от берега сторону. Он старался меньше сучить ногами и всё время следил за тем, чтобы они не увязли в придонной грязи. Это получалось не просто, каждый раз когда он цеплялся руками за гниющие корни растений и начинал захлёбываться, его нижние конечности включались в работу, стараясь придать телу дополнительную плавучесть. Они погружались в зыбкий ил и чтобы их выдернуть из холодной жижи приходилось прилагать ещё больше усилий. В такие мгновения только усилием воли удавалось подавить панику и страх.
«Островок бы какой или бревно! - подумал Воробьёв. - А ещё лучше другой берег...»
Минуту через десять Макс понял, что если и дальше будет продолжать действовать в том же темпе, ему из воды уже не выбраться.
Зацепившись за очередную кочку, он немного отдохнул, потом огляделся по сторонам. Дождь притих, в прорехи туч стал просачиваться призрачный лунный свет. На западе, в этой сизой подсветке, хорошо различалась тёмная рыхлая масса деревьев, среди которых мутной зеленью мерцали аномалии.
Роща с аномалиями не лучшее место для ночных прогулок — поэтому Воробьёв сразу же отказался от попыток туда добраться. Куда безопаснее казались заросли камыша на востоке. Скорее всего за ними находилась суша, а значит и дороги к сталкерским базам.
«Избавиться бы от этого проклятого хомута, - подумал Макс, морщась от боли. - Тогда и глубина нипочём!»
Упругая полоска пластика передавившая запястья, уже располосовала кожу. Воробьёв чувствовал как от каждого движения, она врезается в мякоть всё глубже и глубже.
По прикидкам до камышей было метров сто, но Макс мог и ошибаться причём не в собственную пользу — в полумраке сто метров вполне могли превратиться в двести. Открытое водное пространство пугало непредсказуемостью ведь в случае чего зацепиться за кочку или какой-нибудь островок уже не получится. Тут уж пан или пропал.
Воробьёв отцепился от корневища и осторожно поплыл к шелестящей под ветром массе камыша. Как он и предполагал его ноги дна не касались, какая прорва была под ним одному богу известно и если начнётся паника то уже ничего не поможет. Оставалось только надеяться на удачу да на Космос.
По-собачьи, рассчитывая каждое движение он целенаправленно плыл к ближайшей точке, где тускло поблескивали камышовые стебли. Из них, манящим маяком торчала перекрученная обросшая мхом коряга.
Чтобы сохранить спокойствие, Воробьёв старался ни о чём не думать, только смотрел на эту корягу. Смотрел не отрываясь как на протянутую руку, сосредоточив взгляд на зелёном бархатистом пятне мха.
Рывок, ещё рывок. С трудом вытолкнув тело из воды Макс ухватился за краешек коряги и прирос к ней не в силах оторваться. Прежде чем подтянуться и начать движение в сторону спасительного островка он решил отдохнуть. Это были самые томительные и самые мучительные секунды. Болели запястья, от усталости судорогой свело спину и поясницу, но передышка вернула силы.
Перебирая пальцами, цепляясь за осклизлую рыхлую древесину, он медленно подполз к месту, где по его расчётам начиналось мелководье и нерешительно отпустил руки. Но даже у берега он умудрился хлебнуть гнилой водицы. Глубина приличная, а грязища на удивление вязкая.
Вымазанный с ног до головы, промокший до костей, он выбрался на берег и уткнулся лицом в сырую траву.
Глава 3
1
Чем-то ткнули. Ткнули легко, словно опасаясь разбудить. Макс мгновенно очнулся и буквально похолодел от ужаса, услышав чьё-то сиплое сопение. Он не знал сколько времени провалялся в беспамятстве, но судя по всему уже наступил рассвет. Так и лежал лицом вниз, головой в копне высохшей под летним солнцем травы.
«Дёрнусь, тут мне и конец! - подумал он. - Человек? Животное? Чёрт его разберёт, кого принесло».
- Вроде живой! - донёсся голос.
«Говорит — значит человек!» - Воробьёв робко шевельнулся и застонал. Боль в запястьях мгновенно напомнила о недавнем происшествии.
- Только без фокусов! - предупредил голос. - А то у меня неважно с юмором, могу и пальнуть.
- Не стреляй! Я без оружия! - воскликнул Воробьёв.
Журналист медленно встал на колени и повернул голову. За спиной стоял старик: помятое морщинистое лицо, безобразная борода, внимательные глубоко посаженные глаза. Одет в потрёпанный грязный камуфляж и брезентовый дождевик. Ничего примечательного. А вот в руках у деда был отличный охотничий дробовик. Из такого если пальнёт одно решето останется.
- И зачем через болото попёрся?! - хмыкнул старик. - Вон как изгваздался, хоть в химчистку отдавай.
- Может избавишь от ненавистных оков!? - Макс демонстративно показал связанные руки. - А то совсем затекли...
- Ну, да! Ну, да! Чтобы потом ты своими рученьками мне башку оторвал!?
Дед рассмеялся и неожиданно закинул свой дробовик за спину. Что заставило старикана поверить в миролюбие Макса оставалось только гадать. Может богатый житейский опыт, может уверенность в собственных силах, а может просто стало жалко.
- Предупреждаю! Начнёшь чудить отхватишь по полной! - сказал он. - Я мужик суровый, не люблю когда со мной по-свински поступают.
Он откинул полу дождевика и снял с пояса мачете.
- Давай! Вытягивай свои ручонки!
Макс послушно протянул. Подслеповато щуря глаза, старик секунду приноравливался, а потом довольно лихо полоснул по пластику хомута, заставив журналиста вздрогнуть.
- Не бойся! - усмехнулся дед. - Как правило я редко промахиваюсь
Воробьёв улыбнулся и с облегчением развёл руки по сторонам. Медленно встал с колен и посмотрел на спасителя.
- Спасибо, что не застрелил! - сказал он. - Многократно убеждался, что в этих местах человеколюбие не пользуется особой популярностью.
- Ну, да! Ну, да! Но тебе-то вон как повезло! - отозвался старик. - Хомутик на запястья только нацепили и в болото бросили, счастливо отделался, а бывает-то совсем по-другому.
- Так и было бы по-другому, если б я не внёс в план лиходеев кое-какие изменения.
Замолчали и с интересом уставились друга на друга. Пару секунд изучали, потом дед выпростал руку и дружелюбно представился.
- Я Лукич! «Подай-принеси». Меня в округе все знают. Может слышал?
- Извини! Не слышал! - Макс пожал протянутую руку. - Скажи Лукич, а как далеко отсюда база Стремачей?
- Километра три восточнее. Промахнулся ты маленько, нужно было загребать левее, тогда б и выплыл прямиком к окраине.
- Весёлый ты человек как погляжу, - улыбнулся Макс. - Может проводишь?
- Почему бы нет. Всё равно нужно туда за посылками. Только зайдём
