Я пришел в себя от болезненного удара в бок. В голове звенело так, будто я пробил ей кирпичную стену. Уперевшись руками в землю, я попытался встать на ноги. Меня качнуло, и я сумел только сесть. Перед моими глазами стояли две здоровенные ноги в странной обуви не похожей ни на что, что мне приходилось встречать в жизни. Подняв взгляд вверх, я увидел перед собой широкоплечего двухметрового громилу с длинными волосатыми руками. Рожа этого полузверя получеловека повергла меня в шок. Из-под низкого лба на меня смотрели глаза с вертикальным разрезом зрачков, приплюснутый нос был как у гориллы, верхняя и нижняя челюсть по бульдожьи выдавались вперед, при этом изо рта торчали такие же бульдожьи клыки. Это чудовище что-то ревело мне в лицо. Меня пробило на икоту. Зверюга протянула руку и, взяв за шею, подняла меня на ноги. Из моей груди вырвался затравленный писк. Повиснув на волосатой руке, я обеими ногами изо всех сил ударил в грудь этому чуду природы. Чудо глухо ухнуло и, выпустив мою шею, отступило на шаг назад. Я плюхнулся на землю, вражина снова что-то проревела, и ударила меня ногой в живот. От удара меня вырвало прямо на ноги зверюге. Такой поворот событий взбесил гада еще больше, и удар его огромного кулака буквально накрыл мое лицо. Удары здоровенных ног пинали мое тело как футбольный мяч. Я не знаю, почему я не потерял сознание, но мне удавалось прикрываться руками от ударов в голову и по бокам. Неожиданно избивающий меня громила улетел в сторону, сбитый с ног другим таким же громилой. Мой спаситель, двинул ногой по зубам напавшему на меня мордовороту и, связав его ремнем, подошел ко мне. Приблизившись, он что-то прорычал и дал мне флягу с водой. Я жадно пил холодную воду стараясь погасить огонь, который сжигал изнутри мое тело. Потом мой спаситель жестами приказал мне встать и идти за ним. Я безропотно подчинился и поплелся следом за лошадью, на которую он сел.
Через некоторое время мы подошли к небольшой роще в глубине, которой находился источник, из него в бассейн вытекала вода. Вокруг источника расположился лагерем небольшой караван. Мой спаситель ткнул пальцем в сторону группы существ расположившихся в тени одного из деревьев и что-то прорычал. Я понял, что мне нужно идти туда. Когда я подошел к указанному мне месту то увидел что существа, сидящие под деревом, скованы цепью и рядом с ними стоят два охранника, вооруженных здоровенными топорами. Один из охранников достал из стоящей рядом повозки ошейник с цепью, надел его на меня и пристегнул к общей цепи. Так я стал рабом.
Глава 3. Ингар
Допотопную повозку, в которой помимо меня находилось еще пятеро закованных в цепи рабов, нещадно трясло на неровностях разбитой дороги. Уже прошло два дня с того момента, как я оказался в этом мире. Осознание всего произошедшего, давалось мне с трудом. Только на вторые сутки ко мне вернулась способность хоть как-то анализировать происходящее со мной. Первый день, после перехода в этот мир, я помнил отрывками. Сначала меня избили, после чего посадили на цепь. Потом меня вымыли, вылив на мою голову три ведра холодной воды. Какая-то личность с синей рожей смазала ожоги и ссадины на моем теле вонючей мазью. Один из охранников выдал мне грязные штаны и рубаху. Через некоторое время кто-то сунул в мои руки глиняную миску с едой похожей на перловую кашу сдобренную жиром. Вместо ложки в миске лежала деревянная лопаточка. Попытки съесть кашу поначалу успехом не увенчались. Я не мог просунуть импровизированную ложку в рот. Мои разбитые в кровь губы распухли, и не давали просунуть пишу между ними. Произошедшее полностью лишило меня способности анализировать происходящее, тело работало отдельно от сознания. Тело хотело, есть и руки сами пропихивали, между разбитыми губами ложку с кашей не смотря на обжигающую боль. После еды охранники загнали рабов в две повозки, представлявшие из себя деревянные клетки на колесах, и караван двинулся в путь. Мое сознание вновь отключилось. В памяти осталась только невыносимая жара и боль в избитом теле. Вечером караван остановился возле колодца в каких-то развалинах. Нас выпустили из повозок и опять покормили кашей. Рабы, измотанные жарой и дорожной тряской, улеглись спать на голой земле. Всю ночь мне снились кошмары. Во сне я убегал от ужасных чудовищ и никак не мог убежать. Мир вокруг потерял четкие очертания. Предметы, деревья и живые существа выглядели переливающимися сгустками неяркого огня. На небо, над моей головой, была накинута разноцветная сеть, сквозь редкие ячейки которой мигали яркие звезды. В голове звучал чужой голос, вопрошающий, кто я и как меня зовут. Я пытался проснуться и не мог. Из сна меня выдернули за цепь на ошейнике. Охранник, показавшийся продолжением ночного кошмара, пинками разбудил рабов, после чего погнал нас к колодцу. Возле колодца мы напились воды и кое-как умылись, помогая друг другу. Наш завтрак состоял все из той же каши. После еды караван снова двинулся в путь.
Я сидел на скамье повозки с закрытыми глазами и старался привести в порядок свои чувства и мысли. В моем воспаленном мозгу мелькали картины всего произошедшего за последние сутки. Здесь были и гигантская молния, которая ударила в меня, мордоворот избивающий ногами и цепь с рабским ошейником. Несколько раз, глубоко вздохнув, я стал медленно открывать глаза, в надежде, что все происходящее сон. Передо мной возникло лицо человека внимательно вглядывающегося в мои глаза. Лицо было странным, но человеческим. Человек что-то говорил на незнакомом гортанном языке. Я помотал головой, давая ему понять, что не понимаю его. Человек, по-видимому, понял этот жест и, оперевшись спиной на решетку повозки, перестал мной интересоваться. Я осмотрелся вокруг. В клетке на колесах сидело еще пятеро моих собратьев по несчастью. Выглядели они по-разному, но самый жалкий вид имел я. Человек пытавшийся разговаривать со мной был примерно моего роста и телосложения. Его кожа имела слабый оливковый оттенок. На длинном узком лице выделялся большой горбатый нос похожий на носы древних Майя, с фресок на пирамидах в южной Америке. Глаза были обычными человеческими, только белки глаз голубые. Узкие губы человека не выражали никаких эмоций. Волосы на макушке у него собраны в конский хвост и перевязаны кожаным ремешком. Самыми примечательными в его облике являлись, заостренные кверху уши. Мама дорогая, да это же эльф. Одет он был, в расшитые геометрическим орнаментом, кожаные рубаху и штаны. На ногах эльфа красовались мокасины. Заметив, что я проявляю к нему интерес, человек ткнул себя пальцем в грудь и сказал — Леор. Я в ответ показал пальцем себе на себя и произнес разбитыми губами — Игорь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
