Лидия выглядела уставшей, лицо осунулось, стало бледным.
— Почему ты хочешь убить дракона? — спросила она Ройга, оставшись наедине в доме родителей. — Боишься Агасфера?
— Нет, ему стоит бояться меня.
— Ты излишне самоуверен.
— Просто я знаю, на что способен, — возразил ей.
— На тебе были оковы и ты ничего не мог с ними поделать, — резонно заметил она ему, — значит не настолько силён как о себе воображаешь.
Ройгу не понравилось упоминание об этом — Спрошу с друидов при встрече.
Брови Лидии удивлённо поползли вверх — Думаешь выйти победителем? Но ты так и не ответил на мой вопрос, почему сам решил сразиться с драконом?
Ройг медлил, затем вздохнув признался — Наверное, считаю это хорошим делом.
— Что?
Ройг погладил ножны меча — Вот весь смысл моего существования, и другого нет. Я пытался быть человеком, у меня была семья и не одна, но итог всегда один, я нёс смерть, — лицо переменилось, словно на него пахнуло могильной прохладой, — даже собственным детям. Я убил их всех.
— Твоя вторая часть души, — напомнила Лидия, внутри переживая за такое прошлое Ройга.
— Не имеет значения, — отмахнулся Ройг, — это всё равно я. И потом, когда тьма отпускала меня, начинал всё заново, даже если вспоминал прошлое и то зло что чинил людям любящим меня. Но вот тут, — похлопал по груди, — пустота, нет вины за содеянное. Вот почему иду сражаться с драконом, таким образом хочу искупить часть зла принесенного мною в мир. Если сумею помочь твоему народу избавиться от проклятия, — Ройг улыбнулся, — значит, во мне есть то, что не до конца склонилось перед тьмой.
— Искупление?
— Да. Ты знаешь, где его искать?
Лидия покачала головой — Мы пойдём в сторону где некогда был Хорезм, скорее всего он там.
Ройг услышав её слова, удивился — Глупо просто бродить по руинам, мы будем представлять лёгкую мишень.
— Я смогу почувствовать его. — заверила Лидия, — я потомок Агасфера и во мне часть его сил.
— То есть? — тут Ройг понял, по какой причине старик отправлял их вместе, хоть и переживал за последнего своего потомка. — Ты приманка?
Лидия печально улыбнулась — Иначе его не выманить.
— Агасфер ставит на кон всё.
— В который раз.
В дом с шумом ворвался Мафусаил.
— Госпожа, они мне порядком надоели, — здоровяк поправлял одежду, — уберите их.
Лидия улыбнулась — В Нимруде ты не жаловался.
— В Нимруде девы благородные и уточённые в любовных ласках.
— А чем тебе местные не угодили? — шутливо скорчила грозную рожицу девушка.
— Они выматывают до последней капли, полностью лишая сил, — пожаловался Мафусаил, — а ведь мне ещё идти с вами искать дракона.
— Тогда оставайся тут, — похлопал Ройг по полу, приглашая садиться рядом, — мы выходим утром.
Мафусаил сел рядом — И какой у нас план?
— Сперва мы должны найти его.
— Хорошо, а дальше?
— Дальше? — переспросил Ройг, погладил рукоять меча. — Просто постарайся выжить.
— Хороший план, — быстро закивал Мафусаил, — мне по душе.
Ветер лениво гонял перекати поле по песку, постепенно перенося барханы всё дальше и дальше.
Глава 27
Ноги вязли в горячем жёлтом песке, каменные обломки попадались всё чаще, руин среди бархан всё больше, они немыми маяками возвещали о предстоящей опасности. Даже спустя тысячи лет следы огня без труда можно разглядеть на опалённых строениях.
— Что это? — удивился Мафусаил, когда стопа неожиданно под собой ощутила твёрдую гладь. Мутная поверхность простиралась перед ними, отбрасывая блики. Присев, постучал по ней кулаком. — Стекло.
— Песок от жара оплавился превратившись в стекло, — Лидия сняв флягу с пояса, жадно сделала пару глотков, она вновь обмотала голову тряпками, надёжно защитив от солнца. — Агасфер говорил об этом.
— Раньше ты тут не была? — уточнил Ройг. В деревне обзавёлся потрепанным плащом и такой же рубахой, но лица от солнца не прятал. Оно как ни старалось, не могло своими лучами оставить след на его коже.
Лидия нацепив флягу обратно на пояс, помотала головой — Нет, только со слов Агасфера. Там, — показала рукой на едва видные остатки разрушенного города, — Хорезм.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Почему дракон до сих пор не обратил на тебя внимания?
Лидия вместо ответа пожала плечами.
Они приняли решение идти по стеклу, считая так будет легче. В чём–то оказались правы, идти в самом деле получалось куда быстрее, но беда в том, что стекло под ними нагревалось куда сильнее песка, отчего вскоре ощущали себя идущими по раскаленной сковороде.
— Смотрите, — кивнул Мафусаил.
Из песка торчали скелеты. Ветер временами обнажал следы разрушений, приоткрывая двери в трагедию прошлых лет. Их много, очень много, лежали целые и частями, одинокие и полными семьями.
Спрятавшись в тени на время отдыха, над ними возвышалась одиноко стоящая стена, Мафусаил заприметил блеск в песке. Подойдя, выудил из него кинжал. Украшенный самоцветами, бережно сохраненный временем, выглядел превосходно.
Здоровяк осторожно вытащил клинок из ножен, провёл пальцем по лезвию.
— До сих пор острый! — воскликнул он преисполненный изумления, а также оттого, что не видно следов ржавчины. — Вот оно, легендарное умение мастеров Хорезма!
— Забери себе, — великодушно разрешил Ройг.
Лидия на такие слова недовольно сдвинула брови, Мафусаил заметив это, вернул кинжал в ножны и протянул девушке.
— Нет, — улыбнулась она тактичности здоровяка, — возьми как плату, тем более, я обещала тебе.
— Спасибо госпожа, — на лице Мафусаила не скрываемое удовольствие.
— Тебя легко купить, — поддел Ройг его.
— Это вознаграждение, — отмахнулся Мафусаил, подвязывая ножны к поясу.
— А если он вновь найдёт что–нибудь ценное, может забрать в качестве вознаграждения? — куражась, спросил Ройг.
Лидия смерила весельчака прохладным взглядом.
— Кости дракона, — неожиданно произнёс Мафусаил.
Над их головами пронёсся резкий порыв ветра, вздымая песчаную пыль.
— Кости дракона? — переспросила Лидия. — Зачем они тебе?
— Дракон госпожа, где–то тут самый настоящий дракон, представляете какую ценность он имеет, даже мёртвым, — знающим тоном проговорил Мафусаил. — Чешуя дракона, зубы дракона, когти дракона.
— Говоришь, а из твоих слов золото сыплется, — иронично заметил Ройг. — Я его ещё не убил, а уже барыши подсчитываешь? И к слову, отчего спрашиваешь у неё, ведь это я убью зверя.
— Но ведь …, протянул Мафусаил всем видом показывая, дескать, мы знаем какая участь ожидает тебя.
Ройг усмехнулся — Уже похоронил меня? И ещё, как собираешься тащить тушу на разделку?
— Освежевать можно и тут.
— В самом деле? А ты не забыл, зверюга огнём плюётся, может у него вместо крови жидкий огонь, а воды тут нет.
Мафусаил тоскливым взглядом окинул местность, одни пески.
— И тащить добычу будешь на своём горбу, а ты и так едва не подох, пересекая пустыню, — завершил Ройг вконец разбивая планы Мафусаила.
Ройг счёл за умное промолчать о том, что Посвященным как–то удалось провернуть подобный фокус.
— Идём, — Лидии видимо надоел разговор о дележе шкуры неубитого дракона.
Солнце вот истинный царь этих мест, лучи жарили с такой силой, что раскалённый воздух поднимающийся над песком не давал возможности дышать. Горячая смесь проникала в ноздри и горло, обжигая изнутри. Лидия и Мафусаил постоянно откашливались, из–за сухости першило и ужасно хотелось пить.
Руины стали попадаться чаще, вместе с останками прежних хозяев. Всё это говорило о том, они подошли к городу.
Разрушенные строения уродливыми скелетами высились над песком, время и ветер основательно поработали над ними, где–то полностью скрыв их, а в некоторых местах оставив возвышаться над поверхностью. Но даже по этим жалким остаткам можно понять, насколько велик был Хорезм, и насколько обширны владения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Ройг дотронулся до белой колонны, сжав пальцами, отломил кусок камня и растёр в порошок. В далёкой древности она была мраморной, но за тысячи лет под палящими лучами солнца мрамор превратился в гипс, постепенно разрушаясь до основания.
