— Ты спасла меня.
— Да — с помощью остальных.
— Как?
— Что ты помнишь? — поинтересовалась я.
— Я помню секс, но не более того.
— Ты можешь сесть? — спросила я.
Казалось, он на минуту задумался об этом.
— Думаю, да, — он приподнялся, и я согнула руку, чтобы помочь ему сесть. На мгновение он застыл, словно был не уверен, хорошая ли это идея — сидеть, а потом произнес: — Мне не больно. Почему мне не больно?
— Ты — оборотень. Вы, ребята, быстро исцеляетесь.
— Я - нет, — сказал он.
Я помогла ему встать. Разорванные подушки упали, и он предстал передо мной таким же обнаженным, как и в воспоминаниях. Это меня немного беспокоило, потому что я относила Ноэля к категории тех, кого следовало защищать. Нет, — давайте будем честны, — я думала, что он слишком невинный для меня. Я старалась смотреть ему в глаза, в то время как он покачивался, цепляясь за мою руку.
Откуда-то раздался глухой голос.
— Ноэль исцеляется медленно, почти по-человечески медленно, — Тревис частично выбрался из-под кучи рваной одежды и бессознательных вампиров, чтобы встать на колени, но не спешил подниматься. — Ауч… — он коснулся внутренней части бедра, где были следы засохшей крови. — Что делают на мне все эти вампирские укусы? И не то чтобы я жаловался, но почему я не чувствую себя хуже с тремя укусами?
— У Ричарда и у меня по восемь на каждого.
Ноэль и Тревис оба посмотрели на меня широко раскрытыми глазами, и в этот момент я задумалась, насколько же они молоды. По возрасту они были всего лишь лет на пять или шесть моложе меня, но дело не всегда было в хронологическом возрасте. Они только что оба отразились на моем радаре, как очень неопытные.
— Вы оба должны быть мертвы, — сказал Ноэль, — такая большая потеря крови…
— Ты не очень дипломатичен, — проговорил Тревис, воспользовавшись спинкой софы, чтобы встать на ноги.
— Извините, я не хотел… — пробормотал Ноэль, смутившись.
— Все нормально. Да, мы должны были истечь кровью.
— Почему же этого не произошло? — произнес Натаниэль, пробираясь обратно к нам. У него было шесть собственных укусов. — Только однажды на мне кормилось такое количество вампиров. Я чувствовал себя ужасно и болел целый день. Но я не чувствую себя больным, я чувствую себя хорошо, даже отлично.
— Любовник Смерти пытался направить нас на поедание друг друга, убийство друг друга. Жан-Клод сумел перенаправить эту жажду уничтожения на секс и исцеление.
— То есть, мы все-таки должны были истечь кровью до смерти? — сказал Натаниэль.
Я кивнула, потом вздрогнула, потому что тот, кто укусил меня за шею, не был нежным. Видимо, большая часть целительной силы досталась двум верльвам передо мной, потому что укус все еще болел. На внутренней стороне моих бедер были повязки, чтобы предохранить их от трения о джинсы.
Пальцы Ноэля исчезли с моего запястья, и я поняла, что какое-то время держала его руку, или он держал мою. Это был один из тех моментов, когда я сомневалась: отпустить ли его руку или продолжать держать? У меня был метафизический секс с ним, и я спасла ему жизнь, так, сколько мне следовало держать его за руку?
Натаниэль протянул мне мой телефон.
— Я еще поищу пистолет и нож, но, по крайней мере, мы нашли твой телефон.
Я взяла телефон, что позволило мне прекратить держать Ноэля за руку.
— Что ты ищешь? — спросил Тревис.
Натаниэль объяснил ему, и они стали обыскивать дальнюю часть комнаты. Ноэль остался со мной. Казалось, он не понимал зачем, но и не хотел покидать меня. Я не знала, боялся ли он отойти от меня, или для этого была какая-то метафизическая причина. Я собиралась спросить об этом Жан-Клода и надеялась, что у него найдется ответ.
Ноэль погладил пальцами мою руку.
— Все в порядке?
Мне не нравилось, что он все время трогал меня. Не потому, что ощущение было плохим, совсем наоборот, но мне не нужно было приручать еще одного льва. У меня уже было слишком много львов.
Как будто по команде, Хейвен снова вошел в комнату. Он был обнажен, как и все оборотни, но в одной руке у него был пистолет в кобуре, а в другой — полотенце. Он вытирал им свои короткие синие волосы. Был ли он красив? Да. Но мышцы и хорошее сложение не могли восполнить недостатки характера. Иногда нужно просто сказать "нет".
Ноэль придвинулся ко мне и немного за мою спину. И хотя он не был изящным, он спрятался за мной. Он дотронулся до меня, и я шагнула назад, сокращая небольшое расстояние между нами. Восприняв это как согласие, он обнял меня за талию. Я чувствовала, как он дрожит, и хотя он был обнажен, в этом не было ничего сексуального. Он боялся красавца-мужчины, и только лишь ощущение страха Ноэля сделало для меня Хейвена менее красивым. Человек хорош настолько, насколько хорошо поступает, а то, что он сделал с Ноэлем и Тревисом, не было хорошим.
Хейвен хмуро посмотрел на нас. В его голубых глазах, ставших еще ярче от насыщенного голубого цвета мокрых волос, вспыхнула злость.
— Я думал, что ясно высказался, но, похоже, что нет. Ничего, я могу быть более определенным.
Мой пульс и дыхание ускорились. Я чувствовала спиной, как стучит сердце Ноэля. Тревис встал рядом с нами. Он не стал прятаться за меня, как Ноэль, просто подошел ближе. Я была единственным другим доминантом в комнате. Охранники были либо еще без сознания, либо в многочисленных душевых и ванных глубже под землей.
Я нашла браунинг, но в нем был свинец, а не серебро. Это означало, что я могла ранить оборотня, но не могла убить. У меня был один нож в ножнах на запястье и большой нож. Они были серебряными, но если бы мне пришлось воспользоваться лезвиями в бою с Хейвеном, у меня было мало иллюзий насчет того, что я могу победить. Я видела, как он дерется. Он был обученным бойцом. Его руки были почти вдвое длиннее моих, а ноги — больше, чем вдвое. Он уже продемонстрировал мне свою невероятную скорость.
Я слышала, как Натаниэль передвигает вещи позади меня.
— Я найду его, — сказал он. Он искал мой второй пистолет с серебряными пулями, потому что сделал те же подсчеты, что и я. Он найдет его, если сможет.
— Я не могу позволить тебе обидеть их, Хейвен, — сказала я, и мой голос был чистым и ровным.
Он бросил полотенце на пол и стоял обнаженный, и красивый, и смертоносный.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
