– Среди имущества принцессы Екатерины, привезенного из дворца Сен-Поль, обнаружена недостача, – сурово заявил он. – Ты несешь ответственность за ее мебель и драгоценности. Как ты объяснишь пропажу золотого кубка, украшенного самоцветами?
Я ошарашенно посмотрела на него. Приехав в Понтуаз, я сделала собственную опись и была совершенно уверена, что ни одна вещь, погруженная на телеги в Париже, не пропала в дороге.
– У принцессы два кубка, украшенных драгоценными камнями, мессир, – осторожно начала я. – Которого из них не хватает?
Рыжебородый дворянин развернул пергамент, в котором я узнала лист описи, виденный мною в руках писца замка Сен-Поль при погрузке телег для путешествия в Понтуаз.
– Недостающим является кубок чеканного золота со вставками из оникса и берилла, – зачитал он с пергамента и колюче взглянул на меня из-под мохнатых бровей.
– Никуда он не пропал! – запротестовала я. – Я несколько дней назад подавала в нем вино королеве.
– А после этого кубок видели? – грозно спросил он.
– Нет, потому что я сразу же заперла его в железный сундук, где хранятся ценности. Принцесса достает золотые кубки только для важных гостей, а содержимое запертого сундука ежедневно проверять незачем.
– Ты – ключница? – Он взглянул на тяжелую железную цепь, прикрепленную к моему поясу под фартуком. – Ключи хранятся только у тебя?
– Такие же ключи есть у распорядителя замка! – воскликнула я.
– А где вы держите сундук для ценностей? – сурово продолжал бургундец. С каждым вопросом угроза в его голосе звучала все отчетливее.
– В гардеробной, рядом со спальней принцессы…
И тут меня осенило. В ночь после визита королевы в опочивальню Екатерины пробрался вор, открыл сундук в гардеробной, забрал кубок и защелкнул замок – а затем быстро и бесшумно вышел. Меня разбудил лязг металла.
– Распорядитель замка поговорит с тобой после того, как королевские стражники обыщут твою спальню, – усмехнулся бургундец. – Тебе придется подождать.
Он кивнул двум стражникам у двери, которые многозначительно взялись за рукояти кинжалов и приблизились к нам. Меня подтолкнули к винтовой лестнице в углу кабинета. С гулко бьющимся сердцем я поднялась по ступеням и оказалась в крохотной комнатушке с лавкой и деревянной бадьей. Один из стражников грубо впихнул меня внутрь, дверь захлопнулась, и снаружи задвинули засов.
Мне не дали возможности оправдаться, хотя сказать мне было нечего, кроме того, что я стала жертвой коварного подлога, устроенного по приказу герцога Бургундского. Именно поэтому сердце у меня колотилось от страха.
Впрочем, времени на раздумья у меня было предостаточно. Света не принесли, и с наступлением ночи в комнатке стало темно, только через крошечное отверстие в стене проникало слабое мерцание звезд да тусклый луч светильника на лестнице просачивался через дверную щель. Зазвонил колокол к повечерию. Когда звон утих, я постучала в дверь, но быстро поняла, что в этом нет никакого смысла. В деревянной бадье стоял кувшин с водой. Я сообразила, что мое заключение тщательно подготовили. Мне оставили воду, чтобы утолить жажду, и ведро, чтобы справить нужду, а значит, мне предстояло провести здесь всю ночь, а может, и больше.
В отчаянии я повалилась на лавку и решила обдумать все как следует. Рыжебородый бургундец сказал, что мою спальню обыскивают. Стражникам быстро станет ясно, что своей комнаты у меня нет. Я спала в покоях Екатерины, а мои вещи хранились в небольшом деревянном сундуке в гардеробной принцессы. К этому сундуку имелся только один ключ, который висел у меня на поясе. Разумеется, сундук взломают, обнаружат в нем «пропавший» кубок, после чего обвинят меня в краже. Того, кто ограбил королевскую семью, ожидало одно: петля палача.
Несмотря на теплую ночь, меня охватил озноб. Напрасно я ломала голову, пытаясь найти неопровержимые доказательства того, что кубка я не брала. Конечно, Екатерина поручится за мою честность, но в нынешних условиях она так же бессильна повлиять на разбирательство, как и я. Герцогу Бургундскому зачем-то понадобилось убрать меня с дороги. Обвинить меня в краже для него проще, чем отправиться на охоту. Он отдал приказ – и его исполнили.
Больше всего меня волновала участь Алисии и Люка. Узнают ли они, где я, пойдут ли меня искать? Я надеялась, что нет, потому что не хотела, чтобы их тоже коснулось чудовищное обвинение. Боже правый, а вдруг моим детям придется смотреть на казнь матери? Вдобавок их объявят воровским отродьем, они лишатся работы и будут отданы на произвол судьбы. К полуночи я навоображала самые ужасные последствия для них обоих и прикусила кулак, чтобы не разрыдаться в голос.
И все же меня не оставляли мысли о случившемся. Теперь я понимала, что именно произошло, как и по чьему повелению. Надо было уяснить, зачем это было сделано. Почему герцог Бургундский так со мной поступил? Возможно ли, что все эти годы он помнил няньку из королевской детской? Конечно, нет. С тех пор мы с ним не встречались, да он бы меня и не узнал. С какой стати великий вельможа, правящий жизнями тысяч людей, помнил бы какую-то няньку, обезображенную ударом его латной перчатки четырнадцать лет назад? В мыслях герцога это происшествие не оставило следа. Нет, он решил устранить меня для исполнения своих коварных замыслов. Но каких?
Я редко взываю к защите Всевышнего, однако тогда я упала на колени и начала молить Господа, Пресвятую Богородицу и всех святых, ибо внезапно поняла, чем помешала дьяволу-герцогу. Я умоляла их о чуде, хотя знала, что моя догадка верна. То, чего я так боялась, наверняка свершилось, и я не в силах была этому помешать.
20
На рассвете ухмыляющийся стражник вытолкнул меня на лестницу и вывел из кабинета распорядителя замка.
– Почему меня освободили? – спросила я, спеша покинуть привратную башню.
– Откуда я знаю! – буркнул он. – Лучше не спрашивай, а возблагодари Господа за то, что на твоей шее не затянули петлю.
Я вошла в покои принцессы. Алисия, скорчившаяся в углу коридора, тут же вскочила и бросилась ко мне, рыдая от облегчения.
– Ах, матушка, я думала, ты умерла! – всхлипывала она. – Стражники отвели меня в караульную и не выпускали. Они сказали, что утром тебя повесят за воровство, а меня вышвырнут за ворота замка. Что случилось? Тебя обвинили в краже?
– Да, но почему-то освободили, – ответила я. – Ты видела Люка?
– Нет. А разве он здесь?
– Вчера вечером привезли собак, готовятся к охоте, – пояснила я. – Ох, хорошо, что он не приходил. Похоже, никто не знает, что он в Понтуазе. Сбегай-ка на псарню и поговори с ним украдкой, без лишних глаз. Передай ему, что попозже я сама зайду его навестить, и возвращайся побыстрее. А сейчас мне нужно к принцессе.
