Остаток дня после разбора вещей они провели, гуляя и наслаждаясь красотой природы. Две женщины как дети резвились, кидая друг в друга осенние листья и прыгая по лесу. Если бы кто-нибудь увидел их в этот момент, то ни за что бы не узнал в этих людях собранных и дисциплинированных профессионалов. Воздух вокруг был наполнен смехом и хихиканьем.
День подошел к концу, и в головах все чаще возникали мысли о тепле и пище. Гаррет сложила дрова и разожгла огонь в камине, а Дэнни стала готовить ужин. К тому времени, как за окном стало совсем темно, огонь в камине все больше радовал глаз. Сидя у огня, женщины изредка перекидывались фразами, но все чаще в воздухе повисала комфортная тишина, связанная с теплом и наполненными едой животами.
Свежий лесной воздух сделал свое дело, глаза блондинки практически закрылись. Мотая головой из стороны в сторону, чтобы не заснуть, девушка медленно встала с кресла.
- Полагаю, что я устала больше, чем рассчитывала, - она потянулась и сладко зевнула. – Мне лучше пойти, чтобы тебе не пришлось нести меня в постель, - невинно подразнила она.
Темноволосая женщина сидела неподвижно, уставившись на огонь. – Похоже, ты строишь планы на меня, - улыбнулась она Дэнни. – Может мне имеет смысл поддерживать огонь до утра?
Дэнни кивнула, подходя к двухъярусной кровати, - как хочешь. Верхняя или нижняя?
- Мне все равно, лягу в ту, которая будет пустой.
Девушка достала из сумки пижаму и отправилась в ванную переодеться. Остановившись в дверях, она обернулась на Гаррет, которая кидала в огонь старые журналы.
- Эй, Гар, я не смогла найти твою пижаму вчера, поэтому кинула в сумку пару треников. Это подойдет?
Брюнетка отложила журналы и начала смеяться, - да, все в порядке! – Она смотрела на недоумение, обозначившееся на лице девушки.
- А где ты вообще ее хранишь? – робко спросила она, - я спрашиваю на будущее.
- Ммм, Дэнни, у меня, скажем так, нет пижамы, поэтому ты и не смогла ее найти.
- Боксеры и футболки, так?
Женщина удивленно вскинула бровь, но все же искренне ответила, - когда я не на дежурстве, я сплю голышом.
С трудом пропищав, - О! – Дэнни двинулась в сторону ванной, представляя сильное красивое тело темноволосого хирурга, лежащее на белых простынях. Она закрыла дверь и оперлась на нее спиной. Девушка провела рукой по лицу, стараясь усмирить буйные эмоции. – Это немного больше того, что мне следовало бы знать, - сказала она себе под нос и встала под холодный душ.
Женщины лежали в своих кроватях, а тишина, не привычна для городских жителей, просто оглушала. Но сочетание плотного ужина, целого дня, проведенного на воздухе, и запаха горящих дров привело к тому, женщины скоро спокойно заснули.
Дэнни вспомнила о днях своей юности, проведенных здесь и подумала, что местная атмосфера подействует на Гаррет расслабляющее, и та наконец сможет нормально поспать. Горный воздух был совершенно отличным от городского. Он был способен очищать мысли и чувства, по крайней мере, так говорил ее дедушка. Девушка проснулась и услышала тихое и размеренное дыхание своей подруги. Она улыбнулась, натянула под подбородок одеяло, отвернулась к стене и тут же заснула.
Треск горящих дров сменился тихим шумом и свечением затухающих углей. Ночь начала отступать, за окном светало. Дэнни почувствовала легкую вибрацию кровати. Сквозь дремоту она почему-то вспоминала свою унизительную поездку на машине скорой помощи. И чем больше она пыталась привести в порядок собственные мысли, тем сильнее она чувствовала вибрацию. Адреналин потек по венам, она услышала отчетливый шум снизу и начала просыпаться.
- Что такое? – сонно бормотала она, пытаясь оторвать голову от подушки. – Гаррет, ты это чувствуешь? – Дэнни оперлась на локоть и стала тереть глаза. – С тобой все в порядке?
Резкие движения тела внизу раскачивали кровать, вдруг женщина внизу села на край кровати, поставив на пол длинные ноги. Она сидела на кровати, сильно сжимая пальцами матрас, раскачиваясь из стороны в сторону и пытаясь восстановить дыхание.
Звук сбивчивого дыхания заставил блондинку вскочить и начать спускаться вниз по лестнице, прикрепленной к кровати. Хлопая сонными глазами, она обошла кровать и уставилась перед собой. Она увидела женщину, лицо которой закрывали спутанные черные волосы, а тело тряслось от напряжения. Девушка нежно опустила свою руку на плечо брюнетке. Прикосновение заставило Гаррет поднять голову, большие умоляющие глаза смотрели на Дэнни, отражая свечение тлеющих углей. Взгляд проник в самую душу маленькой медсестры, она почувствовала острую необходимость утешить подругу. Слова вряд ли бы помогли, и девушка притянула к себе дрожащее тело.
Склонив голову на грудь подруги, Гаретт тихо заплакала. Так долго сдерживаемые слезы нашли выход. Вскоре тихий плач превратился в громкие рыдания. Ее напряженные пальцы разжали скомканный матрас, а руки обвили тонкую талию медсестры, еще крепче прижимая к себе. Гладя черные спутанные волосы, Дэнни нежно шептала, - Все хорошо … я здесь … я сейчас с тобой … никто не обидит тебя. – Она прижалась щекой к макушке Гаррет, - я не позволю!
Женщина чувствовала странный комфорт, рыдая на груди у подруги, но разумом она все равно пыталась восстановить контроль. Этот сильный волевой хирург сейчас показывала всю свою хрупкость, обнажая и тело, и душу.
Пытаясь сдерживать слезы, женщина шептала, - я … я не могу ничего изменить! – Она мотала головой, - это просто повторяется снова и снова! – она закусила губу, не переставая дрожать, - не могу, не могу изменить!
Девушка успокаивающе шептала, - что ты не можешь изменить, Гар? Может, я могу помочь тебе?
Голубые глаза блеснули так ярко и интенсивно в утреннем сумраке, пронзив Дэнни до самой глубины души. Боль в глазах женщины была неизмерима.
Девушка пыталась сложить вместе все части головоломки, ища ответ. Звуки, которые разбудили ее сегодня, были абсолютно такими же, какие она слышала каждый раз из комнаты Гаррет. Она пыталась вспомнить, когда это началось. Зеленые глаза засветились пониманием, когда она вспомнила, что это произошло после рождения детей Рене в день ужасной трагедии, произошедшей с семьей Дианы.
Дэнни прикрыла глаза и шептала про себя, - пусть, это будет не правдой! Пусть, это случилось не с ней!
Девушка судорожно пыталась вспомнить, что хирург когда-либо говорила о своей семье. И не могла вспомнить ни одного случая. В голове мелькали образы Гаррет, разговаривающей с Дианой о том, каким бы она хотела запомнить своего брата Брэда. Она словно слышала голос темноволосой женщины, умоляющий помочь ей в разговоре с Дианой. – Это может испортить ей всю жизнь! Я не могу позволить ей чувствовать угрызения совести за то, что должно было произойти. Она не должна страдать еще больше, чем сейчас. – Дэнни все еще видела боль на лице Гаррет в тот самый день.
