Адьютант подошел сбоку к королю и спросил, все ли в порядке. Потом осторожно поднял Омфалос, поставил его на пол и гаркнул:
– Доктора! Быстро!
– Не надо, – поднял руку король. – Все хорошо.
Потом провел ладонями по лицу, будто умываясь.
– Отпустите его, – велел он охраннику, продолжавшему держать Инди.
– Извините, Ваше Величество. Я пытался предупредить вас.
Король уставился на стоящий на полу Омфалос.
– У меня было странное ощущение. Словно грезы, только наяву. Я был окружен ужасающей массой муравьев-солдат, и они все кусали меня, пытаясь утащить прочь. Инди кивнул, не зная, что сказать.
– Что же со мной произошло? – поинтересовался король.
– Не знаю, – проронил Инди. – По-моему, эта реликвия нуждается в тщательном изучении.
– Она нуждается в надежном замке, – откликнулся король. – А может быть, в том, чтобы ее опять потеряли. – Он уже пришел в себя. – Ладно, если вы собираетесь успеть на паром, то вам лучше собираться в путь.
Когда король провожал его до дверей, Инди заметил, что монарх неуловимо изменился, но не мог понять, в чем именно. Прощаясь, Инди поблагодарил короля за помощь.
– И вам спасибо, – отвечал тот. – Ну, мне еще предстоит с утра разобраться кое с какими муравьями-офицерами. – С этими словами король повернулся и удалился.
Как только дверь за Инди закрылась, он сообразил, что же изменилось в короле – он больше не хромал.
Когда они вышли из боковой двери дворца и направились в сторону улицы, город только-только начал пробуждаться. Зазвонил церковный колокол, прокричал петух. Цоканье лошадиных подков и громыхание колес экипажа резко контрастировали с урчанием автомобильного мотора.
– Не могу поверить, что мы выбрались из этого кошмара живыми, – сказал Шеннон.
Когда они дошли до улицы, к ним приблизился солдат с винтовкой.
– Ну, что еще? – устало буркнул Инди.
Солдат указал на новенький «Кадиллак», поджидающий у бордюра.
– Он довезет вас до порта.
Когда солдат почтительно закрыл за ними дверцу машины, Инди не мог удержаться от иронического замечания:
– Вчера этот парень наверняка готов был убить нас.
– Он лишь выполняет свою работу, – заметил Конрад.
– Ага, исполняет свою партию, – подхватил Шеннон.
– А мы что делаем? – спросил Инди.
– Импровизируем.
– Так не в пример интереснее.
– Кому как, – отозвался Конрад и уставился в окно, провожая дворец долгим взглядом. – Хорошо бы задержаться во дворце на несколько дней. Может быть, тут меня посетило бы вдохновение.
Инди смерил его взглядом.
– А события последних дней вас не вдохновляют?
– Жизненный опыт обманчив, Инди. Писатель куда лучше распоряжается материалом, исходящим из глубины сердца, нежели почерпнутым из путаных переживаний.
Инди поразмыслил над его словами.
– А я бы так сказал: это люди путаные, а не переживания.
Конрад не ответил, и каждый углубился в свои мысли. Когда они проезжали развалины библиотеки Адриана и мимо Римского форума, Инди всматривался в построенные среди руин лачуги беженцев. Над несколькими крышами вился дымок, напомнив ему испарения в храме Аполлона.
И тут он сквозь серый предрассветный сумрак увидел ее. Хотя ее длинные волосы были заплетены в косу, Инди ни на секунду не усомнился, что это Дориана Белекамус.
– Остановите!
– Ты что? – удивился Шеннон, когда Инди открыл дверцу. – Нам в Пиреи!
– Послушайте, подождите меня пять минут. Если я не вернусь, поезжайте. Встретимся на пароме. У меня еще одно дельце.
– У нас мало времени, – предупредил Конрад.
– Знаю я, знаю!
Не тратя слов, он хлопнул дверцей и поспешил мимо разнокалиберных лачуг. Она направилась в ту сторону, и он догадывался, куда лежит ее путь. Миновав древние ворота форума, Инди прошел чуть дальше и увидел башню Ветров. Дориана стояла у ее основания, устремив взор наверх.
Дориана пристально всматривалась в облик Липса, юго-западного ветра, попутного ветра мореплавателей. Джонс и остальные скоро уедут. Опасность миновала. И все-таки она чувствовала какую-то пустоту в душе.
Ей будет недоставать Джонса. Она по-настоящему к нему привязалась, хотя он бы никогда в это не поверил. Он не поймет всей сложности ее жизни, не поймет, что ее направляют силы, которым безразлична ее личная жизнь. Дориана понимала, что если бы ей даже удалось вырваться из-под влияния Мандраки и стать пифией, ничего бы не изменилось. Ею все равно движут те же политические силы, а ее мечты разделить власть с Джонсом рухнули.
Она даже не представляла, что ждет ее. Быть может, она вернется в Париж. А может быть, и нет. Ничего нельзя решить, пока Мандраки действует. Ее жизнь ей не принадлежит, хоть это Дориане и не по вкусу.
– Теперь-то я понимаю, почему это твой любимый монумент.
Она испуганно обернулась.
– Инди!
– Ты очень похожа на эту башню. Разные лица для разных ветров.
– Что ты здесь делаешь?
– Зашел по дороге в Париж сказать «адью».
Она огляделась. Мандраки где-то тут, изучает ситуацию с беженцами и может прийти сюда к ней в любую минуту.
– Тебе не следует здесь находиться. Уйди.
– Ну вот, теперь ты велишь мне уматывать, – засмеялся он. – А я не уйду, пока не удовлетворю свое любопытство. Почему Мандраки принял тебя обратно, после того, как ты стреляла в него? Всепрощение не в его характере.
Дориана поняла, что Инди не уйдет, пока не услышит ответ.
– Он не знал, кто в него стрелял. Из тумана видно лучше, чем снаружи. Он лишь слышал, как я окликнула его.
– Теперь сходится. Ты обманула его, как меня – а может, всех мужчин в своей жизни. А я одно время даже думал, что люблю тебя.
Она встретила его ледяной взор.
– Инди, я на самом деле не такая уж плохая. Я делаю то, что должна. Но ты мужчина, тебе этого не понять.
Он покачал головой.
– Пол не имеет к этому никакого отношения. Если бы все женщины были вроде тебя, мы все были бы в…
– Уходи. Пожалуйста.
Слишком поздно. Мандраки стоит всего в пяти футах от них, поднимая револьвер.
Револьвер двигался, как в замедленном кино. Этого не может быть. Видение оказалось лживым. Как же остальные приключения? Неужели все его будущее или отсутствие оного зависело всего лишь от того, покинет ли он автомобиль, чтобы последовать за Дорианой?
– Джонс, ты покойник.
– Нет! – вскрикнула Дориана и встала между ними.
– Прочь с дороги, Дориана. Ну!
– Нет. Ты не убьешь его.
– Уйди с дороги.
– Тогда сначала убей меня.
– Будь ты проклята, Дориана!
Револьвер выстрелил.
Инди подхватил рухнувшую Дориану, ощутил жар ее крови, просачивающейся сквозь его рубашку, услышал тихий жуткий хрип, когда она попыталась набрать воздуху в легкие. Мягко опуская Дориану на землю, он понимал, что Мандраки все еще тут, с револьвером. Инди приподнял голову Дорианы, чтобы она не захлебнулась кровью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
