— Но я не увижу Тима, пока вы не дадите направление к нему! — возмутился Эд.
Сэнди усмехнулась.
— Именно. Значит, увидимся в четверг?
Эд сдержал свой гневный ответ и сквозь зубы сказал:
— Тим сказал, что я могу танцевать. — Когда Сэнди посмотрела на него в замешательстве, он продолжил: — Бальные танцы. Мой парень — преподаватель, и… Я имею в виду, что он учит меня, а я… — он скрестил руки на груди, — …я не собираюсь сдаваться.
— Вы можете танцевать. Просто попросите своего парня быть поаккуратней с вашей шеей. И я не рекомендую поднимать партнера над головой как минимум до середины января. Давайте дадим вам шанс на этот раз хорошо восстановится, а? — улыбнулась ему Сэнди. — Так вы, ребята, выступаете на соревнованиях?
Эд моргнул.
— Что? Господи, конечно, нет. — Тут он сделал паузу и вспомнил слова Лори о существовании соревнований между представителями одного пола. — Я имею в виду, что мы пока еще не выступали.
— Вам следует подумать об этом. — Сэнди указала на воду. — Давайте сделаем еще один подход упражнений.
Когда тем же вечером Эд, наконец, добрался до студии Лори в Сент-Поле, он чувствовал себя хорошо, хоть и немного растерянно. Он продолжал думать о словах Сэнди о мелких мышцах, подумал о танцах, и его странным образом захватила мысль об участии в танцевальных соревнованиях. Вероятно, это было смелым предположением, потому что Эд в действительности был не так уж хорош… но Лори был прекрасным учителем. И если он будет тренироваться, если будет много работать… Ну что ж, если ему удастся стать хотя бы наполовину таким же умелым как Лори или достаточно профессиональным — они победят. Они смогут задать жару.
Мысль о том, как они с Лори как в кино, закружат по блестящему паркету под восхищенные аплодисменты зрителей, и о высших баллах судей, захлестнула голову, и именно поэтому он широко улыбался, когда завернул за угол к входной двери здания и столкнулся с партнером Лори, Мэгги.
И она абсолютно точно не улыбалась в ответ.
Сначала Эду даже не показалось странным встретить тут Мэгги. В конце концов, это была танцевальная студия. Но именно тогда, когда он понял, что ее не должно быть в этой студии, он почувствовал, как она разъярена. Поэтому остановился посреди тротуара и в замешательстве уставился на нее.
Мэгги подошла прямо к нему, стуча каблуками по бетону и размахивая пальто, и влепила ему пощечину.
— Это ты! — закричала она, когда Эд поднес руку к своей горящей щеке. Ее лицо исказилось от ярости, и она направила на него палец в перчатке. — Это все твоя вина!
Мэгги выглядела так, словно вот-вот ударит снова, поэтому Эд сделал несколько шагов назад к обочине и поднял руки.
— Эй, Мэгги, я не знаю, что происходит, но…
Ее ноздри раздулись. Она прервала его, а дыхание превратилось в облачко в холодном воздухе.
— Сначала он свалил занятия на меня, потому что ты был болен или ранен, или еще что-то. И это было нормально. Я поняла, почему. Мне это не нравилось, но я понимала. Но теперь эта чушь о том, чтобы бросить нашу студию и работать в этой адской дыре… это твоя работа. — Она бросилась к Эду и сильно толкнула его в грудь, чуть не столкнув на проезжую часть. — Он бросает свою карьеру! Свою работу! У него есть талант, настоящий талант, и он просто собирается потратить его на этих глупых хулиганов!
Эд ухитрился отодвинуться подальше от обочины, искоса глянул на дверь и направился ко входу.
— Да? Я пойду подожду Лори в студии.
— Мэгги? Эд? — холодный воздух прорезал голос Лори.
Эд обернулся и увидел его в полуквартале от себя. Длинное пальто Лори развевалось вокруг ног, пока он торопливо шел вперед. Его щеки раскраснелись от холода. Он проделал немалый путь добираясь сюда. В одной руке держал хозяйственную сумку, в другой — картонную кофейную чашку с местной заправки со свисающей сбоку ниткой от чайного пакетика. Заметив их, он ускорил шаги, но, когда приблизился и увидел лицо Мэгги, замедлился, а затем и вовсе остановился.
Он выглядел огорченным. И виноватым.
Теперь Мэгги нацелила палец на него.
— Ты мне даже не сказал! Ты позволил мне узнать это от твоей матери!
Эд ждал, что Лори крикнет ей что-то в ответ, но тот вместо этого лишь съежился.
— Знаю. Извини. — Эд разозлился и шагнул к нему, но Лори уловил движение, встретился с ним взглядом и покачал головой. — Все в порядке, Эд. Мне нужно поговорить с Мэгги. Мне следовало поговорить с ней раньше. — Он поднял и протянул ему пакет с покупками, который держал в руке. — Не мог бы ты отнести это?
Эд кивнул, взял сумку и, поколебавшись лишь мгновение, полез в карман за ключом от студии и вошел внутрь. Он поставил пакет на стойку, но свет включать не стал. Вместо этого он устроился в углу у окна, где словно закутанные в темные саваны фигуры на улице не могли видеть его, но он мог видеть их.
Эд засунул озябшие пальцы в карманы куртки, прислонился к стене и стал наблюдать.
***
Лори прошел три квартала и вернулся обратно, и, несмотря на горячий чай в кружке, его руки в перчатках грозили отвалиться из-за холода. Но температура воздуха не шла ни в какое сравнение с тем холодом, который полыхал на лице его партнера.
— Мне очень жаль, — сказал он Мэгги, и это было правдой. — Мне очень-очень жаль, что тебе пришлось узнать об этом из вторых рук. Ты заслуживаешь большего.
Мэгги покачала головой, все еще сердясь. Но недоумение взяло верх.
— Я ничего не понимаю. Я что-то сделала не так? Я что-то сказала не то? Я думала… — ее глаза на секунду заблестели, она быстро заморгала и провела по ним пальцем в перчатке. — Я думала, тебе нравится, как я справляюсь с делами! Ты никогда не говорил ничего против!
— Мэгги, речь идет не о твоем управлении. Дело вовсе не в тебе. — Он сделал несколько осторожных шагов в ее сторону. — Дело во мне. Я хочу перемен. Я хочу сделать что-то другое. Вот и все.
— Но ты же не можешь просто бросить меня! — Она снова вытерла глаза и повысила голос. — А как насчет весеннего концерта? Как насчет специализированных классов? Ты не можешь просто так все бросить!
— А я и не собираюсь бросать, Мэгги, — ответил Лори, пытаясь успокоить ее. — Я не собираюсь бросать все свои занятия и не буду отказываться от концерта.
— Но почему ты хочешь уйти? — Выражение ее лица снова стало сердитым. Она указала на дверь, в которую вошел Эд. — Это все он. Разве не так? Это тот большой болван, с которым ты танцуешь. Это все его рук дело, я знаю.
— Я ухожу, потому что уже пора, Мэгги. Куда я ухожу и что буду делать — не касается этого разговора. Я не брошу тебя в беде несмотря на то, что ты так драматизируешь, но и не буду стоять здесь и слушать, как ты оскорбляешь Эда и выдвигаешь нелепые обвинения в его адрес.
— Но это же так! Это его вина! Ты сильно изменился с тех пор, как впервые переступил порог Центра. Даже когда ты ненавидел его, ты был другим. — Ее гнев перешел все границы, и теперь слезы свободно текли по лицу, а тон стал тихим и уязвленным. — Я думала, мы партнеры, Лори. Я думала, что мы партнеры.
Какое-то мгновение Лори не знал, что сказать. Он все еще был зол, но выражение лица Мэгги, тон ее голоса… он был ошеломлен. Хуже всего было то, что он не осознавал до этого момента, что она, как и раньше, не понимает, как звучат ее слова. Не понимал, что она точно имела в виду под словом «партнер». Нет, она не хотела отношений с ним, дело было вовсе не в этом. Она хотела владеть им. И до этой секунды искренне считала, что так оно и есть.
Боже, мать была права. В итоге Лори превратится в ее «трофейную жену». Он отчаянно желал исчезнуть, чтобы его не было здесь, чтобы не наблюдать, как его друг, которым на протяжении стольких лет была Мэгги, исчезает и появляется… это.
— Это всего лишь фаза, — сказала она, немного придя в себя. — Когда эйфория от секса пройдет, ты вернешься. — Она заставила себя улыбнуться.
