пытались сбить цену (это при том, что я итак ценник повесил в две трети реальной стоимости). Другие — уламывали меня приехать к ним, чтобы поучаствовать в онлайн-аукционе. Разумеется, и те, и другие были посланы далеко и надолго, в довольно грубой форме.
Через букинг на новый номер и «левые» ФИО я забронировал номер в одной из рязанских мини-гостиниц. Выбор много времени не занял, я ориентировался всего на два параметра: цену, и наличие вайфая. И когда я заезжал на гостиничную парковку, пошли первые звонки от настоящих покупателей.
Сначала позвонил какой-то парень. Молодой, судя по голосу — возможно, даже моложе меня. Слезно просил дать отсрочку в неделю, и был готов внести залог — четверть суммы. Учитывая ситуацию, пришлось отказать. Парень расстроился, хотя, не исключено, что он избежал серьезных неприятностей. Я отдавал себе отчет в том, что все, с кем я буду встречаться в ближайшее время, так или иначе будут подвергнуты допросам. Следующим был мужик. Начал разговор издалека, спрашивал, как мое впечатление о модели, какие было проблемы с эксплуатацией. Теряя терпение, я, однако же, все подробно рассказывал, стараясь не терять дружелюбие. Потом он осторожно поинтересовался причиной срочной продажи по такой низкой цене. Пришлось рассказать заранее придуманную легенду про болеющих ковидом родителей, которым нужны особые условия ухода и лечения. Причем условия эти можно было найти только в платной клинике, и то — если внести задаток наличными сегодня. Судя по всему, легенда сработала. Мужик выразил готовность немедленно приехать для осмотра авто и оформления документов на месте, если его все устроит. Легенду такую я тоже придумал неспроста, а для успокоения собственной совести. Если мужик не предложит чуть больше денег, а то и начнет торговаться помаленьку — значит, готов хорошо так нажиться на чужой беде. Такого подставлять под допрос не очень жалко.
Быстро перетащив свои нехитрые пожитки в номер, я вернулся к машине, и прицепил номера на новые пластиковые хомуты, небольшой запас которых хранился в багажнике. В последний момент сообразил, что чуть не забыл вытащить находку из тайника. Очень аккуратно, с опаской поглядывая на камеру наблюдения, висящую у входа в мини-отель, достал кобуру, и спрятал ее под курткой. После этого вернулся в номер.
Компания приехала на черной «семерке» БМВ. С водительского места вышел, я так понял, старший — тот, кто говорил со мной по телефону. Мужик под полтинник возрастом, с животиком, но все еще крепкий: видно многолетнюю работу над физухой. Стрижен коротко. Не исключено, что кто-то из нашей десантуры или спецназа. С ним приехало еще двое мордоворотов: здоровые, но, на мой взгляд, излишне массивные, чтобы эффективно биться. У обоих по кобуре подмышкой. Я пожалел, что рискнул оставить найденный ствол в номере. Может статься, сейчас будут прессовать и разводить.
— Павел Сергеевич, — представился старший, когда подошел ко мне и протянул руку.
— Гриша, — ответил я, отвечая на крепкое сухое рукопожатие.
— Приятно, Гриша, — кивнул мужик, — я тут со специалистами. Они взглянут на твоего коня, если ты не против, конечно. Парень ты, вроде, нормальный — но время сейчас такое. Сам понимаешь.
— Понимаю, — кивнул я, — пускай смотрят, — я разблокировал «Кашкай» с ключа. Двое молча двинулись к машине.
— Смотри какое дело, — старший подошел ко мне, и встал рядом, наблюдая за действиями подручных, — раз с родителями у тебя беда, торговаться я не буду. Но только если состояние машины точно такое, какое ты описал. Если будут косяки серьезные — я ее просто не возьму. Возиться не хочется.
— Договорились, — кивнул я, стараясь держаться спокойно и уверенно.
Через минуту один из мордоворотов подошел, и доложил старшему.
— Визуально порядок, — сказал он, — днище, подвеска, защита картера, все норм. Жидкости не текут.
— Лады. Ребят, вин по базе пробейте, — ответил старший подручному, после чего обратился ко мне: — ну что же, надо бы на ходу посмотреть.
— Можно, — кивнул я, — кто-то один со мной на пассажирском сиденье.
— Что же, порулить не пустишь, значит? — мужик нахмурился.
— Могу и пустить, — я пожал плечами с деланым равнодушием, — залог только оставьте. Оговоренную стоимость.
Старший усмехнулся, потом жестом подозвал второго мордоворота.
— Саш, принеси деньги, — сказал он.
Саша молча кивнул, и направился к «Бэхе».
Внутренне я был готов к худшему. Обычно в гангстерских фильмах в этот момент один из бандитов достает ствол, и начинается грабеж. Ну, или смертоубийство. Проклиная себя за легкомыслие, я внутренне напружился, готовый в любой момент схватить «шефа», чтобы использовать его, как живой щит. Конечно, была еще камера на гостинице, но я не питал насчет нее особых иллюзий. Если что пойдет не так — все записи мгновенно исчезнут. Персоналу ведь тоже хочется жить.
«Саша» принес черный пакет, и протянул мне. Внутри оказались аккуратно уложенные стопками и затянутые канцелярскими резинками купюры. Я достал одну пачку, извлек купюру, проверил ее на свет. По ощущениям деньги были самыми настоящими. Я кивнул, и молча протянул ключ от машины старшему. Тот подошел к машине, устроился за рулем, тронулся и сделал круг по площадке перед отелем.
— Ну, похоже, и правда все в порядке, — старший вылез из-за руля, заглушил машину, и подошел ко мне, — состояние хорошее. Вин чистый. Я бы и дороже купил — но ты сам цену назначил. Родителей твоих жаль, здоровья им, но бизнес есть бизнес. Мне как раз младшему тачка нужна была, а новую покупать не хочу. Все равно разобьет, шалопай. Права только получил. В общем, бланки договора мои ребята уже заполнили. Расписываемся и расходимся.
Как бы то ни было, все прошло удивительно гладко. Так я остался без машины, зато при деньгах.
4
Я вернулся в номер, и тут же начал раздеваться. Нестерпимо хотелось в душ; казалось, вся одежда провоняла заскорузлым потом и страхом. Все-таки я здорово перенервничал. Наверно, поэтому совершил непростительную глупость: нажал клавишу приема, когда услышал звонок с незнакомого номера на телефон.
Пока родители находились под условным контролем моих врагов — я ни в коем случае не должен был выходить на связь; пока я недоступен для связи — с ними точно ничего не сделают, они полезны живыми и невредимыми, как наживка. А мне не могут выдвинуть никаких требований. Я бы на их месте точно строил расчёт на то, что рано или поздно я не выдержу, и попытаюсь узнать, как у них дела. А вот тогда уже можно развернуться по полной.
Осознав свою ошибку, я попытался сбросить вызов, но экран как назло приглючило, и бегунок не сдвигался на сброс.
