выстрела в голову.
— А почему ты получаешь звонки по этому поводу? — спросила я, чувствуя, как холодеет моя кровь.
— Потому что кто-то заказал покушение на моего друга, — его голос был холоднее шапок ледников до глобального потепления.
— Дункан Хьюго за решётками, а Тэйт Дилтон мёртв, — напомнила я ему.
— Этот список составил Энтони Хьюго, и он до сих пор делает свои дела.
— Люсьен, ты не можешь просто так решить схлестнуться с боссом мафии, или какой там правильный термин.
— Так уж получилось, что у меня имеются все необходимые инструменты для этого, — сказал он, подняв бокал вина.
— Его расследует ФБР. Тебе не нужно превращать себя в мишень.
— Тебе как будто не всё равно, Пикси.
— Люсьен, я серьёзно.
— Я тоже.
— Что такого можешь сделать ты, чего не может ФБР? — спросила я.
— Во-первых, я могу выделить ресурсы. Моя команда не завалена работой и не страдает от нехватки персонала. Мы имеем возможность найти верную зацепку, потянуть за неё и направить в ту сторону ФБР, — он посмотрел на меня и прищурил глаза. — Я уже жалею, что сказал тебе об этом.
— Что сделает Энтони Хьюго, когда узнает, что ты помогаешь ФБР выстроить дело против него?
— Испытает раздражение?
— Не прикидывайся передо мной бесстрашным тупицей. Этот парень опасен. На ютубе есть документальный фильм про него, в трёх частях, который так и не был закончен, потому что владельцы канала погибли в загадочном пожаре.
— Я прекрасно способен защитить себя, — настаивал он.
Сейчас — возможно. Но было время, когда у него не было такой возможности. Когда он был слишком занят защитой других и не переживал о себе. Старые привычки не умирали так просто, особенно когда носитель этой привычки был упрямой занозой в заднице.
— Его организация по слухам напрямую связана с Южноамериканским наркокартелем, а его правая рука сидит пожизненно за жестокое убийство федерального свидетеля и его семьи, — с каждым слогом мой голос становился всё более пронзительным.
— Кое-кто проштудировал тему, — сказал Люсьен, ни капельки не выглядя обеспокоенным.
— Естественно. Нэш мой друг, и Энтони Хьюго до сих пор разгуливает на свободе.
— Тогда ты понимаешь, почему я делаю то, что делаю.
— Но что, если он придёт за тобой? — настаивала я.
Он поднял на меня холодный и бесстрастный взгляд.
— Я буду готов.
Будь мы друзьями, я бы поспорила с ним. Я могла бы заставить его прислушаться к голосу рассудка. Но мы не друзья. Я ничего не могла сделать, чтобы заставить его всерьёз воспринять моё мнение. Ничего, чтобы заставить его передумать.
У меня внезапно пропал аппетит.
— Полагаю, ты не захочешь поговорить о мерах предосторожности, которые ты предпринимаешь, — подтолкнула я.
— Полагаю, не захочу.
— Он снова нацелится на Нэша?
Люсьен вздохнул и положил столовые приборы.
— Я пришёл сюда не для того, чтобы говорить об этом.
— Ну, потерпишь. Ты здесь, и мы говорим об этом.
— Все признаки указывают на то, что Хьюго сосредоточился на обычном ведении бизнеса.
— И всё же это не отрицательный ответ.
— Я наблюдаю за ним. ФБР наблюдает за ним. Его враги наверняка наблюдают за ним на случай, если можно будет воспользоваться ситуацией. С его стороны было бы невероятно тупо предпринимать что-то сейчас. И Энтони Хьюго можно назвать по-разному, но точно не тупицей. Нэш, Лина, Наоми, Уэйлей, они все в безопасности.
Я скрестила руки на груди.
— Они все в безопасности, потому что Нэш и Нокс предпринимают меры предосторожности, о которых не знают остальные? — Наоми и Лина не будут довольны, когда я скажу им. Конечно, для этого придётся признаться в худшем первом свидании за всю мою жизнь.
Люсьен выгнул бровь.
— Не знаю, почему я утруждаюсь и прошу тебя довериться мне в том, что я с этим разберусь. Ты никогда раньше не делала того, что я от тебя хотел.
Он подзуживал меня, отвлекал. Пытался отвести меня от моих конкретных вопросов поглаживанием по голове и фразами в духе «смотри какая блестящая штука».
— Я просто не понимаю, что такого можешь сделать ты, на что не способны правоохранительные органы.
— У меня есть бюджет, ресурсы и технологии, о которых правительство только мечтает. Я просто делюсь своими игрушками. Между прочим, — сказал он, намазывая хлеб маслом. — Тебе придётся подвезти меня до дома, поскольку я одолжил свою машину и водителя твоему ухажеру.
— Ну хоть бумажник-то у тебя при себе? — спросила я, снова берясь за вилку.
Глава 17. Дискомфортно близко
Люсьен
Дункан Хьюго выглядел значительно потрёпаннее с тех пор, как я в последний раз видел его, когда его в наручниках вели к полицейской машине. Волосы, которые он покрасил в землисто-каштановый, на целый дюйм отросли, выдавая естественный рыжий цвет. Он немного похудел, и сутулость его плеч намекала, что время, проведённое за решёткой, избавило его от некоторой доли высокомерия. Тёмные круги под его глазами почти компенсировали тот факт, что это был мой второй визит в тюрьму за два дня.
Я отметил, что эта тюрьма была в лучшем состоянии, чем вчерашняя. Она не получила бы ни одной награды за дизайн, но мебель не разваливалась, краска не содержала свинца, и по всему помещению витал слабый запах промышленных чистящих средств. У меня всё равно возникали мурашки, а галстук слишком туго стягивал горло.
Я сосредоточился на Нолане, который прислонился к стене, засунув руки в карманы.
Вчера ему не удалось довести мой бизнес до разорения, поэтому когда он настоял на том, чтобы присоединиться ко мне в этой небольшой экскурсии, я не воспротивился.
Я сидел напротив Дункана через стол в комнате для допросов, которую организовало ФБР.
«Это мог быть я», — подумал я, изучая его. Если бы не Уолтоны, я легко мог бы оказаться с противоположной стороны стола.
У Дункана не было ни Саймона, ни Карен, ни Слоан. У него был такой же отец, как у меня. Вот почему я здесь.
— Я сказал, что хочу поговорить с федералами, а не с каким-то заносчивым придурком в костюме, — сказал Дункан, откидываясь на спинку стула, как шестилетний ребёнок на грани истерики. Его мешковатый оранжевый комбинезон подчёркивал рыжину в волосах и клочковатую бороду.
— Я бывший федерал. Это считается? — спросил Нолан.
— Разве я не застрелил тебя? — спросил Дункан.
— Ты промахнулся, говнюк. Твоему приятелю Дилтону повезло.
Дункан хмыкнул.
— Не знаю, что было хуже. Его меткость или его характер.
Я прочистил горло.
— Ты знаешь, кто я? — спросил я Дункана.
Он поджал губы, но кивнул.
— Да в курсе я, бл*дь, кто ты.
— Тогда,
