я засовывала в себя все закуски подряд. В голову закралась мысль, что принцу бы очень понравились мини пиццы с беконом.
Напротив сидел наш двоюродный брат. Рассматривая плечистого парня, лицо которого словно создал скульптор, я в который раз задумалась — как я могла не заметить, что Лев рожден Искрой? Братец пришел со своей девушкой, которую прятал от всех нас полгода. Хрупкая, непримечательная мышка, она становилась настоящей красавицей, когда смотрела на него. Мы перебросились парой слов, и я сразу поняла, что девушка умна, образованна и хорошо воспитана. Она совсем не походила на своих пустоголовых ровесниц, искренне интересовалась классической литературой и живописью. Мечтала стать реставратором произведений искусства.
Сегодня был последний день, который я проведу с семьей. Я никому не рассказала о своем уговоре с Аэрто, и о произошедшем с Александром. Если все пойдет как надо, я успею вернуться до того, как они начнут волноваться. Забота о маме должна будет отвлечь домашних от моей скромной персоны.
Завтра я увижу Александра, быть может увижу в последний раз за долгое время. Мне хотелось попрощаться с ним, хотелось запомнить его. Я хотела искоренить из своей памяти картину с Галиной, восседавшей на нем верхом, и его, растерянного и гневного, сжимавшего кулаки от бессилия. Я хотела запомнить его улыбающимся, а быть может даже сфотографировать Алекса исподтишка в последний наш рабочий день. Дура я.
Вера и Марк пока не появлялись, отвлеченные свадебным фотографом. Или же специально сбежали, чтобы пропустить свадебный подарок чей-то двоюродной тети. Женщина, чьи волосы пали жертвой химической завивки пела песню о любви. Нужно признать пела она очень вдохновленно, но настолько не попадала в ноты, что некоторые гости под конец выступления с трудом удерживали на лицах вежливые улыбки.
От нечего делать я сунула нос в телефон, нарушая все правила этикета. «Птичка на хвосте принесла, что дама сегодня без сопровождения на свадьбе. Не волнуйся, сейчас тебя спасет принц» — гласил текст, торжественный, как и человек, который писал его.
Спустя несколько секунд двери распахнулись, и в комнату вплыло его Величество. Он всем своим видом словно кричал: «Я король, поклоняйся мне». Мое сердце сделало пируэт, внизу живота тут же стало жарко. Длинные белые волосы его мягко серебрились в не ярком свете ламп. Строгий белый костюм подчёркивал изящность его силуэта, глаза засияли, когда он увидел меня. Я не сразу заметила, что от удивления чья-то родственница наконец-то заткнулась, во все глаза изучая нового гостя. Конечно, Аэрто не мог прийти без охраны — два телохранителя, которые следовали за ним всегда, зашли в зал и встали по обе стороны от входных дверей. Они походили на тени, молчаливо и без эмоций осматривая собравшихся гостей.
Я втянула наевшийся за скучный праздник живот, поднялась и поклонилась Аэрто. Мужчина взял меня за руку, поднес к губам и поцеловал. Было видно, что ему очень хочется прикусить кожу, но он сдерживается.
— Не помню, чтобы приглашала тебя. — дерзко сказала я. Смутить Аэрто было не просто.
— Я сам себя пригласил, — изрек принц в ответ. Речь его лилась мелодично. — Соскучился.
Он приподнял мой подбородок так, чтобы я смотрела в его глаза. Вот и третье свидание.
— Ты рада? — что ж, я не этого мужчину хотела видеть рядом с собой, но все же… Лучше наследный принц Октавии, чем племянник-программист. Неловкое молчание прервало деликатное покашливание.
Марк, теперь Верин супруг, протянул Аэрто руку. Я не заметила, как пара вошла в зал. Супруг тети получил от меня еще одно очко в свою пользу за свойственную ему толерантность. В отличие от остальных гостей, он не отводил неловко глаза, не шушукался с соседями о новоприбывшем. Он повел себя как хозяин праздника, с должным уважением принимающий нового гостя.
— Меня зовут Марк. Рад встрече.
— Аэрто, — принц подал и пожал мужчине руку, на пальцах его сияли перстни, гигантские камни на них слепили гостей. Видно было, что все они настоящие. — Я редко появляюсь на публике, но ради Киры смог сделать исключение, — взгляд его вернулся ко мне на секунду. Я поняла — он намекал на то, что Александр ради меня исключения не сделал, и сразу стало как-то горько.
— Вера, — представилась моя тетя. У Аэрто от удивления дернулся зрачок. Это был первый раз, когда я заметила у него эту особенность. Мужчина не знал, что Вера и моя мама — идентичные близнецы. Пожимать Аэрто руку Вера не стала. Как по настоящему связанная Искрой, она была неуязвима к магии итхисов. Но лучше было об этом никому не знать. Принц коротко поклонился тете. Она ответила ему фальшивой улыбкой. Итхисов Вера все еще недолюбливала. И сомневаюсь, что она изменит свое мнение, если познакомиться с Аэрто поближе. — Рада встрече.
Викки и ее парень тоже приветствовали Аэрто на расстоянии. У моей сестры была сотня другая вопросов, но она мужественно терпела и не задавала их. Ее парень сунул Аэрто свою визитку со словами «Мы то с вами знаем, что знакомство с хорошим юристом не бывает лишним. А то, что я стану им через десять лет — дела не меняет». Даже Аэрто понравился этот парень и то, как тонко он указал на осведомленность о долгожительстве итхисов.
Я усадила принца рядом с собой, положила ему в тарелку самые жирные и вредные закуски, какие только присутствовали на столе. Быстрее официанта налила в бокал красное вино. Он наблюдал за моими движениями с легкой улыбкой.
Из-за соседнего столика раздался голос: «За монстрами таскается. Если бы моя дочка с итхисом связалась, я бы ее выпорола». Я познакомилась с говорившей только сегодня, она была одной из двоюродных сестер Марка, из тех особ, которые всю юность спали со всеми подряд, а после тридцати резко превратились в поборников морали. Не удержавшись, я наклонилась к женщине, позволившей себе резкую ремарку в мой адрес, и прошипела:
— На твою дочь итхис бы никогда даже не посмотрел.
Разговоры за столиком стихли, женщина взглянула на свою дочурку весом с центнер, которая пожирала Аэрто глазами, и я поняла, что попала в точку. Со вздохом я вернулась к принцу и присела рядом.
— Мне нравится то, как ты за мной ухаживаешь, малышшка. — Я поморщилась, когда он сказал это слово. Я считаю себя уже взрослой независимой женщиной, а тут это покровительственное «малышка». Аэрто не обратил внимания, продолжая витать в облаках: — И твоя агрессивность впечатляет. Ты с легкостью впишешься в высшее общество Октавии.
— Высшее общество Октавии, судя по всему тот еще серпентарий.
