пшеницы. Одна из корпорации использовала то место в качестве испытательное площадки, чтобы опробовать новые типы семян.
— Генетическая модификация? — припомнил я практику вмешательства в естественное состояние растений в своем мире.
— Да, — нисколько не удивился подобной осведомленности гвардеец. — Они кажется хотели увеличить урожайность, повысить устойчивость к вредителям и улучшить переносимость к засушливым климатам.
— Модифицированные гибриды, — задумчиво проронил я. — Любопытно, но не очень. Корпоранты загоняли местных негров в поля собирать урожай?
Осведомился и поправил стоящий между ногами автомат. Мы не только цепко оглядывались, но и держали оружие под рукой. Компактное, скорострельное, снаряженное усиленными боеприпасами — идеальный вариант для ведения боя в условиях плотной растительности.
Карл покачал головой.
— В том-то и дело что нет. На той экспериментальной ферме полностью использовался автоматизированный подход. Почти ни одного человека. Все делали машины. Беспилотные комбайны, трактора и другая техника управлялись компьютерами. Похоже корпы там испытывали новую сельскохозяйственную модель, полностью независимую от человеческого присутствия. Машины сеяли, ухаживали, обрабатывали пестицидами, а затем убирали урожай в автоматическом режиме. День и ночь, невзирая на время суток.
— Вряд ли корпоранты распространят подобный опыт на другие сельхоз предприятия. Слишком дорого, — с сомнением протянул я помедлил и закрыл планшет. — Ладно, поехали. Хочу взглянуть на этот «административный центр».
Карл кивнул, багги рыкнул мотором и бодро покатил по утоптанной грунтовой дороге. Пару раз нам навстречу попадались крестьяне из местных, в соломенных шляпах, в простой домотканой одежде, они застывали на обочине, настороженным взглядами провожая проезжающую машину, и особенно едущих внутри людей — двоих крепко слаженных незнакомцев в непривычных для местных военных комбезах.
Через несколько минут показался поселок. В центре возвышались четыре здания из грязно-коричневого кирпича, вокруг раскинулись тростниковые хижины с камышовыми крышами. Ничего особенного — типичная туземная деревня.
Кирпичные постройки привлекали внимание простотой формы — каменная коробка покрытая наклонной крышей. Наверху — спутниковая тарелка. Смотрится совершенно сюрреалистично, учитывая тростниковые лачуги вокруг.
У главного здания современные пластиковые окна, вполне приличная дверь и небольшое крыльцо. Видно, что выполняет роль ратуши или мэрии. На импровизированной парковке четырехколесная развалюха, когда-то если и носившая титул автомобиля, то давно и безвозвратно потерявшая свое былое предназначение.
Интересные момент, привлекший внимание — на торце крыши виднелся свисающий кабель, уходящий к панели солнечной батареи.
Хмм… все-таки не полная дикость, какие-то элементы технологий у местных все же имелись.
— К главному зданию? — осведомился Карл, сбрасывая скорость перед въездом на территорию поселка.
Местные жители если и удивились появлению гостей, то не подали вида, продолжая заниматься своими делами. Одеты они были в большинстве, как встреченные на дороге крестьяне.
— Нет, давай вон туда, — я указал на тростниковую хижину, отличающуюся от соседних товарок. Больший размер, растянутый рядом тент, образующий подобие навеса, грубо сколоченные столы и стулья — ошибиться невозможно — местный трактир. Или таверна, или кабак на открытом воздухе. Короче место, где туземцы любят собираться и отдыхать.
Владелец туземной харчевни готовил еду прямо на улице, используя стоявшую рядом с навесом жаровню. Судя по разлетающимся по округе ароматом, жарил что-то мясное, приправленное овощами.
Багги плавно притормозил у обочины. Трактирщик бросил быстрый взгляд, но тут же вернулся к готовке.
Мы с Карлом не торопясь выбрались из машины, демонстративно огляделись и лишь после этого двинулись к тенту, не забыв прихватить из багги автоматы. Впрочем, повесили их в походное положение, чтобы местные не приняли за знак проявления агрессии. Лишний шум пока ни к чему.
— Ола, амигос, — приветствовал нас хозяин трактира, взмахнув рукой.
Карл хмыкнул и ответил небрежным кивком.
— Холодного пива? Горячего эспинада? Уже готовится, — повар указал на жаровню.
Карл с подозрением покосился на скворчащую железную емкость, судя по названию чересчур заправленную жгучими специями и отрицательно мотнул головой.
— Только пиво.
Я тоже не стал рисковать, пробуя шедевры туземной кухни и взял пиво. Две запотевшие бутылки появились из портативного холодильника, спрятанного под досками, выполнявшие роль стола.
— Прошу, сеньоры.
Забавно, несмотря на обращение на латиноамериканский манер, трактирщик выглядел абсолютным представителем местного населения — смуглокожий, с узким разрезом глаз, коренастый, с прямыми и черными, как смоль, волосами. В отличие от прочих деревенских, услужливый трактирщик носил цветастую футболку и шорты. На ногах болтались дешевые шлепанцы из пластика.
Обращение на испанский манер не слишком удивило. В Колониях все так переплелось и перепуталось, что отдельные регионы запросто заимствовали привычки и обычаи из других краев, зачастую весьма отдаленных.
Кстати, говорил на общем туземец вполне прилично, лишь слегка тянул гласные и глотал окончания. Значит все-таки не такая дыра, иначе общение велось бы на местном наречии.
— Как идет торговля? — спросил я, кивнув на основное помещение трактира.
— О-о, очень хорошо, сеньор. Просто отлично.
— Много посетителей?
На секунду мужик замялся, глаза быстро стрельнули в другой конец поселка, противоположный из которого мы прибыли. Только на местных харчевня держаться не могла, значит ее регулярно посещали другие клиенты. Например, проезжая мимо или наведываясь из соседних деревень, поселков или других мест, где есть люди.
— А вы приехали со стороны побережья? — попытался увильнуть трактирщик.
Не заметивший заминки Карл кивнул.
— От старого заброшенного химкомбината.
Туземец затряс головой.
— Плохое место, очень плохое. Кто там ходит потом долго болеет, сеньоры. Не надо вам туда.
Я хмыкнул. Правильно, надышаться токсичной дрянью, а потом удивляются.
— А зачем туда ходят? — поинтересовался я.
Абориген отвел взгляд.
Понятно, разбирали остатки оборудования. А скорее растаскивали, что осталось. Доморощенные добытчики цветного металла и другого плохо приколоченного добра. Не удивлюсь, если выяснится, что даже кирпичи и бетонные блоки оттуда таскали. А то что все это давно пропиталось токсичной дрянью наверняка даже не вспомнили. Точнее вспомнили, но потом. И умирали, от неизвестных болезней.
— Может девочек? У нас есть очаровательные сеньориты, готовые скрасить досуг усталых мужчин, — предложил хозяин таверны.
Его мексиканская манера общения слегка сбивала с толку, учитывая, типично азиатскую внешность. Все равно, если бы белый заговорил на африкаанс, используя специфические обороты, известные только неграм.
— Может позже, — дипломатично ушел я от прямого ответа.
В этот момент Карл вздрогнул и резко развернулся. За пределами поселка послышался тяжелый лязг гусеничной техники. Звук нарастал, пока в конце улицы не показался его источник. Не веря глазам своим, я вытаращился на въезжающий в поселок массивный танк.
Глава 4
Первоначальное удивление
