Иерусалим
* * *
Старинный зал, старинный вальс, —Почти Дворянское собрание.Тогда не мог я знать заранее,Что этот вечер сблизит нас.
Благодарю вас за восторг!Я думал – «Боже мой, откудаЗдесь оказалось это чудо,С лицом, запомнившим Восток?»
И я уже не представлялВас в этом веке, в этом мире:В метро иль в чьей-нибудь квартире.Вам так к лицу был этот зал.
Играла музыка…И вдругПришло предчувствие внезапно.Что все у нас случится завтра —Мои слова и ваш испуг.
1990
* * *
Как тебе сейчас живется?Ты все так же молода?Между нами мили, версты,Километры и года.
Между нами – наша юность.И прощальные полдня…Ты мне грустно улыбнулась,Чтоб поплакать без меня.
Жизнь ушла и воротиласьВещим сном наедине…Оказала ты мне милостьТем, что помнишь обо мне.
Значит, все-таки любила,Потому что в те годаВсе у нас впервые было.Только жаль – не навсегда.
Как тебе теперь живется?Предсказал ли встречу Грин?Повторяются ли весны,Те, что мы не повторим?
1998
* * *
Прощаясь с прошлым,Я прощусь с тобой.Не сожалей, что все уже в минувшем.Из всех друзей твоихЯ не был лучшим.И наш разрыв ты не считай бедой.
Уже давно вступили мы в разлад.Моя душа – как море в час отлива.И прошлых лет – достойных и счастливыхНикто не может нам вернуть назад.
Но я судьбе признателен навекЗа все, что было в этой жизни с нами.И время снимет с душ тяжелый камень.И боль уйдет – как сходит в марте снег.
1994
* * *
Горьких глаз твоих колдовство,Как болезнь, из меня выходит.Возле имени твоегоЧуда в сердце не происходит.
Я прошел твою ворожбуПо своей, не по чьей-то воле.Поменяли мою судьбу,Как кассету в магнитофоне.
Доиграли мы до конца.Перематывать – смысла нету.Тихий свет твоего лицаЛег печалью на ту кассету.
1985
* * *
Была ты женщиной без имени.В твоей загадочной стране —Меж днями алыми и синимиОднажды ты явилась мне.
Я ни о чем тебя не спрашивал.Смотрел, надеялся и ждал.Как будто жизнь твою вчерашнююПо синим отблескам читал.
Ты улыбнулась мне доверчивоИ, не спеша, ушла в закат.И от несбывшегося вечераОстался только влажный взгляд.
1982
* * *
Последний вечерИ последний танец…И мы с тобой при всехНаедине.А новый день нас вместе не застанет.Но мы не говорим об этом дне.
И музыка, и грусть,И нежность с нами.Ты, не стесняясь, обняла меня.И танец наш —Как долгое признанье,Как искра от недавнего огня.
Твои глаза, омытые слезами,Печальны и прекрасны в этот миг.И я пред ними виновато замер.И весь я, —Словно молчаливый крик.
1982
Одиночество
Особенно тоскливы вечера,Когда ты в доме у себя, как пленница.Сегодня так же пусто, как вчера.И завтра вряд ли что-нибудь изменится.
И это одиночество твоеНе временем бы мерить, а бессонницей.То книги, то вязанье, то шитье.А жизнь пройдет – и ничего не вспомнится.
И все-таки однажды он придет.И сбудутся надежды и пророчества.Твои он губы в темноте найдетИ шепотом прогонит одиночество.
1982
Вдова
Женщину с печальными волосамиЦвета декабрьской вьюгиЯ сажаю в веселые саниИ дыханьем ей грею руки.
Женщина —Одиночество вдовье…Но о том я тебя не спрашиваю,Как живется тебе с любовью,Если радость она —Вчерашняя.
Если вся она – безнадежность,Нетерпенье того,Что минуло,Если вся она —Смеха,Взгляда,Голоса милого.Кто был муж твой?Ученый-атомщик?
Или летчик?В то утро раннееОн ушел от тебя еще затемноИ вернулся воспоминанием.
1963
* * *
Уже декабрь…И потомуЗима соскучилась по снегу.Как я соскучился по смехуПо твоему.
Безудержный, искристый,Смех от души!Неистовый и чистый,Снег, поспеши!
Морозами расколота,Земля всё ждет его.И мне, как полю,ХолодноБез смеха твоего.
1966
Аварийное время любви
Твои смуглые руки – на белом руле.Аварийное время сейчас на Земле.Аварийное время – предчувствие сумерек.В ветровое стекло вставлен синий пейзаж.Выбираемся мы из сигналящих сутолок,И дорога за нами – как тесный гараж.
В чей-то город под нами спускается Солнце,Угасает на небе холодный пожар.Аварийное время навстречу несется,Как слепые машины с бельмом вместо фар.От себя убежать мы торопимся вроде.Две тревожных морщинки на гретхенском лбу.На каком-то неведомом нам поворотеПотеряли случайно мы нашу судьбу.
Аварийное время настало для нас.Вот решусь – и в былое тебя унесу я.Ты в азарте летишь на нетронутый наст,И колеса сейчас, как слова, забуксуют.Аварийное время недолгой любви.Всё трудней и опаснее наше движенье.Но не светятся радостью очи твои,Словно кто-то в душе поменял напряженье.
Светофор зажигает свой яростный свет.Подожди, не спеши…Мы помедлим немного.Будет желтый еще.Это да или нет?Пусть ответит дорога…
1977
* * *
Я болен ревностью. Она неизлечима.Я дважды, может, только чудом выжил.И здравый смысл во мне – как голос мима,Который я ни разу не услышал.
О Дездемона, ты повинна в том лишь,Что я – как туча над твоей лазурью.Ты, словно лодка парусная, тонешьВ безбрежном море моего безумья.
Моя болезнь лекарствам не подвластна,Как не подвластна клятвам и речам.Вы наложите мне на душу пластырь —Она кровоточит и саднит по ночам.
Я болен ревностью. И это – как проклятье!Как наказанье или месть врага.Как ты красива в этом белом платье!Как мне понятна ты и дорога!Любимая, ты тоже Дездемона.Перед любовью ты навек чиста.Но для кого ты так оделась модно?Куда твоя стремится красота?
Я болен ревностью.Я в вечном заточенье.О Господи, где твой прощавший перст?Твоя любовь ко мне – мое мученье.Моя любовь к тебе – твой тяжкий крест.
1977
* * *
Опять за темными очкамиЯ не увидел ваших глаз.И недосказанность меж намиНезримо разлучает нас.
А может, вы нарочно прячетеСвои глаза…Не дай-то Бог,Чтоб кто-то их увидеть мог,Когда грустите вы иль плачете.
Но вы словам моим не вняли,Ушли за темные очки.Боясь, —Когда душа в печали, —Чужого взгляда иль руки.
1977
* * *
Я не тебя вначале встретил,А голос твой…Но я не знал.Он не спросил и не ответил.Заворожил и вдруг пропал.
Я не тебя,А смех твой встретил,Похожий на лазурный плеск.Он был и радостен, и светел.Заворожил и вдруг исчез.
И лишь потом тебя я встретил.О, как была ты молода!Но понял я,Что это ветерЗаворожил меня тогда.
1976
* * *
Нас лыжня из леса вывелаВ зимний полдень – белый, робкий,Будто бы нежданно вынулаНас из елочной коробки.
Будто мы проснулись рано,Вдруг разбуженные счастьем.И гадала нам полянаНа своем снегу блестящем.
Эти «нолики» и «крестики»Нам дорогу обещали…Хорошо нам было вместе,Словно жизнь еще вначале.
…На дощечке полудревнейВдруг прочли, потрясены,Мы название деревни,Что была здесь до войны.
1975
Признание друга
Ушла любовь,А мне не верится.Неужто вправду целый векОна была моею пленницей?И вот решилась на побег.
Ушла любовь,Забрав с собою —И грустный смех,И добрый взгляд.В душе так пусто,Как в соборе, —Когда в нем овощи хранят.
1975
Встреча влюбленных
Это чудо, что ты приехал!Выйду к морю – на край Земли,Чтоб глаза твои синим эхомПо моим, голубым, прошли.
Это чудо, что ты приехал!Выйду к Солнцу – в его лучи.Засмеются весенним смехомПрибежавшие к нам ручьи.
Море льдами еще покрыто,Замер в слайде янтарный бег.В чью-то лодочку, как в корыто,Белой пеной набился снег.
Мы идем вдоль волны застывшей,Вдоль замерзших ее обид.И никто, кроме нас, не слышит,Как во льдах синева грустит.
1975
