Рикетти потер лицо.
– Я – без проблем. Я всегда хотел куда-то, хотел творить чудеса. – Он вытянул руки. – Да и что я такое здесь? Студент, проучившийся девять семестров на строителя? И кто знает, хватит ли денег на десятый! Обращаться к родителям… – Он оборвал себя. – Мне только хочется знать, как мы это сделаем.
– Сейчас. Энди?
Она положила свою руку на его.
– Мы еще поговорим об этом – позже. Сейчас меня куда больше тревожат Ахира и Дория. Ты сказал, на другой стороне им могут помочь?
У меня нет времени объяснять. Неправда. Дело не во времени – в нервах. Если этого не сделать быстро – не знаю, удастся ли сделать это вообще.
– Где-то в Пустоши есть святилище Сообщества Целящей Длани – секты Дории.
Андреа кивнула:
– А она – одна из них, так что они охотно помогут ей. Может быть. – Девушка на миг умолкла, потирая горбинку на носу. – Но только может быть. Что, если ее нет в их… списках? Я хочу сказать: на этой стороне есть клиники – может, Дории будет лучше там?
– Нет. – Карл натянуто улыбнулся. – Я занимался психиатрией, помнишь? Кататония излечима плохо. Можно пробовать инсулиновую терапию, можно шоковую – шансы в любом случае малы. Это первое. Второе. Если не забрать ее отсюда – какие у нее, по-твоему, шансы когда-нибудь выйти из психушки? В самом лучшем случае ей поставят диагноз «тяжелое расстройство» – и никого из нас не будет, чтобы вернуть ее, мы ведь собираемся унести Джеймса. Я не представляю себе, как она сможет убедить окружающих, что случилось… то, что случилось. Лично мне кажется, мы – ее единственный шанс. – Он повернулся к Рикетти. – Ты выбил в машине окно?
– Согласно инструкциям. Мешок… он в багажнике, Дория под одеялом на заднем сиденье, а когда я вас высадил, то припарковался подальше от уличных фонарей.
– Отлично, – одобрил Карл. – Возвращайся к машине, заводи ее и будь готов ехать, как только фонарик у парадной двери мигнет три раза. Если этого не случится, скажем, через пятнадцать минут – уезжай. Позаботься о них и попробуй еще раз, когда сочтешь нужным. Понял?
– Понял.
Рикетти пошел прочь, низко пригнувшись под кухонным окном.
Уолтер потянулся.
– А мне что прикажешь?
– Стоять на страже. Если этот гад проскочит мимо меня и Энди – хватай его. Не убивай, вообще не причиняй вреда, но останови. Ты тоже входи на тройной сигнал. Если же он будет одиночный – возвращайся к себе и изображай Звезду Футбола, пока не получишь весточку от Рикетти. Мы с Энди будем держать рот на замке. Ты не был сегодня вечером в общежитии, ты не знаком ни с кем из погибших и пропавших – ясно?
– Ясно. Знаешь, Дейтона ведь можно просто попросить… – Уолтер приподнял ладонь. – Ну да: что, если он пошлет нас к черту и кинется за полицией?
Карл повернулся к Энди-Энди.
– Ты так и не сказала, с нами ты или нет. Она стиснула его плечо.
– С вами, конечно, дурень.
Он глубоко вздохнул. Здесь все шло не так уж плохо. Если бы что-то не заладилось там – он кончил бы жизнь на арене Колизея, главным героем представления с пытками. Самое худшее, что ждало его здесь, – арест по обвинению в похищении, нападении и убийстве первой степени.
Да нет, больше второй степени им не натянуть. Ни один следователь никогда не докажет, что у меня был мотив, и уж тем более не докажет преднамеренность.
Карл выдохнул и попытался расслабиться.
– Ну, все всё обсудили? Тогда давайте делать дело. – Он встал. – Пошли.
* * *
Десятью минутами позже Артур Симпсон Дейтон сидел привязанный к кухонному стулу и пронзал Карла горящим взглядом левого глаза. Смотреть правым глазом он не мог: глаз заплыл и не открывался.
Карл затянул последний узел на веревке, что привязывала к стулу левую щиколотку Дейтона, отступил на шаг и полюбовался плодами своего труда. Профессора можно было не бояться: запястья его туго стягивала пара его же собственных галстуков, а сквозь кляп проникали разве что приглушенные стоны.
Карл подошел к раковине, где Энди-Энди держала руку под холодной водой.
– Хороший удар, – заметил он.
– Спасибо. – У нее вырвался тихий стон. – Ну что б тебе уронить его чуть быстрее? По-моему, я сломала большой палец.
– Когда сжимаешь кулак, оставляй большой снаружи. Но вообще-то это больше похоже на растяжение. Может, сходишь в амбулаторию, пусть рентген сделают?
– И пропустить представление? Нет, спасибо.
Он пожал плечами и резко повернулся: кухонная дверь распахнулась. Ложная тревога: всего лишь Уолтер.
– Ну, как тут у вас?
Карл кивнул.
– Порядок. Вы оба идите в комнату и посидите со всеми. Нам с доком надо кое-что обсудить.
Он порылся в кухонных шкафах, но лишь в третьем нашел то, что нужно – длинный и тонкий разделочный нож. А вот точильного камня не нашлось. Что такое не везет… Плохо. Точить нож под самым носом у Дейтона – то-то бы он впечатлялся!
Впрочем, единственный глаз профессора и без того едва не вылез из орбиты, когда Карл развернул второй стул и уселся на него верхом: руки свободно лежат на спинке, нож лениво покачивается между большим и указательным пальцами.
– Дейтон, – процедил Карл в лучших традициях Чарльза Бронсона, – я буду краток. И страшен – насколько смогу. Мне не надо, чтобы ты думал о чем-нибудь, кроме того, что боишься меня. Ты использовал нас как подопытных кроликов; ты отправил нас на убой; все, что случилось на той стороне, – твоя вина. Согласен? – А знает ли он, что случилось на той стороне? В письме говорилось, что видения отрывочны; что разное течение времени затрудняет наблюдения. Известно ли ему, что Джейсон мертв?
Дейтон бешено мотал головой. Карл улыбнулся.
– Спокойнее. Ты еще можешь из этого выпутаться. Как я сказал, когда берешься играть с человеческими жизнями – изволь отвечать за результат. Так утверждает закон – поверь уж мне на слово. К примеру, если ты интереса ради устроил пожар, а при этом погибли люди – парой лет тюрьмы за поджог ты не отделаешься. Это убийство первой степени. – Карл поднял руку. – Один факт в твою пользу: ты постарался, чтобы мы ни в чем не нуждались. Ты не мог знать, что Ари… что Рикетти умудрится спалить именно ящик с сокровищами. – Он приставил острие ножа Дейтону под подбородок и теперь неторопливо продвигал лезвие внутрь сквозь прядки седой бороды – пока оно не коснулось кожи. – Но это ведь ничего не меняет, согласен? – Карл отвел нож – ровно настолько, чтобы Дейтон мог пошевелить головой. – Я спрашиваю: согласен?
Дейтон неохотно кивнул.
– И за сколько же смертей это делает тебя ответственным, Арт?
Моргни по одному разу за каждую.
Левый глаз Дейтона закрылся и открылся. Профессор взглянул на дверь комнаты и снова уставился на Карла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
