— Я все видел! — обронил тот, когда Нат еще не успел и рта раскрыть. — Ты молодец, да только все это зря. Твой приятель все равно, считай, покойник.
— Но почему? Ведь Неб пробыл в океане не больше пяти минут!
— Этого достаточно. Проклятие могущественно, и отравление наступает мгновенно. Ты ничем не мог бы ему помочь. Печально, но таковы факты. Судьба твоего друга предрешена. Я знаю, что говорю.
Удар оказался слишком силен. Отчаяние и гнев разрывали Ната на части.
— Ты сделал все, что мог, — продолжал Ориал. — Остальное не в твоей власти. Твой друг все равно превратится в статую, что бы ты ни делал. Ему осталось примерно три дня. Таков закон, и ничто его не изменит. Мне очень жаль.
Ничего не ответив, Нат развернулся и побрел прочь. Гарпунеру он решил ничего не говорить.
«Надо поговорить с Сигрид, — решил он. — Я сумею убедить ее добыть нужное снадобье у ее разлюбимого Мастраццы!»
Когда он вернулся к Небу, тот уже успел отмыться дочиста и теперь прополаскивал одежду.
— Ну что? — угрюмо спросил гарпунер, с трудом натягивая мокрые штаны. — Что тебе наболтало это пугало?
— Ориал думает, все обойдется, — солгал юноша. — Но на всякий случай все же стоит обратиться к помощи колдуна. Мало ли что…
Великан что-то пробурчал с досадой, и Нат понял, что тот обо всем догадался. Юношу это не особенно удивило: лгать он никогда не умел.
— В общем, ясно, — кивнул наконец гарпунер. — Дело плохо, верно?
— Верно, — признался Нат, опуская глаза. — Если верить Ориалу, через три дня ты должен превратиться в камень… но Сигрид непременно нам поможет! Добудет как-нибудь нужное снадобье. Этот чертов Мастрацца знает свое ремесло.
— Что ж, будем надеяться, — вздохнул Неб Орн. — Не хотелось бы мне превратиться в насест для чаек. С ног до головы в птичьем помете — разве это достойный конец для героя вроде меня?
Нат стиснул зубы. Его друг еще пытался шутить!
Позволить себе всласть попредаваться отчаянию они не могли, поэтому механически принялись за работу.
До вечера они едва ли обменялись парой слов. Ливень распугал птиц, так что хотя бы они оставили их в покое, и это было большим облегчением.
Наконец пронзительный свисток бригадира просигналил окончание работы, и рабочие гуськом побрели в пещеру. Внизу было тепло. Продрогшие мужчины сгрудились вокруг жаровен с раскаленными углями, дым от которых вытягивало через трещины в своде. Если бы не эта естественная «вентиляция», в пещере едва ли можно было бы дышать. Нат и гарпунер встали в очередь в столовую. Местный кок никогда не жмотничал с порциями, и это было одним из немногих преимуществ жизни на пиратском «корабле»: еды здесь хватало. Причина была ясна: Зоид не мог позволить, чтобы в его команде вспыхнул голодный бунт. Усевшись среди других работяг, друзья принялись за содержимое своих мисок. Есть им не особенно хотелось, но в ожидании грядущих испытаний следовало набраться сил впрок. За спиной у них трое пиратов говорили про город, над которым вскоре должно было пролетать облако.
— Уж мы стребуем с них несколько бочек доброго вина! — фыркнул один из них. — Давно пора. Сколько можно хлебать этот сидр? Моча, да и только.
— Надеюсь, до стрельбы дело не дойдет, — проворчал его собеседник. — Поговаривают, что горожане прикупили себе пушку для обороны… и что эта пушка в рабочем состоянии. Мне это не по душе. Представляешь, что будет, если мы схлопочем прямое попадание?
— Да ладно тебе! Что ты разнылся? Первый раз нас обстреливают, что ли? До сих пор все ядра завсегда падали обратно на головы этим горе-артиллеристам!
— Верно, но то были старые пушки… А у этих, как я слышал, вполне современная гаубица…
Остальной разговор потонул в кухонном гомоне.
«Значит, мы полетим над городом! — задумался Нат, испытав внезапный прилив возбуждения. — Наконец-то подходящий случай для побега! Мы могли бы спуститься с облака по страховочным тросам… Да, но как нас встретят люди внизу? Наверняка примут нас самих за пиратов и тут же линчуют».
— Знаю, о чем ты думаешь, — прошептал рядом Неб. — Дело рискованное, но попробовать стоит. Оставаться здесь нельзя, рано или поздно эти ублюдки тебя погубят. Только погляди на нас: Сигрид превратилась в корабельную шлюху, а я вот-вот превращусь в кусок камня… Остаешься только ты. Беги отсюда, пока есть возможность.
— Без вас я никуда не уйду, — буркнул в ответ юноша. — Бросать вас я не собираюсь.
— Ну и глупо, — вздохнул гарпунер. — Сомневаюсь, что Сигрид сумеет вырваться из когтей колдуна; ну а мне скоро конец, ты и сам знаешь. Незачем морочить себе голову.
— Нет! — уперся Нат. — Я найду средство. Сигрид поможет нам, я сумею ее уговорить. Не может же она испортиться окончательно.
— Ладно, как скажешь… — сдался Неб.
Примерно через час — Неб Орн как раз задремал на своем тюфяке — Нат устремился в лабиринт пещерных ходов и переходов в надежде отыскать Сигрид. Внутреннее пространство облака и впрямь было забито множеством подвешенных вдоль стен лачужек, соединенных шаткими мостиками. Некоторые из этих хибар, возведенные на сваях, возвышались над общим архитектурным хаосом, ориентироваться в котором было весьма затруднительно. Эту прихотливую географию дополняли распиханные тут и там лавочки, таверны, прилавки со всякими безделушками, утварью или оружием. Некоторые матросы валились спать прямо «на улице», и через них приходилось перешагивать; при этом делать это следовало крайне осторожно, чтобы ненароком не задеть их и не разбудить, поскольку просыпались они в крайне дурном расположении духа и запросто могли наброситься на обидчика с саблей.
Осторожно пробираясь через толчею и внимательно осматриваясь по сторонам, Нат решил обследовать окрестности небольшого базарчика, где торговали в основном дешевыми украшениями: именно там часто проводила время Сигрид. Как он и предполагал, сейчас она тоже оказалась там: жарко торговалась за нефритовые бусы с сухоньким старичком, лицо которого было густо испещрено поблекшими синими татуировками.
— Пойдем, — решительно сказал Нат девушке, — мне нужно с тобой поговорить. Зачем тебе эти бусы? У тебя и так на шее три штуки!
— Отстань от меня! — визгливо вскрикнула Сигрид. — Мастрацца не хочет, чтобы я с тобой общалась. Говорит, ты ни на что не годный тип и можешь на меня плохо повлиять.
Нат вытаращил глаза, задохнувшись от возмущения. Вот уж действительно! Какой-то гнусный пиратский прихвостень утверждает, что он недостоин общаться с его наложницей! Просто неслыханно…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
