— Вы ведете себя как невоспитанная девчонка! — наконец бросил Роберт.
Сабрина густо покраснела и вздернула подбородок:
— Это было простое дурачество, кузен. И не более того. Разве вы не знаете, что дурашливое поведение считается модным в кругу светских дам?
— Модным — среди проституток! В этом я не сомневаюсь! Ни одна приличная дама не станет следовать подобной моде! А чей на вас костюм? У кого вы его выклянчили?
Сабрина задохнулась от негодования. Однако она понимала, что если кузен внимательно присмотрится к ее камзолу, то сразу же увидит на внутренней стороне воротничка гребешок — фамильный герб леди Лавлейс. Поэтому поспешно сказала:
— Ни у кого я его не клянчила. Просто украла у прачки. Макдоннел вновь часто замигал и прошипел:
— Я требую, чтобы вы назвали имя человека, который склонил вас к этому безобразному поступку.
Сабрина демонстративно пожала плечами и запахнула плащ.
— Предать своего друга? — дерзко сказала она. — Вы считаете, что это по-христиански?
— Прекратите богохульствовать! — повысил голос Роберт, играя желваками, и вскочил с кресла. — Вы себя обесчестили и опозорили!
Сабрина поднесла маленькую ладошку ко рту, чтобы скрыть икоту. Она подумала, что все волнения и страхи были напрасными, если кузен вызвал ее только для этого разговора.
Роберт поднял руку и ткнул в ее сторону пальцем:
— Вы, верно, знаете, где бы сейчас находились, если в свое время не получили бы права именоваться знатной дамой?
Сабрина поняла, что кузен ждет от нее раскаяния. Что ж, если так, то он его получит! Пиво, которое недавно заставляло ее веселиться, теперь неудержимо рвалось наружу. В таком состоянии Сабрина могла согласиться на что угодно, лишь бы поскорее закончить разговор.
Она опустила голову и, прикрыв густыми ресницами глаза, которые могли выдать ее неискренность, покорно сказала:
— Простите меня, кузен. Я клянусь, что никогда больше не сделаю подобной глупости. — Сабрина повернулась к стоящей у двери миссис Варней: — Будьте любезны, попросите служанку принести кувшин горячей воды. Я хотела бы умыться перед уходом.
— Мне кажется, разговор не закончен, мисс, — резко ответила экономка.
Сабрина удивленно приподняла бровь и повернулась к кузену:
— Вы ждете от меня еще чего-то? Но, простите, после сегодняшнего вечера у меня голова словно в тумане. Поверьте, лучше продолжить беседу завтра утром. Тогда она, возможно, окажется более содержательной.
Роберт угадал фальшь в ее словах и пришел в ярость.
— Бог покарает вас, бесстыдница! — воскликнул он.
Он упал в кресло и несколько мгновений сидел молча. Потом сказал:
— Во многих церковных проповедях, которые мне довелось слушать, говорилось о том, что дьявол часто скрывает разврат и безнравственность под личиной привлекательности, дабы таким образом соблазнить добродетель. Я вынужден сделать вывод, что он использовал и вас для достижения своей главной цели — совращения невинных душ. Не удивлюсь даже, если вы заключили союз с этим великим грешником и обманщиком.
Сабрина почувствовала себя глубоко уязвленной. В ее глазах вспыхнуло самое настоящее бешенство.
— Вы бы не осмелились сказать такое, будь я мужчиной! — воскликнула она.
Макдоннел впился пальцами в ручки кресла:
— Ха! Однако хочу напомнить вам, что надеть штаны — еще не значит стать мужчиной!
Ярость, молотком стучавшая в висках Сабрины, удвоилась. Этой ночью ей довелось увидеть человека, показавшего, на что способен настоящий мужчина. Кто-кто, а уж он-то быстро расправился бы с ее кузеном! И Сабрина мгновенно представила себе опекуна, стоящего на коленях перед виконтом Дарлингтоном и униженно просящего прощения.
— … сразу же выйти замуж за человека с сердцем более твердым, чем мое, и более решительного!
Сабрина повертела головой, стараясь понять слова Роберта, половину которых она не слышала.
— Что вы имеете в виду? — переспросила девушка, взглянув на двоюродного брата.
Тот сидел перед ней в кресле все с тем же выражением негодования и брезгливости на лице.
— То, что я больше не считаю себя ответственным за спасение вашей души и потому не имею права наказывать вас за проступки и непомерную гордость. Завтра же я дам согласие лорду Меррипейсу, просившему вашей руки.
Сабрину словно окатили ледяной водой из ведра.
— Что?! Выйти замуж за этого старого распутника?! Да он же втрое старше меня! А из его слюнявого рта пахнет вонючим табаком. Я никогда не выйду за него!
— У вас нет выбора.
На лице Сабрины появилась надменная улыбка.
— Если вы только попробуете заставить меня выйти замуж за Меррипейса, я сама в красках распишу этому гнусному слизняку, что ожидает его в брачную ночь! И будьте уверены, после этого он никогда больше не захочет просить моей руки! Интересно, кузен, как вы тогда поступите со мной? Ведь насколько я понимаю, такой поворот событий не очень-то вписывается в ваши планы!
Макдоннел резко поднялся с кресла и подошел вплотную к кузине.
— Вы смеете мне угрожать?
Сабрина колебалась. Одно время она подозревала, хотя и не могла этого доказать, что ее кузен был в сговоре с теми, кто плел интриги за спиной сэра Роберта Уолпола. И, несмотря на то, что дворцовые тайны и заговоры никогда Сабрину не интересовали, сейчас она готова была воспользоваться чем угодно, лишь бы избежать участи, уготованной ей кузеном.
— Я очень хорошо знаю, кузен, — сказала она, прямо глядя в глаза Макдоннелу, — что вы поддерживаете сэра Джона Барнарда в его нападках на преданного слугу короля Уолпола за его недостаточную активность в ведении войны против Испании. Я слышала также, что вы и те люди, которые встречаются здесь под покровом ночи, осуждают подписание королем договора, направленного на примирение с Францией и Испанией, поскольку считают этот шаг его величества проявлением малодушия во внешней политике.
Поняв по частому миганию глаз Роберта, что попала в точку, Сабрина окончательно осмелела и сделала шаг вперед:
— Если вы станете принуждать меня к этому браку, кузен, я использую все свои знакомства в аристократическом мире и друзей в высших кругах Лондона, чтобы найти предлог для аудиенции у короля, и открою его величеству всю правду о тех интригах, которые вы со своими сообщниками затеваете против него!
Удар был молниеносным, как укус змеи. Сабрина не успела поднять руку, чтобы защититься. Ладонь Макдоннела со всего размаха хлестнула ее по щеке. Это было так неожиданно, что Сабрина отлетела на шаг, потеряла равновесие и упала на пол.
— Потаскуха! — заорал Роберт. — Чертова кукла! Это у тебя не пройдет!
