и берет с собою
семь других духов, злейших себя,
и вошедши живут там; и бывает
для человека того последнее хуже
первого…
«Это про меня, что ли? – не без удивлением подумал Петрович. – Когда мы с Витькой котами торговали, мне вроде как легче на душе стало. Но на самом деле выходит, не лучше мне стало, а хуже?.. Выходит страх-то мой и боль другая, гораздо худшая болезнь, заглушила. Даже не заглушила, а только спрятала на время… Потому там, в подвале, я и бросил Витьку, – старик закрыл лицо руками. – Ах, Витька, Витька!.. Что же ты наделал, сукин ты сын!.. Бизнес этот кошачий придумал… Но каким бы ты не был, там, в подвале, продал я тебя… Родную и теплую душу предал и нет мне прощения, старой гадине!»
Старик заплакал. Последний раз Петрович плакал на похоронах своей жены. Старик тихо, по-детски, всхлипывал и растирал по щекам влагу дрожащими ладонями.
– Господи, помоги мне! – шептал он. – Господи, только бы он был жив! Ведь не Витька был нужен старухе, а я… Господи, помоги мне!
Минутная слабость прошла быстро и без следа. Петрович умылся, тщательно вытер лицо и направился на улицу.
У калитки он снова столкнулся с Лешкой. Сосед добродушно и вместе с тем немного виновато, улыбался.
– Я к тебе в гости, дядя Коля, – пояснил он.
– Отстань, говорю! – отмахнулся старик.
Он отвернулся и быстро пошел прочь.
– Может помочь чем? – крикнул вслед Лешка.
– Сам справлюсь.
– А ты куда пошел-то?
– К Сергею.
– Так вы же, это самое… В соре с ним. Мириться, что ли, идешь?
– Да! – коротко бросил старик.
Дверь в дом Сергея Петрович открыл ногой. Хозяин сидел на кухне и ел борщ. Рядом с ним стояла Света и что-то тихо говорила мужу. Увидев отца, она на секунду замерла с открытым ртом.
– Пап, я совершенно случайно зашла, – спохватившись, быстро заговорила дочь. – В магазин мне нужно было… Мимо шла и вот…
Старик хмуро взглянул на дочь и, не сказав ни слова, прошел в зал. Сергей удивленно посмотрел на жену. Потом встал и направился следом за Петровичем.
Старик выдвинул из-под семейной кровати чемодан. Крышка не поддавалась. Петрович сердито засопел и, ломая картон, отогнул вверх угол. Хрустнул замок. Петрович открыл чемодан и на пол полетели тряпки, коробки и прочая мелочь.
– Ты что ищешь-то, Николай Петрович? – тихо и очень вежливо спросил зять.
Старик задвинул пустой чемодан под кровать, встал и подошел к Сергею. Смерив его хмурым, спокойным взглядом, Петрович молча отодвинул зятя от шкафа, возле которого тот стоял и раскрыл дверцы.
Сергей вытер испачканные борщом губы и посмотрел на жену. Та молчала, со страхом, наблюдала за отцом.
– Николай Петрович, ты это… Не обижайся на меня, ладно? – снова заговорил Сергей. – Светка мне про твоих черных кошек все рассказала. Ну, что, в общем, продаете вы их… Может быть, я помочь чем смогу, а?
– Давно Ленка растрепалась? – глухо спросил старик, роясь в шкафу.
– Нет! – быстро ответила за мужа Света. – Сегодня только.
– Ну, так что, Николай Петрович? – явно заискивающе спросил Сергей. – Помочь вам, а?
– Денег моих захотел, стервец?
Петрович выпрямился. Старик держал в руках только что найденное в шкафу новенькое, помповое ружье. Лязгнул затвор и на пол со звоном упал патрон.
Сергей попятился и наткнулся спиной на Светку. Та стояла как вкопанная с расширившимися от ужаса глазами.
Петрович взял зятя за майку и грубо толкнул в угол. Сергей не сопротивлялся. У него мелко задрожала челюсть… Не зная что делать, он скрестил вдруг ослабевшие руки на груди.
Перед лицом Сергея медленно всплыл черный ствол.
– Я над тобой издеваться не буду, – твердо произнося каждое слово, заговорил старик. – И уму-разуму учить тоже не буду. Живи как хочешь, со Светкой или без нее, это уже твое дело. Но ты только одно запомни: тронешь мою дочь хоть пальцем и тогда я тебя кончу. Понял?
Сергей взглянул в глаза старика. Они были такими же темными, как ствол. Зять быстро кивнул.
Старик посмотрел на дочь.
– Знаю, у вас серебряные ложки были, – спросил он. – Где они?
Не в силах произнести ни слова Света показала глазами на сервант. Старик сгреб позвякивающее серебро в карманы куртки, потом вернулся к шкафу и взял оттуда патронташ.
– Ты уж извини, зятек, что ружьем у тебя одолжился, – на прощание сказал старик Сергею. – Твоя артиллерия посильнее и поновее моей будет. Верну. А ты, – старик взглянул на дочь. – Пока здесь будь, к Ленке не ходи. Поняла?
– Да, папа…
Петрович обмотал ружье подвернувшимся под руку полотенцем и быстро вышел.
Когда дверь захлопнулась, Сергей, с трудом переставляя ноги, подошел к дивану и сел.
– Что это с ним? – спросил он жену.
– Не знаю…
– Вот елки-палки, а?! – Сергей вытер лицо и с удивлением посмотрел на мокрые от холодного пота руки. – И куда же это наш дед воевать направился?!
Дома Петрович высыпал серебро на стол и сходил в сарай за зубилом.
«Может быть жив еще Витька? – размышлял старик, разрубая ложки на крупные куски. – Может быть, еще не поздно? Ах, я старый дурень! Стыдно-то как, Господи! Что я Ленке скажу? Ушел, мол, твой муж за котами и не вернулся?»
Петрович перезарядил патроны серебряной картечью. Дроби он не жалел и заново снаряженных патронов получилось только девять штук. Магазин ружья вмешал шесть. Три оставшихся патрона старик сунул в карман.
Потом он долго искал фонарик, пока не вспомнил, что обронил его вчера в овраге. Пришлось мастерить факел. Петрович нашел крепкую палку, обмотал ее тряпкой и сунул в канистру с бензином.
«Что еще нужно? – думал он, осматривая двор – Ах, да!.. Спички».
Старик вернулся в дом и захватил на кухне пару коробков спичек.
Потом его взгляд замер на иконах в углу. Петрович вспомнил свою Любашу. Иконы, еще сорок лет назад поставила жена. За это время лики святых потемнели и стали строже и старше.
Петрович переложил ружье в левую руку и неумело перекрестился.
– Ты уж прости, ежели что… – тихо сказал старик. – Но без Витьки мне все равно не жить.
Только по дороге на котоферму Петрович заметил, что следом за ним снова увязалась Багира. Кошка была явно встревожена и часто оглядывалась по сторонам.
«Запереть ее забыл, – подумал Петрович. – А впрочем, ладно… Вдвоем оно и лучше. Все ж таки живая душа рядом».
Старик подождал кошку, взял ее на руки и сунул за борт куртки.
– Помнишь свое место? – чуть заметно улыбнувшись, спросил он.
Багира благодарно мурлыкнула
