нежилом доме в самом начале улицы.
Спустя минуту Даша снова вернулась в эфир
— Максим у меня для вас две новости, плохая и совсем плохая.
Парень вздохнул и посмотрел в окно.
— Давай с последней.
Образовалась секундная пауза, и Даша снова заговорила.
— Моста, по которому вы перебрались на другую сторону берега больше нет.
Максим нахмурил брови, зажмурился и пару раз сильно моргнул.
— Что значит нет?
— Ребята, — послышался голос Вики. — Скажу коротко. Судя по всему, мост был еще того качества. Уровень воды в реке резко поднялся и его просто снесло. Я сама едва успела перебраться к девчонкам.
— Зашибись, — пробурчала Кристина.
— Постой, то есть мы теперь не сможем вернуться? — спросил Максим.
— В паре километров отсюда есть ещё один мост, он вроде бы не такой старый. Мы проедим до него, переберемся на вашу часть берега и будем ждать вас недалеко от поворота в деревню, — ответила Вика.
Максим тяжело вздохнул и покачал головой.
— Я тебя понял, хорошо, — ответил он.
Кристина скривила лицо, стянула с головы шапку и села на невысокую деревянную тумбочку.
— А первая новость какая? — спросила она.
После небольшой паузы Даша заговорила тихим голосом.
— Надвигается гроза так что на пару часов радиосвязь будет недоступна, — ответила она. — И ещё… на время бури мне придётся вернуть птичку обратно. Его и так из-за ветра начало бросать в стороны, а если он попадет под грозу, то пиши пропало.
Кристина покачала головой, встала с тумбочки, подошла к старому покосившемуся шкафу и ударила по нему кулаком.
— То есть на несколько часов мы будем действовать вслепую и без связи? — перебила Кристина.
— Да, — с сожалением ответила Даша.
— Отлично, — вяло произнёс Артём. — Мы застряли в какой-то дыре, с психами и тварью.
Максим посмотрел на парня, затем поднял голову на Кристину и глубоко вздохнул.
— Мы поняли тебя. Как только гроза стихнет, попытайся с нами связываться, — сказал он и почесал лоб.
— Хо… р… шо.
Максим нахмурила брови и постучала пальцем по наушнику.
— Панда? Панда ты меня слышишь?
— Макс… я… не… связь…
В ту же секунду над поселением прокатился мощный раскат грома, и связь оборвалась. Кристина посмотрела на парней, опустила голову и щелкнула языком.
Глава 21
Кристина бродила по дому и заглядывала в каждую комнату. Внутри он оказался в намного худшем состоянии чем снаружи. Невысокие стены были практически голыми, поскольку старые обои, которые можно было увидеть в каждом доме еще в девяностые года, частично отслоились, и кусками валялись на деревянном полу. Вместо них пожелтевшую от времени побелку покрывала плесень и черные пятна, особенно много их было по углам и в районе плинтуса — причиной появления пятен был черный грибок.
Невысокие белые потолки настолько просели, что при своём невысоком росте Кристина едва не задевала их макушкой, а кое-где сгнившие стропила вместе с глиной валялись на полу. Дверные коробки были перекошены, а сами двери отсутствовали. Вместо них висели ржавые петли. То же самое было и с оконными проемами. Кроме той комнаты, где находились парни. Тамошние два окна были целы.
Из мебели кроме перевернутой на бок железной кровати, разбитого массивного комода, деревянного стола с порванной клеенчатой скатертью и пары сломанных табуреток больше ничего не было.
В небольшом помещении, которое, судя по всему, когда-то было кухней, стояла ржавая кухонная плита маленький пожелтевший холодильник с отломанной дверцей круглый деревянный стол с отломанной ножкой и два сломанных деревянных стула. Сверху на холодильнике стояла маленькая рамка с черно-белой пожелтевшей по краям фотографией. На ней было всего три человека, которые сидели на лавочке: худощавый мужчина в светлой рубашке и серых брюках, молодая девушка в темном платье с длинными темными волосами и маленький ребенок у нее на коленях.
Кристина взяла фотографию в руки, вздохнула и развернула к себе обратной стороной, на которой от руки, шариковой ручкой были написаны имена и цифры:
Володя, Катя и Женя Фроловы
1993 г
Кристина подняла брови и ухмыльнулась. Люди на фото улыбались и по всей видимости на момент её создания были довольно счастливы.
Она вышла с кухни и стала возвращаться по коридору обратно к парням, но внезапно остановилась и свернула в маленькую комнату, которая, судя по всему, была детской: сломанная детская кроватка, разбросанные по комнате отсыревших детские вещи и игрушки.
Кристина осторожно зашла внутрь, поглядывая по сторонам чтобы на нее случайно не обрушился ветхий потолок и подошла к кроватке, над которой висели простенькие пластиковые игрушки — такие же были у Кристины в детстве — она улыбнулась и толкнула их пальцем, после чего они начали медленно вращаться. Она посмотрела на пол и увидела капли крови, которые тянулись к выходу, улыбка с ее лица мгновенно исчезла, а сама она тяжело вздохнула и бросила взгляд на кроватку, в которой лежало смятое белое одеяльце: видимо последний детский смех здесь раздавался очень давно если одеяло успело отсыреть и покрыться плесенью, подумала Кристина.
Несмотря на весь беспорядок в доме больше всего Кристину интересовали бурые засохшие разводы, которые присутствовали в каждой комнате: на стенах, мебели и полу. Она уже видела подобные следы в старом особняке пару недель назад, когда набрела на свору бешеных тварей — в тот раз, похожие следы говорили об одном — на этом месте был выпотрошен человек.
Несмотря на беспорядок Кристину больше всего её интересовали бурые засохшие разводы, которые присутствовали в каждой комнате: на стенах, мебели и полу. Она уже видела подобные следы в старом особняке пару недель назад, когда набрела на свору бешеных тварей — в тот раз, похожие следы говорили об одном — на этом
