небольшое болото, я присела на бревно и сказала парням сесть рядом. Я дала каждому по яблоку и сказала, что если им захочется пить, то для этого есть ближайший ручей.
– Я не буду пить эту гадость, – пробормотал один из ребят.
– А там, куда мы идем, есть «Макдоналдс»? – спросил другой.
Я показала им, как складывать руки чашечкой, чтобы пить свежую прохладную воду, и добавила, что мы не пойдем дальше, пока каждый из них не попробует. Один за другим они робко опускались на колени подле ручья и набирали воду в плотно прижатые друг к другу ладони. Я внимательно наблюдала за каждым из них: новые для них действия становились все увереннее. Затем я услышала, как они начали разговаривать друг с другом и даже смеяться, чего я почти не замечала за ними раньше. Я продолжила говорить с ними о лесе, оленях, опоссумах, птицах, а также о том, что лес является источником жизненной силы нашей планеты. Они слушали.
Спустя еще три часа неторопливой прогулки мы подошли к хижине, расположенной в лесу неподалеку от пляжа. Я показала им сортир, с которым кое-кто из них уже был хорошо знаком. Я распределила спальные места, а потом мы собрали дрова для костра. Они всюду следовали за мной, потихоньку набираясь уверенности, чтобы самостоятельно отыскать более крупные куски дерева и с особой гордостью потом отнести их к будущему костру.
На обед я сделала бутерброды, и мы сидели на пляже под солнышком. «Можешь снять ботинки и походить босиком», – предложила я одному из них. Сама я уже была босиком и чувствовала тепло речных камней, связывающих меня с землей. Все парни сняли обувь, обнажив ряд бледных ног с мягкими ступнями.
Я говорила о книге Ричарда Баха «Чайка по имени Джонатан Ливингстон». Перед выездом из Инверкаргилла я прочитала им фрагменты этой повести.
– Помните, как Джонатан преодолел свой страх? – спросила я. – Он чувствовал себя живым, трепетал от восторга и гордости, что приручил страх. Я понимаю, что для всех вас все это в новинку, но вы тоже можете научиться летать. Не в небе, но здесь, прямо здесь! Вы сами, именно вы устанавливаете для себя ограничения, никто другой. Идите и исследуйте, но только просьба оставаться в пределах видимости озера. В них можете двигаться куда хотите, ведь я верю, что вы вернетесь.
Они посмотрели на меня, но никто не сдвинулся с места.
– Здесь вам ничто не причинит вреда, просто оставайтесь на берегу озера. Я знаю, что каждый из вас сможет выжить на улице, поэтому не сомневаюсь, что и тут научитесь.
Трое скинхедов первыми покинули наш лагерь, осторожно пройдя босиком по камням, и даже ноги намочили. Я слышала смех и наблюдала, как все они постепенно набирались смелости, чтобы перейти небольшую речку.
Я надеялась, что хижина полностью останется в нашем распоряжении, но не повезло. Пришел местный подросток, которого я хорошо знала. Он был одет в лесную одежду и тяжелые сапоги, с рюкзаком за спиной и ножом на поясе. Он бросил свое снаряжение на одну из коек, а затем спустился ко мне, на пляж.
– Рут, что вы здесь делаете? Чьи это спальные мешки?
Я сказала ему, что мы небольшой группой пошли в поход на две ночи, но никаких деталей не выдала. Он вернулся в хижину и разжег небольшую дровяную печь, чтобы там стало тепло.
Все мальчики вернулись, и я уже видела, как двое из них прикипели к лесу и к природе. Слово «бушмен» уже произносилось с почтением, никто не матерился, не повышал голос и не мерился тестостероном с другими.
Тем вечером, когда мы готовили еду на небольшой дровяной печи, местный посетитель решил продемонстрировать свои знания и умения, которые только в дикой природе и помогают, открыв банку бобов своим большим ножом с зазубринами. Он проткнул банку ударом с чрезмерным усилием, глядя при этом на ребят, чтобы убедиться, что те за ним наблюдают. И они наблюдали, но не были настолько впечатлены, насколько он на то рассчитывал.
Кейси, который неоднократно успешно защищал себя с помощью ножа, подошел к нему и рассмеялся.
– Это не настоящий нож, – сказал он. – Это отстой. Приезжай в Инверкаргилл, я покажу тебе настоящий нож и научу им пользоваться!
Местный парень замер, широко раскрыв глаза: на его лице мелькнула вспышка страха. Мне было немного жаль его, ведь он собрал свое снаряжение и ушел в безопасное место: в хижину Бэк-Вэлли, в часе ходьбы от нас.
Спустя три дня и две ночи мы выдвинулись обратно в Манапоури. Теперь мы шли легко, с высоко поднятыми головами. Ребята освоили базовые навыки жизни в лесу. Они были рады вернуться к тому, что им было хорошо знакомо, но при этом ясно дали понять, что и о дикой природе хотят узнать больше. Это была победа! Я читала им последние страницы «Чайки по имени Джонатан Ливингстон», поскольку они покинули городскую среду и испытали нечто совершенно новое.
«Труднее всего убедить птицу в том, что она свободна», – говорил Джонатан Флетчеру. Самым трудным для меня было убедить этих ребят, что они тоже могут быть свободными. Свободными от банд, свободными от насилия, свободными быть теми, кем они хотят. Им нужно было лишь по-настоящему этого захотеть.
Хунза присоединился к нам в Манапоури, и он был рад этому. Он слушал болтовню мальчишек, питался их вниманием, возвращался в их жизнь.
Нельсон из книжного магазина Page & Blackmore
Нельсон
Войдя в книжный магазин Page & Blackmore на Трафальгар-стрит в городе Нельсоне, я тотчас же оказалась в раю. Стопки книг, заполненные книгами стеллажи, коробки с книгами на полу, множество красивых карточек, писчей бумаги и закладок… Если вы книголюб, то книжный магазин – это ваше место силы, вы там отдыхаете и находитесь на седьмом небе.
Меня подошла поприветствовать владелица магазина, Джо: я договорилась об автограф-сессии в ее магазине. Хоть мы обе и были в масках из-за COVID-19, я смогла по теплоте ее глаз понять, что мы подружимся. Затем Джо будто между прочим сказала:
– Я схожу за Нельсоном.
Собака! Я, значит, пишу книгу о собаках книжного магазина, а у Джо есть и книжный магазин, и собака!
Ко мне вышла венгерская выжла: породу я сразу узнала, поскольку встречала такую собаку раньше. Ухоженный, величественный, самодовольный пес предлагал мне своего мягкого игрушечного кролика.
Нельсон сел передо мной и посмотрел на меня глазами, полными ожидания.
