе со шприцами и инсулином, и я придержала его. Наши руки соприкоснулись, и мы встретились взглядами. Он хотел мне что-то сказать, но я, хотя испытывала к нему интерес, не хотела поощрять его. Я поняла, что могу получать удовольствие от чьей-то компании, даже испытывать влечение, но оставаться в стороне. Если проявляют интерес ко мне, я не обязана и не стану включаться в отношения – я могу выбирать. Прежде всего, выбор не обязательно подразумевает конфликт, но требует понимания того, чего хочу я.
– Что вы будете делать, если Том заполнит бумаги?
– Он не станет этого делать. Арахис ему не нужен. Мы здесь защищаем животных. Мы не отдаем их людям, которые о них не заботятся. Помните, в каком состоянии Арахис попал сюда? Саммер спасла меня от прямого конфликта.
– Хорошо. Я рада. Мне неприятно думать о том, что мы нарушили этические принципы этого прекрасного места или ваши.
– У вас есть его график кормления и еда. Старайтесь его придерживаться. Ни при каких обстоятельствах не давайте ему взбитые сливки из «Старбакса».
Холли, на плече которой по-прежнему сидел котенок, сказала:
– У нас нет кошачьего корма.
Она развернулась на каблуках и помчалась в клинику.
– Можете считать меня ехидной, но когда она так носится, она выглядит точь-в-точь как косиножка, – сказала Саммер.
– Вы пробовали кофеиновые таблетки против сонливости? – спросил меня Грифф. Он вытащил из кармана пластиковый контейнер, с хлопком открыл крышку и извлек овальную капсулу. – Может помочь.
– Вы – ветеринар широкого профиля, да? – спросила я, желая сказать что-то шутливое, что вместе с тем позволило бы переключиться на более серьезный тон.
У Саммер свистнул телефон, и она крикнула:
– Чур, я за стрелка!
И плюхнулась на пассажирское сиденье.
– Не знаю, как отблагодарить вас за все, что вы сделали, – сказала я Гриффу. Я подумала о том, чтобы протянуть ему руку для пожатия, но отказалась от этой идеи.
– Я хотел бы увидеть вас снова, – сказал он. Его карие глаза смотрели тепло и прямо. – Возвращайтесь.
Саммер высунула голову из пассажирской двери.
– Садись, Сэм. Нам нужно ехать.
Гриффин посмотрел мне на переносицу – на две вертикальные линии, возникшие от многолетнего нахмуривания бровей из-за переживаний и попыток понять алгебру и начала анализа. Мозолистым большим пальцем он мягко коснулся моей переносицы. Я закрыла глаза, и он провел пальцами по моему лбу. Это было приятно, но ни волнения, ни волшебства я не почувствовала. Не так, как в те несколько минут, когда я была с Дрю, а там и прикосновений-то не было. Я хотела, чтобы это было. Пусть даже не с Дрю. Мне хотелось порыва, химии переживаний плюс возможности.
Холли выбежала из клиники, одной рукой придерживая на плече Ноленс Воленс, а другой сжимая пакет с кошачьим кормом и миску. Ноги колесом, на плече котенок, на лице – решительное выражение, ну просто умора.
Грифф открыл дверь, и я плюхнулась на переднее сиденье. Я подняла глаза, рука
