И как только угасли последние вспышки, на месте короткого, но поразительного шторма стоял высокий сверкающий дракон, который казался осколком кристалла или льда. Для дракона выражение его морды было весьма веселым, как будто он наслаждался созданным им зрелищем даже больше, чем те, кто увидел его.
— Здравствуй, Малигос, — вежливо сказала Алекстраза.
— Какое удовольствие видеть вас, Королева Жизни! — мерцающий гигант сердечно рассмеялся. — И вас, конечно же, тоже, мой чудесный сон!
Изера тихо кивнула, ее лица коснулась улыбка.
— Как поживает ваше царство? — спросила красная королева.
— Столь же чудесно, как я и желал! Полно блеска, цветов и молодняка!
— Все же, создатели должны были сделать вас Отцом Жизни, а не Хранителем Магии, Малигос!
— Интересная мысль! Мы как-нибудь обязательно обсудим ее на следующем собрании!
Он снова засмеялся.
— Тебе нехорошо? — спросил Кориалстраз Краса, который, увидев вновь прибывшего, напрягся в ужасе.
— Хорошо. Я просто уселся поудобнее.
Крошечный человечек был благодарен судьбе, что Кориалстраз не мог увидеть его лица. Чем дольше Крас видел и слышал Малигоса, тем больше он жалел о необходимости сохранить в секрете всю правду о будущем, даже от Аспектов.
“Что бы ты сказал, Хранитель Магии, если бы знал, что тебе уготовано? Предательство, безумие, царство, замороженное и опустошенное, в котором выжил лишь ты…”
Крас не мог вспомнить все, что знал о будущем Малигоса, но вспомнил достаточно, чтобы понять и сожалеть о трагедии — и все же он не мог довести до сознания сияющего гиганта его судьбу.
— И вот из-за него одного мы устроили собрание? — спросил Малигос, его мерцающий пристальный взгляд остановился на Красе.
— Из-за него, — ответила Алекстраза.
Хранитель Магии вдохнул воздух.
— У него наш запах, хотя, возможно, это из-за близости к Вашему супругу. Я не могу сказать наверняка. Я также чувствую окружающее его древнее волшебство. Он околдован?
— Мы позволим ему рассказать свою историю, — ответила Алекстраза, спасая Краса от расспросов. — Как только прибудут остальные.
— Вот, один из них придет прямо сейчас, — задумчиво объявила Изера.
Потолок всколыхнулся, замерцал. Появилось огромное крылатое существо, мощно спикировавшее вниз, дважды облетев гигантскую пещеру. Другие Аспекты в тихом уважении наблюдали, как приближается массивное существо.
По размерам он был самым огромным из них — крылатое чудовище, черное, как ночь, и держащее себя столь благородно, как только мог дракон. Тонкие вены из серебра и золота, тянущиеся с груди на спину, очерчивали его позвоночник и бока, в то время как блеск между чешуйками навевал мысли об алмазах и других драгоценных камнях, природой инкрустированных в его чешую. Вновь прибывший излучал первобытную мощь, мощь мира во всех ее проявлениях.
Он приземлился чуть поодаль от остальных, его огромные, перепончатые крылья аккуратно сложились позади. Низким и глубоким голосом черный дракон сказал:
— Вы звали, и я пришел. Всегда рад видеть друга Алекстразу…
— И я приветствую вас, дорогой Нелтарион.
Чуть ранее Красу понадобились все его силы, чтобы удержаться от реакции при виде Малигоса. Теперь же его почти колотило, как он ни старался не показать ни малейшего намека на те чувства, что вызывал в нем последний гость. Если прежде его беспокойство было вызвано знанием о том, на какое будущее обречен Хранитель Магии, то сейчас Краса взволновало будущее всех драконов… и самого мира, должного пережить пришествие Пылающего Легиона.
Перед ним стоял Нелтарион.
Нелтарион. Хранитель Земли. Самый уважаемый из Аспектов и, кроме того, близкий друг любимой королевы Краса. Если бы Нелтарион был из ее стаи, он, конечно же, был бы одним из ее самцов. Не считая супругов, именно у Хранителя Земли Алекстраза чаще всего искала совета: у черного рода был острый ум, который мог увидеть все грани проблем. Нелтарион не делал ничего, не рассчитав последствий, и в молодости Крас в некоторой степени подражал ему.
Но в будущем, которому принадлежал волшебник, любая мысль о подражании Нелтариону показалась бы безумием. Нелтарион отказался от своей роли, отказался оказывать защиту, которую Аспекты давали смертному миру. Вместо того он уверился в том, что младшие расы были корнем всех зол этого мира, что они должны быть уничтожены… и те, кто помогал им, тоже.
Нелтарион пришел к идее создания мира, где только драконы — несомненно, в основном из его стаи, — управляли всем и вся. Эта растущая одержимость привела его к бесчисленным поступкам, все более и более темным, поступкам настолько страшным, что, в конечном счете, Нелтарион стал столь же ужасен, как и демоны Пылающего Легиона. Остальные Аспекты, наконец, объединились против него, но лишь после того, как он пролил реки крови и вызвал необозримые разрушения.
И, отвергнув все то, чем он когда-то был, Нелтарион отверг свое имя. От своих бывших друзей он получил прозвище, под которым стал известен всем существам, ставшее синонимом злу.
Смертокрыл…
Перед глазами Краса маячил Смертокрыл, Разрушитель, Черный Бич. Дракон-маг не мог сделать ничего, чтобы предупредить остальных. Фактически, хотя он и знал, кем, в конечном счете, станет Нелтарион, Крас не мог вспомнить, когда и где случится трагедия. Разжигая среди Аспектов недоверие в такое время, он мог добиться куда худших бед, чем те, что принесет Хранитель Земли.
И все же…
— Я был удивлен, когда со мной связалась Изера, а не вы, — прогрохотал черный. — Вы в порядке, Алекстраза?
— Да, Нелтарион.
Он осматривал ее спутников.
— А вы, юный Кориалстраз? Вы не в лучшем состоянии, мне так кажется.
— Последствия болезни, — с уважением ответил ему красный самец. — Это честь для меня — видеть вас снова, Хранитель Земли.
Они разговаривали как хорошие знакомые, и Красу удалось вспомнить, что, став Смертокрылом, Нелтарион уже не будет узнавать его. Ко временам войн с орками черный гигант так долго жил в своем безумии, что забыл о прошлой дружбе. Все, что имело для него значение, было нашептано ему его тьмой.
Но здесь Нелтарион был товарищем. Он посмотрел на шею Кориалстраза, заметив крошечного человека, накинувшего на голову капюшон.
— А ты, наверное, тот самый. У тебя есть имя?
— Крас! — огрызнулся волшебник. — Меня зовут Крас!
— Какой дерзкий кроха! — с ухмылкой сказал Нелтарион. — Я все же верю, что он — дракон, как и намекала Изера.
— Дракон, которому есть что рассказать, — добавила Алекстраза. Она пристально глядела на потолок, точнее, на круг, через который вошли она и остальные драконы. — Но я предпочла бы дать Ноздорму еще немного времени прежде, чем мы начнем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
