ещё десяток раскиданных по Торну аналогичных сущностей Астрала был призван сохранять от распада те искры таланта, что Магистр когда-то отщепил от своей души и с помощью которых мог лишь надеяться разжечь в себе — и только в себе! — былой пожар магии.
Однажды Бримс — бездомный сирота, по странной превратности судьбы заглянувший в пустующий особняк со странным названием «Тень Ярдиги», — уже получал билет на дилижанс к вершинам мира. И вот теперь он снова ступал на однажды уже проторенную дорожку. Разве что раньше Дар в нём пробуждала сторонняя сила, а теперь он раздувал его в себе уже собственными стараниями.
— Может быть потому что Б-бу — голова? — нарушил ход его мыслей приказчик неприятным и чуть дрожащим голосом.
— А, да. Именно поэтому! — после секундной заминки хохотнул Бримс и, даже не удосужившись поднять потерявшую всякую ценность статуэтку, двинул к выходу из лавки.
Одного чересчур умного Бу впереди ждала ещё куча дел, и раз Бримс решил таки вопрос с возвращением колдовских способностей — ну или был к этому весьма близок — откладывать их дальше смысла уже не имело.
— Бу — умный! — добавил он грозно и почти сразу же привычно прошипел: — Айрунг, с-сука!! Как же я тебя ненавижу!!
Глава одиннадцатая
С подачи К’ирсана за подготовку и отправку в страну Хань «научной» экспедиции отвечала не просто служба внешней разведки, но лично её глава Лу Гир. И дело тут было никак не в национальной принадлежности этого крайне инициативного любителя развесёлой жизни — даже будь он не выходцем из клана Серебряной луны, а чернокожим беглецом со Змеиного архипелага, всё равно ничего бы не изменилось. Столь важное для страны и лично императора дело можно было доверить лишь тому, кто обладал опытом организации сложных операций, умел работать за пределами Сардуора и не боялся ответственности. Ну а так как подобных людей в окружении К’ирсана имелось не так чтобы много, то и особых мук выбора он не испытывал — сразу же остановился на кандидатуре Лу Гира.
И, надо сказать, с данным решением Кайфат не прогадал. Толстяк отнёсся к поручению императора со столь большим воодушевлением, что смог не только быстро наладить координацию между участвующими в подготовке службами, но ещё и существенно сократить время сборов. Шутка ли, планируется сложнейшая экспедиция в далеко не самые спокойные земли, а от момента утверждения круга ответственных за подготовку лиц и до выхода полностью снаряженного корабля проходит едва ли три седмицы! Пожалуй тут даже лично К’ирсан лучше бы не управился.
Хотя хвалить только внешнюю разведку тоже было бы неправильно. Не подкачали вообще все службы, занимавшиеся претворением воли Владыки в жизнь: министерство имперского развития с похвальной быстротой выделило финансирование, Корпус и армия подобрали подходящих специалистов, а дипломаты утрясли все формальности с правителем Поднебесной. Всё прошло настолько гладко, что даже не понадобилось привлекать фанатиков из Ордена — добровольцев хватало и без ярых последователей Владыки.
Несмотря на вялотекущую войну с Загорьем, часть сильных бойцов и магов кажется несколько «застоялась», и потому первая за последние годы дальняя экспедиция вызвала среди подданных К’ирсана немалый ажиотаж. Дошло до того, что запрос на участие отправил Храбр! И если бы не вмешался Яр’мир, попросивший отца оставить первого из Молниеносных под своим началом, наверняка бы добился своего.
Сыну Кайфат на сей раз отказывать не захотел…
— Хозяин, как думаешь, они справятся? — спросил Гхол, после того как они с К’ирсаном проводили в море специально выделенную под задачи экспедиции яхту и вернулись из порта во дворец. — Всё-таки если верить старейшинам клана Серебряной луны, страна Хань — не самое гостеприимное для чужаков место.
— Вопрос не в том справятся они или нет… Помимо сильных бойцов Лу Гир привлёк к задаче ещё пару своих лучших агентов, знающих толк в сборе информации… Вопрос в том, верна ли моя гипотеза в принципе! — задумчиво произнёс К’ирсан, замирая у окна кабинета и задумчиво глядя поверх верхушек деревьев.
— Да как же она может быть не верна, хозяин⁈ Ты ж сам всё так логично изложил, что… — удивился гоблин, звеня принесёнными с собой склянками.
Верховный шаман увлёкся экспериментами с зельями и теперь постоянно пил по графику собственноручно сваренную отраву. Кайфат относился к новой страсти урга с подозрением, но пока не вмешивался — вдруг какой толк всё же выйдет? И Гхол этим пользовался.
— Можно строить сколь угодно умные и логически выверенные теории, но если начальный посыл неверен, то и приведёт он к далёким от реальности выводам, — прервал урга Кайфат и, всё-таки выхватив магией из его рук тёмно-синюю склянку, осторожно понюхал содержимое. — Мята, базилик и зелёный друл⁈ Странное сочетание…
— Угу. Но если обработать его магией астрала, то получится прекрасное средство от морщин! — с гордостью сообщил гоблин, даже как-то приосанившись. Потом поймал заинтересованный взгляд К’ирсана, увидевшего возможность озолотиться за счёт жаждущих продления молодости дамочек, и торопливо предупредил. — На людях, увы, не работает!
Кайфат немедленно помянул хфурга и вернул пузырёк владельцу — этого следовало ожидать, полезными в хозяйстве вещами в последние годы Гхол не занимался принципиально. Впрочем… он ведь не за это его ценил, верно? Зеленокожий коротышка был прежде всего тем, кто сопровождал К’ирсана во всех невзгодах, поддерживал в любых начинаниях и подставлял плечо там, где требовалась поддержка. Пусть даже только моральная. Особенно ясно это стало видно после того, как К’ирсан побеседовал с ним по душам и рассказал о Кукловоде. Да, полностью данный шаг доверие восстановил, но то что вновь появилась некоторая лёгкость в общении, тут не было никаких сомнений.
— Тогда если нет уверенности в гипотезе, зачем вся эта затея с экспедицией? — нахмурился гоблин, заканчивая намешивать коктейль из своих зелий и теперь с не меньшим чем у Кайфата скепсисом принимаясь изучать его с помощью подчинённых духов. — Ресурсов ведь вбухали прорву!
— Это да, но зато теперь все точно убедились в серьёзности наших намерений. А значит и действовать станут соответствующим образом, — усмехнулся К’ирсан, снова поворачиваясь к окну.
Говорить о том, что война — это искусство обмана, а обман дело дорогое, он, впрочем, не стал. Как и то, что он уже получил некоторый результат. Слишком уж большой интерес вызвала экспедиция среди его ближнего и дальнего окружения, чтобы считать это простым совпадением. Но до этих вещей гоблину предстояло
