Мэри согласно кивнула, и Виктория последовала за Элизабет к собравшимся. С каждым шагом она чувствовала себя все более испуганной при виде женщин в прелестных платьях и мужчин в прекрасно сшитых костюмах. Клейтон стоял около камина и, наклонив голову, слушал женщину, сидящую на пухлой софе. Он подарил подошедшим ослепительную улыбку, а потом одобрительно посмотрел на Элизабет, поддерживающую Викторию под руку.
В это время группа старых женщин прекратила разговор, и Виктория почувствовала на себе их оценивающие взгляды. Ей захотелось убежать домой, к тете Эстер и ее ежевичному вину, к тете Эмме с ее стучащей по полу тростью. Она желала оказаться где угодно, но только не здесь, в обществе, к которому она не принадлежала. Как она могла согласиться и приехать на этот вечер? Все, конечно же, из-за Клейтона. Но разве может он ей помочь?
– Марта Брукс, Винифред Биодлл, Эмилия Дрексел, это Виктория Викершем. – Элизабет грациозно улыбнулась и подвела Викторию ближе к дамам. – Вы слышали о поздравлениях Викершем? Виктория их изготовитель, – произнесла она.
Женщины открыли от изумления рты. Элизабет вдруг обратила внимание на мужчину и женщину у входа.
– О, да это Ратледжи. Мне надо с ними поговорить. Я вернусь скоро.
Она удалилась, оставив Викторию наедине с дамами.
– Так Вы и есть владелица предприятия Викершем? – спросила Эмилия, не скрывая удивления.
Виктория с робостью ответила:
– Да. Я делаю…
– Зачем лишние слова, моя дорогая? Все прекрасно знают, чем Вы занимаетесь и что такое поздравление от Викершем. – Лицо Эмилии слегка покрылось краской. Она повернулась к другим женщинам и поделилась приятным воспоминанием: – Вы помните ту милую открытку с изображением ириса, которую я получила от Джонатана в прошлом году? Несомненно, это была открытка от Викершем.
Женщины подступили ближе, в их глазах горело чувство любопытства и желание познакомиться с обладательницей такой известной фамилии.
– Так это вы делаете? – спросила Марта с волнением в голосе. – Те знаменитые стихотворения – вы их сама пишете? И где вы находите такие чудесные кружева?
– А духи? – Винифред вздохнула. – У меня в прошлом году на открытке была лилия, а в позапрошлом – розы.
– У меня были ландыши и гелиотроп, – счастливо сказала Эмилия. Она посмотрела на Викторию с уважением. – Уже сама мысль, что кто-то такой же молодой, как вы, может начать этот бизнес, достойна уважения. Я говорила мужу, что женщины так же способны в этом отношении, как и мужчины, и я, на конец, докажу свою правоту.
Все сразу же принялись говорить о Виктории, и она едва сдерживала искреннее удивление. Высший свет принял ее, все с удовольствием болтали с ней и расспрашивали о делах. Когда Виктория рассказывала о процессе изготовления поздравлений, то чувствовала к себе неподдельный интерес. Это было невероятно, но на лице Мэри, вновь подошедшей к ней, она прочитала то же изумление.
– Представляете, Мэри! Она Викершем – та самая женщина, которая делает знаменитые поздравления, – говорили ей.
– Конечно, – улыбнулась Мэри. – Виктория старый друг нашей семьи.
– Вы непременно должны приехать ко мне в воскресенье на завтрак, Виктория, – сказала Марта обрадованно. – Мэри тоже придет, все будут в восторге от знакомства с Вами. Только обещайте, что именно я представлю своим гостям Викторию Викершем.
– Буду счастлива видеть Вас у себя в пятницу вечером, – сказала Эмилия, явно недовольная тем, что ее опередила Марта. – По окончании приема мы поедем в театр.
Виктория все еще не могла поверить в свой успех. Она призналась в этом Мэри, когда та увела ее от шумной компании, предложив чашку чая и пирожные.
– Почему ты так удивлена? – спросила сестра Клейтона. – Клейтон умеет выбирать друзей. Я только не понимаю, почему ты не поддерживала с ним связи все это время. С тех пор, как брат побывал у тебя, он говорит только о тебе.
Виктория чуть не поперхнулась:
– На самом деле?
– Да, – ответила Мэри. – Я так рада, что Клейтон нашел немного времени для себя. Он настолько поглощен своей работой, у него такое доброе сердце, что он занят весь день. А с тех пор, как Клейтон начал ухаживать за Элизабет, у него вообще нет свободного времени. Я сама редко его вижу.
– Я знаю об этом, именно таким Клейтон необходим всем. – Виктория сразу же бросилась на его защиту. – Он рассказывал мне о людях, которых лечит в больнице. Они потеряли здоровье на производстве. Я не знаю, что бы они делали без него.
У Мэри появились веселые искорки в глазах.
– Я рада, что ты так считаешь. У людей высшего общества обычно нет сострадания к людям низшего класса. Мы с Клейтоном были когда-то бедными, поэтому легко понимаем проблемы рабочих. Наши родители потеряли состояние, но мы сами все вернули себе. Я думаю, Клейтон не забудет этого.
Мэри взглянула на брата, который стоял с Элизабет в противоположном конце комнаты. “Да, он был исключением во многих отношениях, – подумала она. – Но теперь появилась Виктория”.
* * *
– Разве это не чудесно, что Викторию так быстро и легко приняли, – спросил Клейтон Элизабет, когда поймал взгляд Мэри.
– Она собрала целую толпу вокруг себя. Я думаю, Виктория совершенно покорила нашу старую гвардию, – заметила Элизабет.
Она посмотрела на женщин, оживленно беседующих с Викторией. Некоторое недовольство появилось на ее хорошеньком личике, когда она увидела некогда робкую изготовительницу поздравлений смеющейся и, кажется, довольной собой. Даже Марта Брукс, казалось, была покорена Викторией, во всяком случае поток ее речи не иссякал.
– Это удивительно, – сказала Элизабет. – Кто бы мог подумать? Тем более, что в школе Виктория всегда отличалась безвкусицей.
– Я никогда не думал, что она была безвкусной, – раздраженно произнес Клейтон. – Знаешь, Элизабет, тебе стоило бы иногда сначала подумать, прежде чем что-то сказать. Виктория мой старый и хороший друг. Я часто думаю о ней.
Элизабет задумчиво посмотрела на него. Ее глаза сузились, а на лице появилась странная улыбка.
– Ты прав, Клейтон. Я должна извиниться. Ты действительно слишком много думаешь о ней, придется учитывать это.
Клейтон холодно улыбнулся ей и выпустил ее руку из своей.
– Так вот вы где, – симпатичный молодой человек улыбнулся Мэри. – Мне не терпится узнать, долго ли ты собираешься держать это чудесное создание около себя, или все же представишь гостью нам.
– Виктория, это мой кузен Филипп. У вас обоих есть что-то общее, – улыбнулась в ответ Мэри. – Виктория тоже имеет отношение к искусству.
– Вы рисуете? – спросил Филипп, не скрывая восхищения.
