устраивало.
Уходить оттуда не хотелось, и мы догуляли до самого рассвета. Это было невероятно красиво: золотой диск поднимался из-за моря, окрашивая в оттенки розового белые стены домов. Оглушённая впечатлениями и уставшая я оказалась в кабинете Виктора, где я от души поблагодарила его за чудесный подарок, а он церемонно поблагодарил меня за оказанную любезность. И отправил в уже привычную мне спальню в другом мире, где я могла отоспаться.
Глава 19. Разговоры, встречи и планы
Лионелла Беккерлион
— Так ты с ней виделась? Общалась? Какая она? Да рассказывай же!
— Тише, я только вошла, а ты уже задала миллион вопросов. Ты же знаешь, я всё расскажу. Но только после бокала хорошего глинтвейна. У тебя же ещё осталось то розовое вино из эльфийской долины? — даже в голосе Лионеллы слышалась улыбка.
Она обняла красавицу шатенку с медовыми глазами, которая поднялась с кресла при её появлении и сделала несколько шагов навстречу.
— Обижаешь! — шатенка состряпала обиженную рожицу, а потом рассмеялась. — У меня всё готово. Взмахом руки разрезав пространство, она сняла с лабораторной плиты нагретый котелок и поставила его на подставку на красиво сервированном столе.
— Ну и кто из нас ведьма? — расхохоталась Лионелла.
— Не так я стара, чтобы забыть, как мы это делали в академии. Да и мне так спокойней — супруг лишний раз не волнуется. Он не раз сетовал, как нам пришло в голову варить глинтвейн из такого вина! Это же такое расточительство!
— Но ты же не рассказала ему, как было дело? — полюбопытствовала ведьма.
— Ту историю на практике про двойняшек-эльфиек, которые оказались не сёстрами, а братьями? Ну что ты, нет, конечно! — фыркнула хозяйка гостиной. Подруги весело рассмеялись. И, как будто, вернулись на минуту в беззаботную юность. В воздухе витал изумительный запах специй и подогретого эльфийского розового.
Обе женщины хоть и были уже бабушками, обладали не просто силой — могуществом. И поэтому, учитывая продолжительность их жизни, были ещё молоды и несказанно хороши собой. Но если красота Лионеллы была яркой, как вспышка пламени, то её подруга скорее навевала мысли о согревающем огне камина. Густые длинные волосы — каштановые с золотинкой, которые унаследовали младшие внуки. Теплые медового цвета глаза. Сама она была похожа на фарфоровую статуэтку. Она навевала мысли о тепле и уюте.
Но не стоило обманываться. Сильнейшему магу пространства просто необходимо было уметь себя защитить, так как при перемещениях, особенно дальних, всегда присутствует риск попасть в опасную ситуацию. Поэтому Амалия закончила с отличием боевой факультет ГКАМА. А ещё большему научил её дед — известный путешественник по мирам. Поэтому, не смотря на царящий в высшем свете патриархат, слово Амалии в семье Коллдеев было значимо и близкие не без основания опасались её гнева. Внуки же обожали её рассказы о разных местах и ревностно вели график, по которому Амалия брала их с собой на другие континенты или в другие миры.
— Ну, рассказывай же скорее! — Амалия уже подпрыгивала от нетерпения. — Я так рада, что всё прошло удачно, и Тани смогла с тобой связаться. Это надо же — у нас с тобой одна внучка на двоих! Кто бы мог предположить такое.
— Да уж, ТАКОГО точно никто не мог предположить, — Лионелла не удержалась, чтобы не выказать своё отношение к действиям Винсента.
По лицу Амалии пробежала тень. Она слегка развела руками, показывая, что обсуждать тут нечего. Лионелла ополовинила бокал с глинтвейном и принялась рассказывать подруге о Танире. Та слушала её со вниманием и волнением.
— Нелли, ты просто обязана познакомить меня с ней! — воскликнула Амалия, выслушав описание Таниры.
— Могу. Но это могут сделать и твои внуки. Представляешь, мальчишки уже познакомились с ней и приняли как сестру!
— Да ты что?! Но как они узнали?!
— Мали, ты как маленькая, ей Богу! Конечно от твоего деятельного сыночка! — фыркнула ведьма.
Она поведала подруге всё, что ей рассказала Танира, а также о событиях на Дне рождения. Когда она описывала явление герцога Рэйдиара в сиянии Божественной силы и парадного камзола, они так хохотали, что совсем некуртуазно сползли с кресел на ковёр, держась за животы и вытирая слёзы. Потом сделали перерыв в беседе для того, чтобы сварить ещё восхитительного глинтвейна — такого актуального в зимний вечер.
— А Дражена не в курсе, что её муж нашёл свою дочь?
— Я ничего не знаю об этом, но постараюсь узнать. Скорее всего, нет — иначе, скорее всего, был бы грандиозный скандал.
— Мали, а твой супруг тебя не хватится? У вас, наверное, по плану ужин?
— Нет, он в курсе, что я жду тебя, поэтому не удивится, если я появлюсь только через пару дней! — с улыбкой Амалия отсалютовала бокалом с глинтвейном своей подруге.
— Идеальный супруг! И как такой понимающий мужчина воспитал такого закостенелого шовиниста!
— Увы, Шейнитар сам не далеко от него ушёл. Но для меня он готов делать исключения. И ещё он точно знает, когда нужно мне уступить — это ценное качество.
— Нелли, так что бы планируешь делать? И как нам защитить Таниру от происков Винсента?
— А зачем? Мали, у неё и так защитников немеряно. Защиты накручено как на сейфе Главного банка. И потом, она настоящая ведьма Беккерлион! Ей не нужно прятаться — это не приведёт ни к чему хорошему. Жизнь толкает её вперед — пусть идёт. А мы будем рядом.
— И как же?
— Всё просто. В школе я завтра же перепишу её на настоящую фамилию. Меня когда-то звали помочь с подготовкой учеников к экзаменам. Будем считать, что у меня появилось время, — она пригубила глинтвейна и посмотрела на огонь в камине. — Поучаствую в экзаменах. Представлю Таниру в Ковен. Представляешь, у неё не было представления, и это мне на руку. А потом отправлюсь преподавать в ГКАМА. Раньше эта идея не казалась мне удачной, но раз так вышло, то это будет даже забавно.
— А кто сейчас ректор в ГКАМА?
— Так герцог Громфир — молод, силён, красив, холост.
— Громфир? Он из Хранителей?
— Он
