так же, как если бы в 2023 году в группу фанаток зашел обладатель аккаунта Инстаграмм с пятьюдесятью миллионами подписчиков. Ну, какие шансы, что ему бы сразу поверили, что это именно он? Пришлось еще раз сказать, что я Павел Ивлев, и принес новые письма.
Только тогда в глазах у них появилось понимание, а затем все четверо встали, уверенные, что в присутствии человека такого масштаба сидеть просто непристойно. Едва удержался от того, чтобы не засмеяться, глядя на эти сосредоточенные в ожидании моего приказа лица комсомолок. Одна из девчонок, симпатичная блондиночка, от волнения даже косу свою зажевала. Кстати, одна из вещей, за которые я до одури люблю СССР. Девушки с косами! Их тут так много, а это так красиво… А в двадцать первом веке словосочетание «женщина с косой» очень опошлилось…
Для профилактики поглаживая палец с обручальным кольцом, чтобы дурных мыслей у этих преданно смотрящих на меня девчонок не возникало, хватит мне одной Регинки, объяснил им, что это не с радио письма, а из газеты, их не надо перемешивать, особенно вопросы. И объяснил ещё раз, как надо разделить папку «Вопросы на радио».
— С вопросами в газету точно так же, — оглядел я их. — Все всё поняли? Отдельные папки на все группы вопросов. Чтобы было видно, каких вопросов больше. С ними и будем, в первую очередь, работать.
Девчонки слушали, затаив дыхание. Не стал там задерживаться, всё, вроде, сказал… Правда, возможно, мешки с письмами из одной из крупнейших газет стали добивающим ударом по сердцам и умам девчонок. Звезда радио оказалась еще и звездой газетной. Как хорошо, что я вовремя женился, а то, глядишь, с такой стремительной карьерой девки бы за меня косы бы друг другу драли! А я люблю, когда косы у них в целом виде…
Работа началась, теперь надо не забывать к ним сюда заходить регулярно и проверять, что они тут и как делают. Гусев, конечно, тоже будет их контролировать, ему же нужны сигналы для «Комсомольского прожектора». Но он специфики моей журналистской не знает, и мне самому надо будет, на первых порах, проверять, как девчонки вопросы сортируют, правильно ли они их понимают… Во всём опыт нужен.
Приехал домой, перетаскали с Загитом матрасы и сложили в большой комнате. Ирина Леонидовна удивлённо смотрела, как мы их таскаем по одному.
— Вы прямо как муравьи, — заметила она. — Всё что-то тащите, тащите… Это кому столько? Кто у нас будет принцесса на горошине?
— Это будет манеж детям, — глубокомысленно ответил я и поднял вверх указательный палец. — Ползать скоро начнут, им будет тесно в кроватках.
— Вылезут они из ваших матрасов, — рассмеялась Ирина Леонидовна.
— Вылезут, конечно, но не сразу, — улыбнулся я.
Галия решила, что мы пойдём в ресторан сегодня в том же, в чём на юбилей мамин ходили, она мне только рубашку другую приготовила. Так что мне осталось только ботинки начистить и всё. Пока время появилось, сел писать ответ Эмме. Поблагодарил её за работу, за материал про женщин-фронтовиков Святославля и подсказал, что делать с двумя оставшимися её материалами.
Надо будет зайти на почту, выслать ей перевод за март и письмо отправить.
Пришла мама, за ней вскоре прибежала жена.
— Паш! Нам посылка пришла, — помахала она извещением и поставила его на трёхканальник.
— Откуда? — взял я его. — Махачкала? А кто у нас в Махачкале?
— Так Наташа же… Помнишь, в Паланге, с Андреем? — ответила жена. — Они из Махачкалы.
— Думаешь, они нам посылку стали бы слать? — с сомнением спросил я. — С другой стороны, всё равно на почту собирался… Скоро узнаем.
Жена быстро переоделась и занялась причёской. Тут раздался звонок телефона. Это звонил Сатчан. Ригалёв балык привёз.
— Блин. Я и забыл про него, — признался я. — Мы сейчас уходим на весь вечер. Что делать-то?
— Я уже взял твои десять килограммов, — успокоил меня Сатчан. — Сейчас привезу. С тебя полтинник.
— О, спасибо, дружище! — обрадовался я.
— Да ладно, — ответил он.
Вызвал нам с женой такси, оставил Загиту и маме пятьдесят рублей и объяснил, что рыбы можно есть сколько угодно. Это нам на всех.
Лёха пригласил нас в ресторан при гостинице «Украина». Мы подъехали с женой на такси к назначенному времени. Сказал швейцару, что мы приглашены. Он попросил назвать фамилию пригласившего и беспрекословно нас пропустил.
Лёха со Светой уже были на месте. В подарок ему я приготовил первые тома из собрания сочинений Конан Дойля, что уже вышли у Ганина. Он чуть там же и читать их не начал.
В целом, мне ресторан понравился. Несмотря на вечер, мы заказали фирменный борщ. Киевский салат, на горячее котлеты по-киевски, а на сладкое вареники с вишней.
Вот не зря я люблю украинскую кухню. Мы и наелись, и насмеялись. Немного потанцевали. Выпили бутылку шампанского. Считаю, отлично посидели. Учитывая, что сегодня будний день и завтра всем опять на учёбу и работу.
По деньгам вышло около двадцати пяти рублей. Лёха никак не хотел брать с меня половину, хотя и договаривались… Но куда ему деваться, я старше и знаю, как заставить человека взять деньги…
Вышли из ресторана все вместе. Мы с Галиёй взяли такси, из дежуривших тут же у ресторана. Лёха со Светой замялись, думали, брать такси, не брать? Эх ехать нам в разные стороны, а то на себя взял бы…
— А давайте мы вас сначала отвезём, а потом к себе поедем, — предложил я, повинуясь внутреннему импульсу, и, пока они не опомнились, подтолкнул девчонок на заднее сидение. Лёхе уже ничего не оставалось, как сесть рядом с женой. Не вытягивать же её из машины на глазах у всех.
Приехали не очень поздно, но мальчишки давно спали, а у нас на кухне мама с Загитом рыбу делили. Запах вяленой белорыбицы учуял, наверное, ещё дверь входную не открыв.
Увидев нас, мама сразу начала перечислять, кого, как она считает, надо угостить. Оказалось, нас так много! Очень порадовало, что она и отца с семьёй посчитала. Галия, попробовав кусочек рыбки, попросила ещё угостить художников. А я добавил, что в таком случае и Данченко надо хоть небольшой кусок отнести.
Оказалось, что десяти килограммов нам ещё и мало.
— Следующий раз ещё заказывать? — спросил я.
— Конечно! — одновременно ответили Загит и мама, с таким
