не подать виду. Удалилась молча. Александр бывал резок и не одиножды. За столько лет, она знала его как облупленного. Набрала номер, и решила уточнить, что это за девушка. На сколько возможно, что это происки соперников. Но Захар только подтвердил то, что она уже видела на бумаге. Ее работа напрямую была связана с Боссом. Никому он более так не доверял. И женщина часто работала во благо интересов, даже когда шла наперекор Александру. Была всегда трезвой и адекватной, готовой ко всему, способной принимать исключительно верные решения. И сейчас перестраховывалась, чтобы из-за дури депутата, не пошло под откос всё будущее. Такое долгожданно-выстраданное.
Александр сверлил глазами заветную папку. Нервно постукивая по ней пальцами. Где-то очень глубоко внутри ему было непонятно, почему эта ситуация его держит за горло, не давая вздохнуть. Оглядел свой кабинет, будто искал ответа у кого-то невидимого.
— Почему в тот вечер я просто не поехал домой? Почему нажрался, как последняя скотина. — Подумал он, а вслух произнёс — Мудозвон.
Открыл папку. Набрал номер. Хотя совершенно не знал, что будет говорить. Не знал и что нужно говорить. Ведь после случившегося что бы ты не сказал, и как бы не попытался оправдаться, всё это будет выглядеть жалко и неубедительно. Гудки. И пульс громко заухал. Слабая надежда, что не возьмёт. И появится второй шанс собраться с духом.
— Да. — Раздалось на другом конце. И от неожиданности вдруг задохнулся и чуть не выронил телефон. — Говорите, я слушаю.
— Это Александр. — Наконец, выдавил он из себя. — Привет. — Голос его непривычно прохрипел. — Не бросай трубку.
В этот момент на другом конце города именно это хотела сделать Анна. Ей стало так страшно, и неуютно. На секунду почувствовала себя героиней ужастиков. Палец дрогнул над красной трубкой. Но она так и не отключилась, приложив телефон к уху, нервно покусывала ноготь.
— Не бросай трубку, прошу. Выслушай. Я… Я… — Старался он подобрать слова. — На самом деле мне нечего сказать. Я не знаю, как всё это произошло. Почему… Я… Всё это время думаю только о том, что я сделал. О том, какой я… Мудак. Конченный. Не подумай… хотя, что ты ещё можешь обо мне думать. Аня…
— Зачем Вы мне звоните? — Холодно оборвала она его бессвязную речь. Брови ее сдвинулись, она злилась, хотя говорила очень спокойно. — Для чего? Я не спрашиваю, откуда у Вас мой номер. Ведь для таких как Вы нет границ. Вы всё можете. Вы всё покупаете. Вы всю жизнь делаете только то, что захотите. Зачем Вы мне звоните? Извиниться?! За что, за то, что отымели меня?! Или узнать, пойду ли я в полицию или хуже того, к журналистам и блогерам! Или может Вы хотите уточнить собираюсь ли я Вас шантажировать тем, что случилось??? Что из этого Вас интересует?
— Аня!
— Что Аня?! Имя мое запомнили… удивительно. Будьте спокойны. Я никуда идти не собираюсь. Я живу так, как и всегда. И предпочитаю не вспоминать ни о чем. Вы ехали к шлюхам в тот вечер. Но решили немного сэкономить. Что ж молодец. Ведь у Вас вся жизнь так измеряется. Захотел. Взял. Как Вы мне тогда сказали: что ты кобенешься? Сколько скажешь, я заплачу. Для Вас нет разницы шлюха, я, кто-то ещё. Всё соизмеримо деньгами, где-то больше, где-то меньше. Это как с цветами, которые Вы у меня покупаете. Кому-то простенькие. Кому-то подороже. А кому-то можно и раскошелиться. Я в Вашей иерархии кто? Очередная шлюха. Успокойтесь. Я не пойду ни к кому. Оставьте меня в покое. Не звоните мне больше никогда. Я забыла, я не помню. Ничего не было.
Он услышал короткие гудки. И ещё долго держал телефон у уха.
Анна же положила свой смартфон и громко выдохнула. Потом вытянула губы трубочкой и постаралась переварить всё ею сказанное. Прокручивала в голове всю тираду, думала о том, что можно было сказать это иначе, а вот это лучше было вообще не использовать. С этими мыслями медленно забралась под одеяло. И ещё долго прокручивала всё в голове.
Таким говном мужчина себя за всю жизнь не ощущал. По идее, ну, что она такого сказала… Ведь правда. С её точки зрения особенно. Давно ли он оценивал себя. Давно. Потому что считал, что не нуждается ни в чьей оценке. Он был человеком того уровня, для которого нет границ. Есть деньги, есть друзья, у друзей друзья и знакомые. Целая паутина связей. И нет не разрешаемых задач. Всё просто. Никто не может указывать. Тем более теперь, когда он был практически в паре шагов от должности. Привилегированная жизнь с приставкой VIP.
Анна
Вздрагивала от каждого звонка своего телефона. Ужинали с Сергеем, и он не выдержал и спросил, что стряслось.
— Меня изнасиловали. — Совершенно будничным тоном ответила Аня, не отвлекаясь от пережевывания салата.
Мужчина выронил вилку. И с трудом собрал упавшую челюсть со стола. Глаза его были огромными. Он понимал только то, что охреневает от услышанного.
— И теперь он. Нашёл мой номер и позвонил. Вот и всё.
Только сейчас она внимательно посмотрела на своего друга. Он сидел с белым лицом. В этой рубашке казался особенно нелепо-забавным. Потому что казалось, что она вот-вот пойдёт по швам, и его мышцы полезут изо всех щелей. В гладковыбритой лысине отражался отсвет ламп. Молчание было недолгим, но весьма выразительным.
— Я пошутила. — Улыбнулась девушка, и сама себе поверила. — Успокойся. А то я смотрю дышать перестал. Вдох, выдох. Вдох, выдох. Медленно. Прости, глупая шутка. Всё хорошо, правда.
Сергей отвернулся в сторону, он много подумал тогда, но практически всё было нецензурной бранью. Поднялся. Достал деньги из бумажника, кинул на стол. И не глядя на подругу, пошёл на выход. В голове не укладывалось. Злился, нет. Он пребывал в бешенстве.
— Серёжа! — Крикнула она вслед, соскочив с места.
После чего тихо села на место. Внутри поджилки неприятно съёжились. Противное ощущение. Стало так неожиданно мерзко. Её беспокоил этот звонок. Боялась ли она-нет. Волновалась-безусловно. Стало тревожно. Потому что какое-либо появление депутата в жизни было ею не запланировано. В контексте своей жизни она была слишком жалка, чтобы ей уделяли повторное внимание после произошедшего. Сидела за столиком. Аппетит пропал напрочь. С Серёжей получилось совсем не хорошо. Удивительно, что он мог выдерживать её такой долгий промежуток времени. В этот момент зазвонил телефон. Вздрогнула. И теперь сверлила экран телефона. Пока не высветился пропущенный. И вновь внутри всё сжалось в тугой комок. Мелькнула
