мысль о том, почему она просила разнообразия в жизни… Ведь как всё было стабильненько, ровненько, серенько, а главное без стрессов. Теперь же боялась входящих. Побаивалась ходить на работу. И жутко боялась перспектив такой неожиданной настойчивости депутата.
— Прекратите мне звонить. — Ответила она спустя несколько дней, уже лёжа в тёплой постели.
— Ты не оставляешь мне выбора. Я прошу хотя бы выслушай меня! Это важно! Дай мне второй шанс!
— Второй шанс на что? — Старалась она отвечать как можно более спокойным тоном. — Ответьте же. На что второй шанс? На изнасилование? На то унижение, которому Вы меня подвергли? Что мне уготовано в этот раз? Может быть сразу смертная казнь, ну а что. Вы же готовы платить. Будем играть по принципу всё включено или как? — У неё перехватило дыхание. — Всё чего я прошу, это оставить меня в покое. Вы уже сделали всё, что могли. У меня нет к Вам никаких претензий. Живите спокойно. Бог Вам судья. Главное оставьте меня. Мне жаль. Жаль, что я ошиблась в Вас, хотя до сих пор склонна считать Вас неплохим человеком… Жаль, что так глупо тогда все сложилось. Если хотите, пусть я сама буду во всем виновата! Только отстаньте ради Бога!
После он продолжал звонить. И если она брала трубку разговор всегда складывался подобным образом. Она потом долго прокручивала все фразы в голове, обдумывая, как и что можно было ответить, и почему она этого не сказала.
Ночь через ночь ей всё снился тот странный невесомый мужской образ. Нашла в интернете информацию о местной городской думе. И теперь с интересом читала о достижениях Александра. С фото смотрел представительный мужчина, достаточно плотного телосложения. Лысый, гладковыбритый. Его лицо с правильным носом было запоминающимся. Везде в очках, из чего напрашивался вывод, что носил он их постоянно. Был ли он красив? Она бы ответила нет. В ее представлении он был скорее харизматичен, обаятелен и походил на какого-то актёра. Странным образом он внушал доверие. Такому мужчине хотелось верить. Возможно даже ей хотелось с ним быть, хотя она ни за что бы не призналась себе самой в этом. Он выглядел внушительно, статно и очень дорого. За таких и голосуют, подумала Анна в тот момент, причём с какими бы лозунгами они не выступали. За всеми этими мыслями память выстрелила предательски, гнусно окуная в воспоминания того вечера, в запах алкоголя, мерзкой вседозволенности и его мощной хватки, не оставляющей выбора.
Это был выходной. Анна особенно ненавидела эти дни. Они тянулись бесконечностью. Хотя в свете недавних событий она побаивалась ходить на работу. Боялась однажды увидеть Александра. Это было своеобразным маленьким кошмаром. Звонил телефон, осторожно взглянула на экран. Выдохнула.
— Почему я? — Долго слушав, спросила она. — Обычно этим занимаются их помощницы, секретарши не знаю. Да, большая дата. Да, конечно, я всё понимаю. Вы ведь знаете, что я сделаю все в лучшем виде. Хорошо. Разумеется. Спасибо. Да-да. До встречи. До свиданья.
Философски вздохнула. Но была рада перспективе, что будет занята хоть чем-то часть дня.
Много разных организаций постоянно сотрудничали с салоном цветов. И этот случай был не исключением. Юбилей адвокатской конторы-дело нешуточное. Через пару часов, она уже встретилась с курьерами. Сколько раз она это делала. Казалось, что миллионы. Офисное здание. Переступила порог. Здесь пахло деньгами, первое о чем она подумала. Вокруг лоск, блеск. Чище, чем в хирургическом кабинете. За стеклянными дверями кабинетов, переговорных кипела жизнь. Мужчины в идеальных костюмах. А женщины и девушки, как на подбор, статные, строгие. Здесь не было шума и суеты. Просторный коридор опутывала тишина, было слышно, как тикают настенные часы. Прозрачное стекло не пропускало никаких звуков, отчего происходящее за ним выглядело, как немое кино. Девушка знала куда идти, и что делать. И теперь курьеры-молодые парнишки только успевали подтаскивать букеты и композиции. Она же сама расставляла всё согласно плану в большом зале, огороженном такими же прозрачными стёклами вместо стен. Работу практически закончила, и теперь сверяла с высланным планом. Цветочек к цветочку, букетик к букетику, цветовое сочетание создавало плавный градиент от темного к светлому. Получилось идеально. В такие минуты, испытывала гордость за то, что делала. Фото для отчетности и можно уходить. Тихий коридор. Заметила на темном полу зелёный листок, светящийся ярким пятном в этих стенах. Видимо отвалившийся при транспортировке. Машинально наклонилась за ним, чтобы поднять. Стеклянная дверь открылась не слышно, впуская в коридор шелест разговоров. И ударяя цветочницу прямо в лоб, не давая забыть о собственном прозвище-ходячее недоразумение. Кто кроме неё, мог попасть бы в такую неловко-забавную ситуацию. Было не то, чтобы больно. Ухватилась за лоб, поднимаясь. Мужчина в идеальном костюме слегка придерживал ее за локти и извинялся. Признаться, она и не разбирала, что там говорил. Потому что привыкла сталкиваться с нелепостями.
— Я сама виновата. — Ответила она, убирая руку от лица, намереваясь уйти.
В этот момент в глотке пересохло, девушка забыла, как моргать. Она смотрела огромными глазами в лицо мужчине, чьё легкое карандашное очертание сводило ее с ума ночами. Кровь в голове запульсировала, оглушая. Ноги в один момент стали ватными. Этот незнакомец будто имел над ней какую-то неведомую власть. Эти секунды были вечностью. Опомнившись, понимая, что краска заливает лицо, она бросилась прочь, даже не помня, что сказала на прощанье. Выскочила на улицу, закружилась голова, а сердце заходилось, как после марафонской пробежки. Казалось, что ещё секунда и лишится чувств. Жизнь была весьма коварной, и нанесла удар под дых столь неожиданно, что Анна никак не могла прийти в себя. Это был Он. Только в этом она не сомневалась. Невесомый туман окутал голову. Она шла пешком по тротуару еле волоча ноги, а губы так предательски расплывались в тупой, ничего не значащей, но такой счастливой улыбке. Мир разверзся под ней. Земля ушла из-под ног. Но всё это не имело никакого значения. Лишь его лицо. Этот день надолго врежется в её память. Лёжа в своей постели, так и не сможет заснуть. Воспоминания от едва уловимого прикосновения его рук в тот момент, когда он хотел ей помочь… будоражат память. И по телу разливается мягкое, нежное тепло. Старалась образумить себя, поставить на место. Перед глазами теперь четкий образ настоящего человека, а не мимолётное видение. Стройный, высокий мужчина. Шатен с аккуратной шевелюрой. Густые брови. Щетина, плавно переходящая в ухоженную бороду, что-то среднее между ними. Темно-карие пронзительные глаза. Взгляд, приковывающий к месту. Тонкая линия губ и выразительный нос. В ее голове, в
