против».
«Ты лишил ее девственности, думая, что она Биргит? Боже мой!»
«Да, я так и сказал. Но она была не только не против, она сказала, что именно этого она и хотела. Помочь мне наконец пережить смерть Биргит. Чтобы сделать то единственное, чего я никогда не мог сделать — заняться любовью с Биргит в ее собственной постели».
«Но анал? Это ведь был просто сон, да?»
«Нет, Дженнифер, я получил все вишенки Карин, ну, типа того, я думаю. Это была она, но это была не она. И это было по ее собственному желанию. Она была для меня суррогатной Биргит. Ты, как никто другой, должна это понимать!»
Она замолчала на мгновение, а затем сказала: «Стефани».
«Да», — сказал я. «Как это, только по-другому».
«Так вы с Карин теперь вместе?» — спросила она после паузы.
«Нет, совсем нет. Это была Биргит. По словам Карин, если мы сделаем это снова, то это будет для нас. Но тогда было не для меня с Карин».
«Если?»
«Да. Если. Кто знает? Возможно, я увижусь с ней до возвращения домой, но будет ли у нас секс или нет — это вопрос, на который у меня нет ответа».
«Ты почувствовал связь?» — спросила Дженнифер с опаской в голосе.
«Конечно, почувствовал. Но с Биргит, а не с Карин. Секс был обжигающе горяч по интенсивности, но это было только со мной и Биргит. Единственный поцелуй, который я получил от Карин как Карин, был, когда я сел в поезд. Он потряс меня из-за интенсивности эмоций, но в тот момент я все еще более или менее видел ее как Биргит, так что я не могу увидеть в нем слишком много».
«Значит, ты можешь вернуться домой, и мне снова придется соревноваться с девушкой мечты в Стокгольме?»
«Дженнифер, мои чувства к тебе не изменились. На самом деле, я нахожусь в гораздо лучшем положении, чем был, когда уезжал, веришь или нет. У меня здесь есть одна девушка, Пия. Кроме того, что было одноразово в Стокгольме, это все. Я более или менее попал в ситуацию, похожую на ту, что хотела Джойс — найти одну девушку и держаться за нее в течение года. Конечно, были отклонения, но они были кратковременными и никогда не повторялись».
«Я порвал отношения с Фредой и Петрой. София порвала со мной, потому что не хотела делиться. Анни была одноразовой ошибкой. С Пэм была интрижка в начале года и, возможно, будет в конце года в Абиско, но на самом деле мне все равно, так или иначе. И я даже не ищу никаких вариантов. Есть пара девушек, которые флиртуют со мной, но одна из них слишком молода, а другая — хорошая подруга».
«Ничего себе, Стив. Ты поехал в Швецию и занимаешься сексом меньше, чем дома, и с меньшим количеством девушек! Потрясающе. Никто в это не поверит!»
«Это забавно, не так ли? У меня был секс с пятью шведскими девушками, с двумя из них только один раз, и сейчас кажется, что на этом все. Конечно, все может измениться, но на данный момент у меня только один раз был секс в сауне, не было ни секса втроем, ни связывания кого-либо, и, за исключением мистического опыта в Стокгольме, просто обычные занятия любовью. И знаешь что, Дженнифер? Я не против этого прямо сейчас».
«А когда ты вернешься домой?»
«Ты будешь там. Это все меняет!» — хихикнул я.
«Да уж! Я думаю, что последние шесть месяцев хорошо подействовали тебя».
«Ты права; так и есть. Я многое понял и работаю над всем тем, о чем мы говорили. Я буду другим человеком, когда вернусь домой».
«Хорошо! Ну, если только ты не потеряешь те хорошие качества, которые у тебя всегда были».
«Я работаю над этим, Джен, я работаю над этим».
«Я люблю тебя, Стив!»
«Я люблю тебя, Дженнифер!»
Затем пришло время позвонить Стефани. Я объяснил ей то же самое и у нее была такая же реакция, как и у Дженнифер, хотя у нее была своя точка зрения на это.
«Ты должен заняться с ней любовью, старший брат. Иначе ты никогда не будешь уверен».
«Ты же знаешь, что то же самое Дженнифер сказала о Бекки, не так ли?»
«Это другое. Она явно не пытается заманить тебя в ловушку».
И тут меня осенило. Я никогда не спрашивал Карин о противозачаточных средствах!
«Я подумаю об этом. ОК?»
«Да. Я люблю тебя. Я не могу дождаться, когда буду с тобой «обжигающе горячей»!».
«Я тоже тебя люблю», — сказал я.
Я повесил трубку и набрал номер Андерссонов.
«Я думала, когда ты позвонишь», — сказала Карин.
«Ты сказала, чтобы я все обдумал и решил. Я вообще-то собирался написать тебе письмо сегодня, но у меня есть вопрос, который я должен задать».
«Да?»
«Ты принимаешь «таблетки»?»
Она начала смеяться.
«Конечно, принимаю. Я начала за несколько месяцев до твоего приезда в Стокгольм в июле. Я бы ни за что не рискнула забеременеть, особенно после того, как ты рассказал мне историю с Бекки».
«Я обычно спрашиваю об этом заранее или использую резинку, если не спрашиваю, и, ну, я был не в том состоянии, чтобы спрашивать в тот вечер».
«Не волнуйся. Все в порядке. Я бы не стала ставить тебя в такое положение».
«Спасибо. Как ты?»
«Ну, я немного болела в тот день, когда ты ушел!» — хихикнула она. «Но это прошло через пару дней. Я готова сделать это снова, если и когда придет время. ВСЁ.»
«Я работаю над тем, чтобы разобраться во всем, Карин. Нам будет о чем поговорить, когда придет время. Полагаю, ты тоже об этом думаешь?»
«О том, чтобы быть с тобой для себя, да. Мне не нужно ничего выяснять. Я знала еще до того, как ты приехал в Швецию. Я предлагала тебе то же самое в тот первый вечер, когда ты был здесь, но ты отказался. Я понимаю, почему ты так поступил. Именно поэтому я решила сделать так, чтобы это произошло в твою последнюю ночь здесь».
«Это было запланировано?» — спросил я.
«Да. Еще до того, как ты приехал в Швецию. Это не было случайностью или прихотью с моей стороны. Это было решение, которое я приняла заранее».
«Теперь мне есть о чем подумать», — сказал я.
«Ничего страшного. Не торопись. Разберись во всем. Используй столько времени, сколько тебе нужно, чтобы быть уверенным».
