фасонов. Из-за чего довольно топорные и примитивные провокации, организованные финансовым интернационалом, сработали практически безукоризненно. Эти мошенники развели их словно малолетних детей или умственно неполноценных…»
Так начиналась большая статья «Поджигатели войны» Бенито Муссолини, вышедшая 12 июля. Написанная им с опорой на обширные сведения, предоставленные ему Михаилом Фрунзе.
Нарком знал о том, что англичане постараются помешать, если с военной операцией у них не сложится. Вот и подстраховался. Заранее. Поддерживая с итальянским диктатором рабочую и во многом приятельскую переписку. Через посольство. Которое и передало Бенито заранее подготовленное письмо, вместе с сопроводительной телеграммой. Сразу, как английские, французские и американские дипломаты потребовали немедленно прекратить войну.
Параллельно охотно пойдя с ними на переговоры. Всецело их затягивая. Вежливо, можно даже сказать, нежно…
А потом грянул Муссолини, выступив с огромной статьей, которая после столь яркого вступления переходила к критике так сказать — по пунктам. Рассказывая о том, кто и как втягивал страны в эту войну. Как ее вообще организовали. Кому чего и сколько заплатили. Кто участвовал. И как поддерживали, разжигали и завершили наиболее нелепым образом. И так далее, и тому подобное.
По сути — Бенито озвучивал то, что в свое время Фрунзе рассказал Гинденбургу. Только с куда большим количеством деталей. И с куда большей экспрессией, которая была для речей Муссолини традиционна и характерна.
А в конце напомнил, словно невзначай, кто дал кредиты на польскую войну. И кто в ней оказывается выгодоприобретателем. Что же до поляков, то этот «всеевропейский дурень» с безграничным самомнением, сабелькой и традиционной «голым задом» уже не первый раз оказывается послушной марионеткой в руках правителей иностранных держав. Но у него слишком мало молодых мужчин, поэтому финансовый интернационал решил подкрепить его молодой и новообразованной украинской республикой, которой очевидно решили подменить «изнуренных поляков». Тех самых, которых и Франция, и Австрия поляками постоянно пользовались для решения своих вопросов. В первую очередь с Россией. Что позволяло с их помощью вести опосредованную войну, и, нередко, еще и за чужой счет, и в чужих интересах. Ну а что с дураков взять? Вот по старой привычке к ним и пришли, зная, что этот «пан шляхтич» не подведет…
Уже к вечеру 12 числа всю Европу охватил колоссальный скандал. Нет. КОЛОССАЛЬНЫЙ.
Люди выходили на улицы и громко, широко обсуждали этот вопрос. Кто-то пытался оправдывать банкиров и политиков. Но их почти сразу начали бить. Слишком у многих погибли или пострадали родственники на этой глупой, безумной войне, лишенной очевидных смыслом для большинства простых людей. В ней пострадали все — от рядовых обывателей до высших аристократических кругов.
О!
Высшие аристократы от этой статьи разом перешли к «прогреву сопла» и начали готовиться выйти на околоземную орбиту. Никогда прежде их никто вот так не макал носом в их собственное дерьмо. Не указывал на их полную несостоятельность.
А рядом «прогревали двигатели» политики из доминирующего истеблишмента номинально демократических стран, таких как Франция. Ведь по существу Франция пострадала больше всех на этой войне в Западной Европе. Очень приличная часть ее территорий превратилась в лунный ландшафт. Да и людей погибло немеряно. А тут получается, что по всем правилам и обычаям ведения войны они еще и проиграли. Ведь немцы капитулировали не из-за военного поражения, а из-за обмана. Удерживая при этом французские и бельгийские земли, не отдав ни пяди своей.
В общем — красота…
Прелесть момента заключалась в том, что вопросы, связанные с организацией Первой Мировой войны, стали освещаться в разного рода материалах только в 80-90-е годы XX века. И продолжали всплывать и в начале XXI века, потихоньку приоткрывая «белые пятна». Но с 70-х американский, а вслед за ним и мировой истеблишмент стремительно стали захватывать неоконы, которым было не нужно «педалировать» этот вопрос.
Почему?
Потому что они являлись своего рода «политической партией», обслуживающей интересы финансового интернационала. Где-то скоординировано, где-то опираясь на философию и базовые идеи, но уже действуя в разной степени автономном режиме. Так или иначе, но допускать серьезного идеологического или репутационного удара по корневому кластеру своей «тусовки» — по финансовому интернационалу им было как минимум не с руки.
В 20-е же годы XX века все обстояло иначе.
Да, какие-то факты людям были известны. Но считались либо случайностями, либо глупостями, либо ошибки. Однако всеми делами покамест заправляли не ставленники банкиров. Во всяком случае массово. И чиновничий аппарат САШС и ключевых европейских стран не был представлен лояльными этому режиму персонажами.
Ну и полыхнуло.
На всех уровнях. От простых обывателей до лордов.
Удар получился оглушающий.
Не прошло и суток, как вся Европа разом забыла о Советско-Польской войне и «борьбе украинского народа с угнетателем». А если где и вспоминала, то в негативном ключе. Но уже не относительно СССР, а Польши. Ведь кто оплатил эту войну? Вот. Правильно. И кем в этой связи получается поляки?
Что Фрунзе и требовалось.
Раз.
И Лондону, Парижу и Вашингтону стало резко не до миротворческой миссии. Отчего в Варшаве, как ему докладывали по линии разведки, началась едва ли не паника. В том числе и жителей. Большого ума ведь не требовалось, чтобы понять — карты так легли, что их оставили один на один с большим, страшным и смертельно опасным медведем. Вот этим вот. И это не просто пугало, это вгоняла в ужас…
На следующий день на костер польской паники плеснули ведерко масла и немцы. Гинденбург приказал арестовать Варбургов и Ротшильдов, а также всю их прислугу и поверенных людей. А вместе с тем и все их счета, активы и имущество как движимое, так и нет. Для чего у него все было уже готово. После чего в обращении к нации объявил о «дружеском нейтралитете» по отношению к СССР. Включая «право прохода войск» и их свободное размещение на территории Германии.
Это заявление вызвало недоумение у всего политического истеблишмента Европы. Но ровно до того момента, как всплыла одна крайне неприятная деталь. Немцы решили пойти на войну. Открыто они это сделать не могли, но ведь есть и иные варианты, не так ли?
Например, в восточных пределах Германии с ранней весны работала одна новообразованная строительная компания. Она занималась строительством дорог. И была создана с целью противодействия безработицы. Но это все — номинально. На деле это был полноценный пехотный корпус, собранный из ветеранов Мировой войны. Который потихоньку собрали и за эти месяцы. У них только оружия и формы не было. Во всем остальном — полностью готовые к войне ребята. Которые вместо строительства
