— Мой корабль затонул после ужасного сражения с корсаром невдалеке от Мангалума.
— А.., а как же в вашей компании находится этот субъект?
— Да, этот человек был вместе со мной и с этой молодой леди.
— И вы, капитан английского флота, были вместе в компании с пиратом?! Довольно. Вы просто комедиант. Но не воображайте, будто я буду настолько глуп, что поверю вашей болтовне.
— Стойте! — закричал моряк. — Моей честью уверяю вас, что я Джеймс Морленд, капитан английского флота, находящийся на службе у раджи Саравака.
— Пфа! Доказательства у вас имеются? Докажите, тогда я поверю…
— Да вы не слышали, что ли? Какие я могу привести доказательства, черт возьми? Мой корабль пошел ко дну!
— Ладно. Попробуем поверить вам. Но тогда каким образом вы оказываетесь в обществе этого субъекта, который третьего дня явился сюда с пиратским судном и разграбил угольный склад?
— Он? Он спасся вместе со мной в шлюпке, в то время как корсарское судно было унесено ураганом, а мое собственное утонуло.
— А не проще ли и не естественнее ли будет другое объяснение, молодой человек? — хитро подмигнул «губернатор».
— Какое? Да говорите же!
—А такое… Вы — глава пиратов. А мундир… Господи! разве мундир делает человека? Вы напялили на себя этот чужой мундир, вот и все.
— Эй, старик! — вмешался Янес. — Довольно называть нас пиратами.
— Ладно, ладно! — отозвался тот с иронической улыбкой. — Скоро в нашем порту остановится английский корабль, и тогда уж мы посмотрим, как вы будете объясняться с его командиром. Посмотрим, посмотрим! А я уверен: всем вам придется болтаться с веревочной петлей на шее на какой-нибудь рее этого судна.
— А я вам говорю, что, по крайней мере, передо мной вам придется извиняться! — запальчиво сказал сэр Морленд, который начинал раздражаться. — Предупреждаю вас, что если хоть один волос падет с головы этой леди и этого господина, находящихся под моим личным покровительством, то ваш поселок будет стерт с лица земли английскими гранатами. Даю в этом честное слово Джеймса Морленда. Если корабль, о котором вы говорите, близок к берегам, сейчас же дайте сигнал, что у вас важные новости.
— Не торопитесь, не торопитесь! — ответил с иронией «губернатор». — Я-таки вижу: вам ужасно хочется быть поскорее повешенным… Я, со своей стороны, разумеется, буду рад помочь вам в этом.
Обернувшись к своим подчиненным, старик сказал:
— Поручаю вам этих пленников. Смотрите в оба, чтобы они не удрали. Народ бедовый. Кроме благодарности за их поимку, я уверен, мы получим от английского правительства хорошую награду. Отведите их в амбар и сторожите, как следует.
Потерпевшие крушение, в том числе и сэр Морленд, отлично сознавая, что какое-либо сопротивление немыслимо, подчинились своей участи и спокойно последовали за конвойными. Их разместили в большом каменном строении, служившем общественным складом колонии.
Нельзя сказать, чтобы отведенное для пленников помещение отличалось особенными удобствами: это была просто большая комната, в которой по стенам и на балках висели связки сушеной рыбы, а пол был заставлен бочками с маслом и жиром.
—Что вы думаете об этом приключении, сэр Морленд? — спросила англичанина Дарма, едва только за конвоем закрылась тяжелая дверь.
— Трудно сказать. Если, однако, английское судно действительно крейсирует в этих водах, то ожидать развязки долго не придется.
— Для вас или для нас?
— Что вы имеете в виду, мисс Дарма?
— Но ведь как только узнают, что мы с Янесом с «Властителя океана», нас, разумеется, немедленно повесят.
— Может быть, дитя, не так скоро: могут сначала отправить в Лабуан, чтобы разыграть комедию суда! — сказал Янес угрюмо.
Морленд, подумав, отозвался:
— Я, со своей стороны, сделаю, что могу. Но не скрываю: для мистера де Гомейры сделать что-нибудь очень трудно. Его положение весьма затруднительно.
— Гм, гм! — пробурчал Янес. — Я, кажется, действительно «опасно болен». Недостает еще, чтобы начали выпускать официальные бюллетени о ходе моей смертельной болезни…
— Кажется, из-за нас, — робко вмешалась девушка, — и вы, сэр Морленд, подвергаетесь сильному риску.
— Не думаю, мисс Дарма! — ответил моряк. — И потом, кто знает! Ведь очень легко может оказаться, что командует этим судном кто-нибудь из моих подчиненных. Тогда договориться нам будет совсем легко. Мистер де Гомейра, я признаюсь в этом, все время вел себя по отношению ко мне как настоящий джентльмен…
— Благодарю за комплимент. Но предпочел бы получить взамен хорошую манильскую сигару! — проворчал Янес.
— Да, как джентльмен! — продолжал моряк. — И я не хочу быть ниже его в этом отношении.
— Значит, история в Редианге забыта?
— Разумеется, мисс Дарма! Со стороны ваших покровителей было естественно пустить ради вашего освобождения в ход военную хитрость. За что же мне, в сущности, сердиться?
Гулкий грохот пушечного выстрела, прокатившийся, казалось, совсем рядом и заставивший всех трех пленников невольно вздрогнуть, прервал речь моряка.
— Военное судно! — воскликнул, поднимаясь, Морленд.
— Да, но какое? Мы ведь не знаем. Может быть, «Властитель океана». А может быть, в самом деле, и английское военное судно.
— Это мы, конечно, сейчас узнаем.
Оба они бросились к двери и принялись усердно стучать кулаками.
— Отоприте! Мы хотим видеть высадку англичан! — кричали они.
— Молчать! — прогремел за дверью угрожающий голос. — Отойти от дверей. Иначе я прикажу стрелять.
X. Возвращение «Властителя океана»
Оглушительные крики и треск ружейных залпов были ответом на пушечный выстрел. Однако, по всем признакам, эта суматоха не носила тревожного характера. Скорее, островитяне по какой-то причине выражали и криком и ружейной пальбой свою радость. Пленники начинали понимать, что прибывшее судно, должно быть, не имело никакого отношения к их друзьям на «Властителе океана».
Янес и Морленд, раздраженные и вместе с тем обескураженные недвусмысленной угрозой часового у дверей, попытались было поглядеть, что творится, добравшись до прорезанного в крыше оконца. Но оно находилось слишком высоко, и попытка не удалась.
— Итак, развязка приближается! — пробормотал, волнуясь, Морленд. — Еще несколько минут, и все будет выяснено.
— А ведь очень может быть, что это судно из лабуанской флотилии! — высказал предположение португалец.
— Возможно! — отозвался моряк. — И экипаж его уже на берегу. Вы слышите, как орут колонисты, встречая матросов криком «ура»? Если так, то, к великой досаде милейшего «губернатора», наша комедия скоро превратится в фарс.
