Но как объяснить, что за несколько дней до этого трагического инцидента кто-то создал из манекенов инсталляцию, полностью повторяющую трагедию в ресторане? Значит, этот кто-то точно знал, что произойдет. А знать это он мог только в том случае, если сам отравил всех четверых…
Тут Надежда задумалась: кто мог устроить инсталляцию? Зачем – как раз было понятно: чтобы, так сказать, отрепетировать и наглядно показать, как все будет выглядеть в натуре.
Для этого, как минимум, нужно было иметь доступ в пятьдесят восьмую квартиру. А у кого такой доступ?
Ключи от этой квартиры были у Маргариты Павловны, техника из ТСЖ. Но она вне подозрений – Антонина Васильевна ей доверяла, а Антонина хорошо разбиралась в людях. Ей можно было работать в отделе кадров любой фирмы.
Однако сама Маргарита Павловна сказала, что давала ключи от квартиры риелтору… как же ее зовут…
Почему-то перед мысленным взором Надежды возник собственный кот. Он был каким-то образом связан с этим агентом по недвижимости…
– Бейсик! – окликнула она кота. – Ты не помнишь, как зовут риелтора, который продает пятьдесят восьмую квартиру?
Кот появился на зов, но на вопрос хозяйки ответил недоуменным взглядом. Однако Надежда, увидев его рыжую усатую морду, вдруг все вспомнила.
В голове восстановилась логическая цепочка. Бейсик – рыжий. А кто еще рыжий? Разумеется, лиса… Лиса Патрикеевна из народных сказок… Лиса Алиса из сказки «Золотой ключик»… Точно! Женщину-риелтора зовут, правда, не Алиса, а Лариса, но фамилия ее Патрикеева!
Также Надежда вспомнила и рекламную листовку с названием риелторской фирмы, где работала Лариса Патрикеева, – агентство недвижимости «Домовой».
Надежда Николаевна без труда нашла в интернете телефон «Домового» и набрала номер.
– Вы позвонили в агентство недвижимости «Домовой»! – пропел в трубке чарующий голос автомата. – Ваш звонок очень важен для нас! В целях безопасности этот разговор может быть записан…
И тут же этот голос сменился другим – далеко не таким чарующим, а, наоборот, немного хриплым:
– Слушаю!
– Здравствуйте! – Надежда на всякий случай зажала нос, чтобы изменить голос. – Могу я попросить Ларису Патрикееву?
– Ларису? – Собеседница Надежды сделала паузу, как будто собираясь с мыслями. – А по какому вопросу?
В голосе ее прозвучала какая-то растерянность, смущение и, как показалось Надежде, даже испуг.
– Она показывала мне квартиру… – Надежда назвала адрес собственного дома.
– И в чем же дело?
– Дело в том, что я хочу купить эту квартиру… не для себя, а для племянника, – зачастила Надежда Николаевна, – для Вадика, сына моей покойной сестры, он очень хороший молодой человек, такой воспитанный, но каждый молодой человек, даже очень хорошо воспитанный, когда-нибудь женится, и тогда ему непременно нужна своя квартира, вот я и подбираю для него квартиру, и та, которую мне показывала Лариса, мне очень понравилась и по площади, и по планировке…
– Так в чем же все-таки дело? – попробовала перебить Надежду собеседница.
Но Надежду Николаевну так просто не собьешь!
– Дело в том, что я-то квартиру посмотрела, и она мне понравилась и по площади, и по планировке, и даже вид из окна… ну, я вам это уже, кажется, говорила… но Вадик ее пока не видел, он был в отъезде… в командировке… у него очень хорошая работа, но часто приходится ездить в командировки… Так вот, сейчас он вернулся, и я хочу, чтобы он сам посмотрел эту квартиру, ведь это ему в ней жить… а что, если она ему не понравится? Ведь квартира должна понравиться тому, кто в ней будет жить, правда?
– Правда… – подала голос собеседница, с трудом вклинившись в Надеждин монолог.
– Ну так вот, поэтому мне и нужна Лариса, я хочу договориться с ней и еще раз посмотреть ту квартиру. На этот раз с Вадиком, это мой племянник…
– А, понятно. Но Ларисы сейчас нет… Я могу вам дать другого агента. Например, Василия Полубесова, он вам все покажет и подготовит документы.
– Но я хочу Ларису! Она мне понравилась, у нас с ней установился контакт. Если ее сегодня нет, я могу позвонить завтра… у меня есть свободное время…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Завтра ее тоже не будет.
– А где же она?
– Она… она в отпуске.
Тут Надежда, и раньше имевшая некоторые подозрения, твердо уверилась, что с Ларисой Патрикеевой что-то не так. Какой нормальный риелтор уйдет в отпуск, если у него несколько перспективных квартир в работе? Этак можно всех клиентов растерять. И ничего не заработаешь.
– И когда она вернется? – продолжала она настырничать.
– Не могу вам сказать. Но я советую вам договориться с другим агентом…
– Ох нет, я хочу иметь дело только с Ларисой! – и Надежда повесила трубку, после чего села за стол, налила себе чашку травяного чая и задумалась.
Сотрудница агентства вела себя как-то странно. При упоминании Ларисы Патрикеевой явно заволновалась. На вопрос, где Лариса, ответила не сразу, а только после паузы, как будто ей нужно было придумать ответ. И наконец сказала, что та в отпуске, но не смогла ответить, когда вернется.
Все это более чем подозрительно!
И снова Надежда почувствовала знакомое покалывание в корнях волос.
Значит, нужно выяснить, что случилось с Ларисой Патрикеевой. И телефонного звонка явно недостаточно, нужно ехать в агентство «Домовой» и разведать все на месте.
Надежда Николаевна перебрала свой гардероб, надела самый приличный костюм, взяла новую, очень красивую сумку – ведь ей нужно было изобразить обеспеченную особу, собирающуюся купить хорошую квартиру, и отправилась в агентство. Было так тепло, что плащ она просто накинула, не застегивая.
Очень хорошо, так костюм лучше видно.
Агентство «Домовой» было не особо крупное и занимало несколько комнат на третьем этаже офисного центра на Петроградской стороне. Над входом в первую комнату был изображен забавный старичок с оттопыренными ушами – видимо, тот самый домовой, который дал фирме название.
Надежда толкнула дверь и оказалась в приемной, где за стойкой сидела симпатичная пухленькая девушка-администратор.
– Мне нужна Лариса Патрикеева. Не скажете, где ее можно найти? – обратилась к ней Надежда Николаевна.
Девушка побледнела, глаза ее округлились.
– Лариса… она… извините… – растерянно залепетала администратор и вдруг выскочила из-за стойки и умчалась прочь по коридору.
Надежда с недоумением проводила ее взглядом, пожала плечами и вошла в следующую комнату.
Там, за офисными столами с компьютерами, сидели три озабоченные женщины разного возраста. Одна из них, увидев в дверях Надежду, осведомилась:
– Женщина, вы по какому вопросу?
– Дело в том, что я хочу купить квартиру, – Надежда решила разыграть прежнюю карту, – не для себя, а для племянника…
– Очень хорошо, сейчас я запишу все ваши пожелания и подберу подходящие варианты.
– Подождите, вы мне не дали договорить! Со мной уже работает ваш агент… в смысле сотрудница, она мне показала очень хорошую квартиру, но я смотрела ее без племянника, а теперь хочу посмотреть с племянником, потому что ему же в этой квартире жить, значит, надо, чтобы ему понравилось, вот я и хочу теперь с ним посмотреть…
– Конечно, нужно посмотреть… – проговорила женщина, стараясь следить за Надеждиным сбивчивым монологом.
– Так вот, я с ней хотела связаться – с вашей сотрудницей, чтобы еще раз посмотреть квартиру, а ее мобильный не отвечает. И второй телефон, который она мне дала, тоже не отвечает… так вот, как бы мне с ней связаться? Потому что я непременно хочу квартиру вместе с племянником посмотреть, вдруг ему что-то не понравится…
– А кто эта сотрудница? Как ее зовут?
– Лариса. Лариса Патрикеева.
Услышав эту фамилию, собеседница Надежды Николаевны поперхнулась и отвела глаза. В комнате наступила напряженная тишина, и Надежда увидела, что обе женщины, не участвовавшие в разговоре, застыли и уставились на Надежду с каким-то странным выражением на лицах.
– Патрикеева? – переспросила Надежду собеседница.
