печь, даёт куда больший выход продукции, чем то любительское оборудование в танцклубе. Ещё и мощная вытяжка есть. Для отвода горячего воздуха, так как здесь воздушное охлаждение. И выходит раструб в нужном мне направлении. Просто прекрасно.
Для начала подхожу к пульту и играюсь с заслонками вытяжки. Теперь отвод горячего воздуха идёт только в сторону логова Хенвила. После этого нахожу на полках пакеты со знакомым зеленоватым порошком. Вскрываю, принюхиваюсь и морщусь – это оно, та самая дрянь. Сгребаю кучу пакетов и высыпаю их содержимое внутрь охладителя. Потом нахожу помпу со шлангом и подсоединяю к одной из бочек с нужным летучим реагентом. Пара минут работы, и к порошку добавляется пара десятков литров дряни от которой слезятся глаза.
Мешаю найденной палкой смесь в охладительном контуре и закрываю сервисный лючок. Плотно так закрываю. Вот теперь можно и поиграться с другими настройками реактора. Спасибо Гулару, что научил меня обходить защиту встроенного инфора. Просто срываю панель и непосредственно замыкаю несколько проводов. Всё, пошёл нагрев. Сейчас раствор закипит и пойдёт испарение. Вытяжка разнесёт эту взвесь по району.
Бедлам начнётся тихо и незаметно, так как итоговая концентрация порошка небольшая. Однако это повлияет лишь на скорость наступления прихода у местных. Зелёный туман рассеется и станет почти незаметной дымкой. Того, что я задумал, наёмники точно не ожидали. Может яд они и ждут, но тилрум точно нет.
Тилрум – продукт получаемый из выпаренного отвара определённых водорослей и очень токсичных грибов. На выходе получаем тот самый порошок зелёного цвета – мощнейший возбудитель и афродизиак. Товар был не менее ходовым, чем любая другая дурь. Порошок можно потом разводить как питьевой отвар или делать раствор для ингаляторов. На Даранге те ребята делали именно второй вариант, а я по ошибке распылил его на танцполе.
Очки и респиратор защищают меня от газа. Покидаю фабрику через проделанную дыру и ставлю на место вырезаную пластину. Вот теперь можно забраться повыше. Соседний ангар был чуть выше окружающих зданий, что давало хороший обзор. На стене много выпирающих элементов и я забираюсь на крышу даже без помощи своих лебедок.
Смотрю в сторону площади, к которой примыкает двухэтажный особняк Рябого. Дом построен не из листовой шести, а из глиняных кирпичей, символизируя этим богатство. Ещё вижу как в его сторону движется зеленоватая дымка, рассеиваясь и становясь невидимой. Ждём теперь эффекта несколько минут из-за низкой концентрации. На Даранге была ядреная смесь, что дала почти мгновенный эффект.
Неожиданно оживает рация. Благо микрофон у меня в ухе и никто не услышит вызов. Вальдо взволнован и ошарашен.
– Слик, ты что там устроил? Это же массовое убийство.
– Однако привет, Вальдо. Ты таки подсматриваешь. Интересно, как?
– Дрон над вами запустил. – Запомню это. Инквизиция страхуется – понимаю. – Плюс в том монокуляре, что ты взял, спрятан маяк. Ты зашёл в тот сарай, а потом оттуда повалила какая-то дрянь. Слик, я всё понимаю, но массовое убийство...
– Не тоже самое, что офигеть какая большая оргия, Вальдо. Так что лучше отвернись. Сейчас тилиум устроит тут очень горячую вечеринку.
– Что? – вскричал ошарашенный инквизитор. – Ты что сделал?
– Ты ведь не глухой, Вальдо. Я распылил тилиум. Это такая штука, что у парней вместо полшестого делает на один час. И у дам. Скоро все тут будут ну очень заняты.
– Я не про это. Как ты его распылил? Обычные ингаляционные масла, которым его разводят, очень тяжёлые. Пар от них быстро опускается и рассеяние было бы не таким большим. Чем ты развёл порошок?
Верно. На том танцполе я как раз масляную смесь по ошибке распылил. И потому задело только дам и персонал клуба.
– Да какая разница?
– Большая. Тилиум для вдыхания разводят только с такими маслами, так как с другими веществами смесь вступает в активную реакцию. Результат офигеть какой непредсказуемый. Вплоть до смерти.
Чуть не ляпнул, а что в этом плохого, но вовремя остановился. Хм, если тут все умрут, это не порадует ни Атора, ни агента Инквизиции. И я все-таки профессионал, а не массовик-убийца. Эх, была не была. Держим пальцы крестиком.
– Ксианский эфир, а что? Он быстро разлагается на вполне безопасные компоненты. Странно, что его бычно не используют?
Слышу в рации полный боли стон, а потом резкий хлопок. Причём явно не по пульту. И что это Атор где-то вдалеке хихикает?
– Разлагается и вступает в реакцию, Слик.
– Оу. То есть все умрут?
– И не мечтай, душегуб. Всё гораздо хуже.
– Что может быть хуже смерти? – искренне удивляюсь я.
– Позор. В реакции с компонентами эфира в тилиуме образуется нейромедиатор, который...
Вальдо вздыхает, а Атор уже просто ржёт самым неприличным образом. Что-то мне страшно услышать подробности, но инквизитор неумолим и добивает меня:
– Слик, доберись до входа в тоннель. После этого я запущу ракету с усыпляющим газом. Благо в боекомплекте корабля такая есть. Хотя пара знакомых старших инквизиторов просто бы всё здесь спалила. Потому что твоими стараниями Пьяный Ручей скоро переименуют в Голубой.
– Скорее в Голубой Фонтан, – хихикает Атор, а потом начинает просто неприлично ржать.
Что? Он же не это имеет ввиду? Но оказалось, что именно это.
– Этот нейромедиатор отключает в мозгу некоторые центры, что отвечают за критическое мышление и разборчивость в выборе партнёров для соития. Как представитель Святой Церкви, я не могу допустить такого дьявольского непотребства.
Дальше мы спорили как пара супругов.
– У тебя была усыпляющая ракета? А чего мы её не применили?
– Ты сказал, что тихо просочишься в дом Одноглазого. Чтобы не спугнуть Рябого и его людей. Что не так пошло?
– Охрана оказалось лучше, чем я рассчитывал. Ну и пришлось организовать отвлекающий манёвр.
– Отлично организовал. Если я буду писать отчёт, то его точно засекретит Великий Инквизитор. Вот почему ей надо было связаться именно с тобой?
Как понимаю, это он Ровену сейчас упомянул. Тут в разговор вмешался Атор:
– Ребят, может отложим разборки. Слик, ты ускорься и проникни в ту дверь до того, как тут все друг дружку отпи...
– Технорыцари, молчать! – обрываю я друга любимым выражением Фердинанда Блюма. Не могу при этом сказать, что наш потомственный аристократ или его люди как-то особо сильно ругаются. Просто наш барон иногда такие перлы выдает с серьёзным лицом.
Дослушивать Атора я не стал, и с места срываюсь вперед. Будь я
