меня вздрогнуть, а в итоге вообще все: и белок, и радужка, и веки — приобрели густо-черный цвет.
Да уж. Маска точно будет не лишней.
###
Пятая арена встретила меня гулким эхом шагов по металлическому полу. Массивные мана-светильники, подвешенные к потолку, мерцали теплым желтоватым светом, отбрасывая резкие тени на стены. Воздух пах озоном и потом — знакомый аромат сражавшихся недавно Артефакторов.
— Документы, — пробурчал сержант у входа, даже не поднимая глаз от бумаг. Его мундир сидел идеально, но на локтях уже виднелись потертости.
Я протянул жетон и рекомендательное письмо. Сержант пробежался глазами по тексту, его губы скривились в едва заметной гримасе.
— Вон там жди, — он ткнул пальцем в сторону зала, где уже толпились кандидаты. — Вызовут по списку.
Внутри арены стоял приглушенный гул голосов. Человек сорок, не меньше, расселись по скамьям вдоль стен. Я нашел свободное место между коренастым мужчиной с боевым молотом у пояса и юношей, нервно постукивающим пальцами по ножнам короткого меча.
— Первый раз? — шепотом спросил сосед справа.
Я лишь покачал головой, осматривая помещение. По периметру стояли наблюдатели в синих мундирах с планшетами в руках. Они что-то записывали, периодически перешептываясь между собой.
Ровно в семь утра центральные двери распахнулись, и в зал вошел высокий мужчина в мундире инструктора. Маску я пока не надевал, так что просто сделал вид, что тру глаз, активировав «Черное око» на пару секунд. Развязка Сказания. Неплохо. Его нашивки сверкали в свете ламп.
— Внимание! — его голос перекрыл все разговоры. — Правила просты. Каждый сразится со мной. Три минуты — минимальный проходной балл. Покажете что-то выдающееся — можете закончить раньше. Вызываю по списку. Первый — Алрик из Борнхольма!
Мой сосед с боевым молотом тяжело поднялся и направился вслед за инструктором в противоположный выход от того, через который я пришел.
Я расслабился на скамье, ощущая, как золотые узоры на моей груди успокаивающе пульсируют в такт сердцебиению. На поясе висел «Секущий ветер», в кобуре на груди ждал своего часа «Меткий выстрел», на поясе, чтобы ни у кого не возникало вопросов о происхождении моей защитной магии, удобно пристроилась «Бронзовая шкура», та что я забрал у мертвого контрабандиста и не сумел поглотить. «Прогулка в облаках» слегка давили на голень — еще не разносились.
С таким арсеналом я смогу пройти тест без особого труда, с учетом того, что минимальный ранг для присоединения к войскам Коалиции — Кульминация Истории, что было даже ниже, чем у меня.
Так что я не особо волновался, просто мирно дожидаясь своей очереди.
Холод металлической скамьи проникал сквозь ткань брюк, пока я осматривал помещение, смотря на все и ни на что одновременно.
Тень внезапно перекрыла свет. Передо мной стоял здоровяк в качественном кожаном доспехе, насколько я понимал, целиком являвшемся единым защитным артефактом. На поясе болтался меч в потертых ножнах, за спиной виднелись края треугольного щита.
— Тебе это нахрена? — хрипло произнес он, тыча толстым пальцем в мою маску, которую я пока что держал на коленях. — Чего, боишься, что рожу попортят? Или не хочешь, чтобы кто-то увидел твое скривившееся от ужаса лицо, когда тебя инструктор будет мутузить?
Я смерил его взглядом. Судя по лицу и осанке, он не был просто каким-то случайным парнем с улицы. Да и то, что на вид ему было не больше двадцати, а он уже имел достаточный ранг для подачи заявки и достаточную уверенность в себе, чтобы согласиться пройти тест Коалиции, говорило о многом.
Ссориться по такому пустяковому поводу не хотелось, но и позволять мальчишке почти вдвое младше себя так нагло базарить я не собирался.
— Если не надену маску в бою, такие нахальные соплежуи как ты сбегут в ужасе, — равнодушно ответил я. — Так что скажи спасибо, я жалею твою психику.
Пара кандидатов рядом фыркнула. Здоровяк налился краской.
— Я — Хамрон из клана Сирендал! — он ударил себя кулаком в грудь. — А ты кто такой, тряпка серая?
Сирендал? Знакомое название… впрочем, мало ли.
— Я — Мак Марион. Из рода «Отстань-от-меня-пока-живой».
Смех разнесся по скамьям. Хамрон заскрипел зубами, его рука дрожала над рукоятью меча.
— Войска Коалиции — для воинов, а не для трусов, прячущихся под масками! — он плюнул на пол перед моими сапогами. — Тебя на первом же задании как щенка пристрелят!
Я заметил сержанта Коалиции, наблюдающего за ситуацией из угла зала.
— Скажите, — громко обратился я к нему, — если я уложу этого мешковатого болтуна, это засчитается как прохождение испытания?
Сержант с шрамом через губу усмехнулся:
— Можно попробовать договориться с инструктором Парсом. Но условия обозначит он.
Хамрон довольно ухмыльнулся.
— Отличная идея! Я раскатаю тебя по арене в блин!
— Скажите, когда подойдет наша очередь, — проигнорировав его, сказал я сержанту.
###
Инструктор медленно прошелся перед нами, стоящими на арене. Она не была настолько же крутой, как в Перекрестке: просто обычный каменный круг, разве что стены были высотой в полтора десятка метров и только затем начинались трибуны.
— Последние уточнения, — голос инструктора резал воздух без повышения тона. — Запрещены умышленные калечащие удары, атаки сдавшегося или уже не способного продолжать бой противника.
Хамрон переминался с ноги на ногу, его пальцы нервно сжимали и разжимали рукоять меча, на другой руке, прикрывая почти весь его немаленький торс, уже был надет щит.
Я стоял неподвижно, ощущая вес «Секущего ветра» в правой руке и шершавость рукояти «Меткого выстрела» — в левой. После моего воскрешения это должен был быть первый настоящий бой и мне, честно говоря, уже не терпелось.
— Есть ли правила насчет сдачи? — спросил я.
Инструктор усмехнулся одним уголком рта:
— Считается поражением. Мы ценим стойкость, но не глупость.
Хамрон фыркнул:
— Ты что, тряпка, уже белый флаг готовишь?
Я повернулся к нему, слегка наклонив голову:
— Предлагаю сделать наш бой интереснее. Пари. Ты выигрываешь — я навсегда забываю дорогу в рекрутские штабы. Я выигрываю — ты мне тысячу золотых.
В зале прошелся возбужденный шепот. Тысяча золотых — почти год жалования рядового.
Хамрон замер, задумавшись. Потом он громко хлопнул себя по нагруднику:
— По рукам, маска! Только потом не ной, когда придется ползти отсюда на четвереньках!
Инструктор покачал головой, потирая переносицу:
— Ваши деньги, ваши проблемы. На позиции.
Мы разошлись на положенные пятнадцать шагов. Хамрон принял боевую стойку, резко посерьезнев
