Аннабелл хотелось упереться в пол каблуками. Но если она устроит сцену, это только уронит ее в глазах леди Милфорд. Как ни горько, приходится признать, что миссис Бакстер уже удалось очернить ее в глазах гостьи. Теперь ей уже никогда не представится возможность продемонстрировать свои достижения и покинуть постылую школу.
– Пусть она останется. – В нежном голосе леди Милфорд безошибочно угадывался приказ.
Миссис Бакстер ошеломленно обернулась, все еще продолжая сжимать руку Аннабелл.
– Миледи?
– Вы сказали, что я побеседовала со всеми учительницами. Но, очевидно, вы забыли про эту.
– Потому что она абсолютно не подходит. Без сомнения, вы не захотите нанять гувернантку сомнительного происхождения…
– Тем не менее я намерена переговорить с ней. Вы можете идти.
Миссис Бакстер неохотно выпустила руку Аннабелл. Пронзив девушку злобным предостерегающим взглядом, она спешно покинула комнату.
– Пожалуйста, закройте дверь, чтобы мы могли побеседовать с глазу на глаз, – приказала леди Милфорд.
Аннабелл немедленно подчинилась. Выполняя поручение, она заметила краем глаза, как Мейвис и Пруденс бросились вслед за миссис Бакстер, наверняка недовольные тем, что Аннабелл допустили к собеседованию. Пусть склочницы протестуют. В кои-то веки Аннабелл удалось одержать верх, и она собиралась воспользоваться этим с наибольшей выгодой.
Воодушевленная этой мыслью, она перебрала в уме все свои знания и умения, пока приближалась к леди Милфорд. Девушка остановилась перед знатной дамой в почтительной позе, сложив руки. Было жизненно необходимо достигнуть своей цели, прежде чем вернется миссис Бакстер.
– Миледи, я…
Леди Милфорд остановила ее, подняв вверх ладонь.
– Одну минуту. У нас будет достаточно времени для беседы.
Дама пристально разглядывала Аннабелл, оценивая ее критически. Аннабелл старалась не смотреть на нее из страха показаться невежливой. По каким критериям леди Милфорд отбирает претенденток? Если по манере одеваться или по родословной, то Аннабелл обречена на неудачу.
Ее уверенность слегка пошатнулась. Никогда прежде она не встречала столь прекрасной дамы. В бирюзовом платье и черной шляпке с павлиньими перьями леди Милфорд напоминала экзотическое создание из далекой чужеземной страны. Что привело столь утонченную аристократку в эту отдаленную сельскую школу, когда она могла нанять кого-нибудь в Лондоне? Может, она навещала друзей или родственников в этих краях? Ответы не имели значения. Сейчас Аннабелл было важно добиться этой должности для себя.
– Мисс Куинн, я подозреваю, что вы изобрели этот предлог, чтобы попасть сюда, – улыбнулась леди Милфорд. – Могу я предположить, что вас интересует должность гувернантки герцога Кеверна?
– Да, миледи. Если это не слишком дерзко с моей стороны, я надеюсь, что вы предоставите мне шанс.
Леди Милфорд слегка наклонила голову в согласном кивке.
– Важно, чтобы я переговорила с каждой учительницей из персонала. Тогда я смогу сделать правильный выбор. Служить герцогу – большая честь, не важно, насколько он молод.
– Сколько лет его светлости, осмелюсь спросить?
– Николасу исполнилось восемь. Он правнук моей покойной, очень дорогой мне подруги. Мальчик отправляется в закрытую школу через год или около того, и я беспокоюсь, готов ли он к тому, чтобы покинуть дом. Видите ли, он потерял обоих родителей год назад в трагическом происшествии.
Аннабелл уже догадалась, что отец мальчика скончался, иначе он не унаследовал бы титул. Но не знала, что он круглый сирота. Сердце ее тоскливо заныло, когда она представила себе, как он одинок. Возможно, повезло, что она вообще не знала своих родителей.
– Мне очень жаль слышать это, – прошептала она. – Должно быть, его светлости было нелегко пережить это ужасное время.
– Совершенно верно. – Леди Милфорд устремила взгляд на пляшущее пламя в камине. – Николас всегда был довольно сдержанным мальчиком, а теперь стал еще более замкнутым. Вот почему я решила, что он нуждается в большем, чем просто наставники и няньки. – Она взглянула прямо в лицо Аннабелл. – Полагаю, ему необходима любовь матери.
Матери? У Аннабелл пересохло во рту. Что ей известно о материнской любви? Из всех требований, которые могли быть предъявлены к соискательницам, в этом единственном у нее не было ни малейшего опыта. Все остальные учительницы имели перед ней огромное преимущество, потому что выросли в настоящих семьях местных сквайров.
– Наверное, у герцога есть тетушки или кузины, которые могли бы взять на себя эту роль.
– Боюсь, у него остался только дядя, его опекун, лорд Саймон Уэстбери. Он довольно… сложный человек. – Леди Милфорд загадочно улыбнулась, затем указала на кресло. – Садитесь, мисс Куинн. Вы достаточно высоки, и у меня нет желания свернуть себе шею.
– О! Конечно. – Аннабелл поспешно опустилась на край кушетки и сложила руки на коленях. Правда, собеседование проходило совсем не так, как она себе представляла. Ее светлость вполне могла решить, что другие учительницы более способны окружить материнской заботой осиротевшего мальчика. Разумнее будет подчеркнуть свои сильные стороны, прежде чем вернется миссис Бакстер и станет снова порочить репутацию Аннабелл.
Девушка глубоко вздохнула.
– Миледи, пожалуйста, поверьте, что я готова целиком посвятить себя заботе о юном герцоге. Позвольте заверить вас, что я более чем способна руководить также и его образованием. Я хорошо знаю предметы, которые ему предстоит изучать: математику, ботанику, литературу, географию и многие другие. Я с радостью буду усердно заниматься с ним любым предметом, каким вы пожелаете, пока он не овладеет…
Леди Милфорд остановила ее, подняв затянутую в перчатку ладонь.
– Я не сомневаюсь, что все это чистая правда. Я неплохо разбираюсь в людях, и вы производите впечатление разумной, сообразительной женщины, отлично подготовленной, чтобы обучать мальчика. Поэтому мне лучше потратить время на то, чтобы больше узнать о вас.
Аннабелл даже не знала, радоваться ей похвале или тревожиться из-за предстоящего исследования ее биографии.
– Что вы хотите узнать? – осторожно спросила она.
– Прежде всего – ваше имя.
– Аннабелл, миледи.
Легкая загадочная улыбка вновь возвратилась на губы леди Милфорд.
– Очень мило. Это имя часто встречается в вашем роду?
– Я… мне никогда об этом не говорили, – уклончиво ответила Аннабелл.
