– Хорошо, – сказал Клейтон. Он поднялся, рассчитался с официантом и добавил: – Я получил огромное удовольствие от встречи с тобой. Спасибо. Твоя помощь мне очень нужна.
Виктория, улыбаясь, складывала бумаги в сумочку. Она очень хорошо знала, что значит ее помощь.
Глава III
Забывать о работе было не в правилах Клейтона. Как только он надел докторский халат, то вспомнил, что приемная полна пациентов. Они встретили доктора довольно неприветливо: Клейтон, увлекшись разговором с Викторией, опоздал на двенадцать минут. Агнесса, его ассистентка, сердито посмотрела на шефа, но ничего не сказала. Клейтон должен был компенсировать упущенное время – вопрос был в том, как это лучше сделать. После приема он собирался заняться научной работой, навестить на дому одну пациентку и, наконец, встретиться с Элизабет. Но тут он поймал себя на мысли, что было бы хорошо снова увидеть Викторию. Причем Клейтон думал не о том, что связывало их, не об окружении Виктории. Он подумал о пенсионном фонде, который она пыталась создать. Это была не совсем обычная идея, идея достойная ее. Виктория понимала бедственное положение многих работающих женщин и хотела помочь им.
Это было несколько странное желание для человека, занимающегося бизнесом, а тем более для привлекательной женщины, красота которой бросалась в глаза, несмотря на старомодную одежду. Казалось невероятным, что ей удалось открыть свое дело, к тому же пользующееся успехом. Удивительным было и то, что успех не изменил Викторию и она оставалась такой же простой и целомудренной, как и раньше. Клейтон вспомнил, что она заинтересовалась его работой. На ланче Виктория расспрашивала его о карьере, о практике об отношении к пациентам. Причем она интересовалась не из вежливого любопытства, а искренне, и он отвечал на ее вопросы тоже исчерпывающе и честно, как мог, получая радость от такого общения.
Клейтон вдруг понял, что заново открывает Викторию. Сейчас она была уже не странноватой школьницей, а очень привлекательной женщиной.
“Господи! Что со мной? ” – думал он. В школе они были друзьями, и сейчас Клейтон ощутил, как сильно он скучал по ней все это время. Ему остро захотелось еще раз встретиться с ней, поговорить, рассказать о своей жизни. Элизабет никогда не смогла бы вытерпеть его разговора о медицине или о крови… Тут Клейтон почувствовал свою неискренность и отогнал эту мысль. Элизабет, как и многие женщины, была очень щепетильной, и если она чувствовала неловкость в некоторых деликатных вопросах, то это только подчеркивало ее женственность. Виктория была совершенно другим человеком и не считала, что те или иные вопросы нельзя обсуждать. Надо представить ее Элизабет, и они станут друзьями. Элизабет это понравилось бы, а Виктории очень помогло. Довольный своим решением, Клейтон пригласил первого пациента. Иногда наступали минуты, когда он с удовольствием отвлекался от работы (хотя это было не в его правилах), и сейчас был как раз такой момент. В памяти всплыли строки из поэмы сочиненной Викторией, строки о прекрасных глазах любимой, о сладостном ощущении полноты жизни, о предвкушении долгожданной встречи.
Виктория испытала странное чувство, когда прочитала свое произведение вслух. Догадается ли Клейтон, что эти самые слова она мечтала услышать от него? Краска заливала лицо Виктории когда она передавала выполненный заказ Клейто ну Он посмотрел на нее с признательностью.
– Это чудесно. Как мне тебя благодарить?
Виктория смогла только отвести взгляд:
– Не стоит благодарности. Для меня это средство зарабатывать на жизнь.
– Я знаю, но все равно это прекрасно, не отступал Клейтон. – Я думаю, это самая лучшая вещь, которую я когда-либо читал. Я никогда и мечтать не мог написать что-либо подобное. У тебя фантастические способности. Я всегда восхищался ими. – Клейтон нежно улыбнулся Виктории. – Я уверен, Элизабет это очень понравится.
– Мне надо идти – Виктория надела пальто. Она желала как можно быстрее убежать куда-нибудь из его кабинета. Она чувствовала себя раздетой и выставленной напоказ, ее чувства уже были превращены в товар и теперь должны были перейти в деньги. Боль опустошения становилась невыносимой.
– Перед тем, как ты уйдешь, мне надо кое-что тебе сказать, – Клейтон остановил ее уже у двери, беря за руку. – Сегодня у Элизабет будет небольшой прием для нескольких друзей. И я бы был несказанно рад, если б ты пришла. Я уверен что и Элизабет будет довольна.
Виктория с удивлением посмотрела на Клейтона.
– Меня? Ты приглашаешь меня?
– Конечно, – он усмехнулся. – Здесь нет ничего такого. Там будет моя сестра – ты помнишь ее по школе – и кое-кто еще. Обещай, что придешь.
Это было соблазнительно: провести хоть немного времени рядом с ним, но Виктория прекрасно понимала, в чем было дело Без сомнения, Клей тон приглашал ее только из чувства благодарности. Он, конечно же, не собирался ее представить Элизабет как кого-то из своих друзей. Виктории стало не по себе.
– Я… я не могу, – с трудом произнесла Вик тория и повернулась к двери – Извини, но я не могу.
Клейтон стоял у дверей, на его лице сияла неотразимая улыбка.
– Почему ты не хочешь придти? Ведь, насколько я знаю, у тебя нет других встреч в этот вечер. Если у тебя проблемы с транспортом, то я бы мог прислать за тобой экипаж.
– Нет, – она лихорадочно придумывала ответ. – Я все объясню тебе. Видишь ли, мне кажется, нам не стоит продолжать наши встречи. Я написала для тебя письмо, сделаю поздравление к Дню Святого Валентина, – и, наверное, на этом следует остановиться.
Виктория нашла в себе силы сказать эти горькие для нее слова. Она видела огорчение на его лице, но самой ей было еще тяжелее. Она понимала, что должна вырваться из этого заколдованного круга. Не в ее силах было составлять любовные письма к Элизабет, как бы она ни хотела помочь Клейтону. Викторию мучило и то, что она страшно боялась показать свои настоящие чувства к Клейтону, что он проникнет в ее тайну. Это и на самом деле могло положить конец их отношениям.
– Извини, я сказал что-то оскорбительное для тебя?
Он выглядел таким расстроенным, что Виктория поспешила все объяснить.
– Нет, совсем нет. Просто я недостаточно знаю Элизабет, – она ухватилась за эту нить и быстро договорила. – Прошло столько лет с тех пор, как я видела Элизабет в последний раз. Я действительно слабо представляю себе, какая она сейчас, о чем она думает. Очень трудно писать стихи, которые бы запали в душу человека, когда ты вообще не имеешь о нем понятия.
Клейтон все еще улыбался и не отпускал ее руку:
– Это лишний раз доказывает, что тебе надо приехать. Я не смирюсь с твоим отказом, – добавил он, заметив на ее лице выражение протеста. – Это даст тебе возможность по-настоящему узнать Элизабет и установить с ней дружеские отношения. Ты помнишь ее по школе. В этот раз ты узнаешь ее как друга. Дело вовсе не в том, что это облегчит тебе работу, Элизабет вообще может помочь тебе. Она всех знает и может рекомендовать тебя в обществе. Виктория! Я хочу, чтобы ты была счастлива. Скажи, что ты все-таки сделаешь это для меня.
