знакомство с одним из предпринимателей, Иваном. Тот с семьей торговал мясом птицы, и Николай Игнатьевич стал его постоянным покупателем. Частенько, когда не было очереди, мужчины вели беседы на разные темы. Их отношения стали доверительными. Несколько раз, начав беседу в павильончике торговца, мужчины перебирались в рядом стоящее кафе «Наташа» и, здесь ответы на все вопросы находились намного быстрее.
Иван с зятем и дочерью были на месте. Торг шел оживленно. Хоть уже и было около одиннадцати – не утро, но базарный день привносил динамичность. Иван с семи утра, не приседая, был поглощен своей работой, поэтому на предложение Николая Игнатьевича зайти к Наташе и выпить по бокалу пива охотно согласился. Обычно предметы их обсуждений были настолько разными и непредсказуемыми, что предложенная пенсионером тема жизни рынка мгновенно была подхвачена Иваном. Тем более что базарная жизнь была уже родной для торговца. Ведомый вопросами Николая Ивановича, Иван рассказал следующее.
Федора он немного знал. Тот периодически посещал рынок, а что у него были за дела, точно никто не догадывался, так как местные серьезно его не воспринимали. Но базар существует, в том числе и для того, чтобы по нему ходили слухи. А слухи были такие. Федор появлялся здесь как посланник или представитель городского бизнесмена Васильева для различных грязных делишек, которые обсуждал с директором рынка Сергеем Ивановичем. Как правило, речь шла о закупках больших партий не очень качественного продовольственного товара по невысоким ценам. По другим слухам такая сделка, с полномочиями якобы от имени Васильева, была осуществлена всего один раз. В остальные приезды Федор ссылался на Васильева, но действовал самостоятельно. В последний раз ему удалось сбыть Сергею Ивановичу некачественного товара на очень большую сумму. Причем деньги он получил сразу, а товар должен был завозить частями. Такой была договоренность, гарантированная именем городского бизнесмена.
– Чтобы закрыть эту тему, скажу, что товар Сергей Иванович ждал бы до сих пор. Но он как-то связался с Васильевым и узнал всю правду. Федор с деньгами исчез, так и не произведя поставок, – закончил свой рассказ Иван.
– А на что способен был этот ваш рыночный босс в той ситуации? Мог ли пойти на убийство? – поинтересовался Руденко и услышал от собеседника:
– Сложно ответить. Он, скорее всего, нет, но у него под рукой есть мутные личности. И здесь, и в городе.
– Мотив! – думал Николай Иванович, расставшись с Иваном.
А как же второй, Корчинский? Если это рыночная мафия, то за что второго. Хотя эта пара могла действовать сообща. Интересно узнать, что нарыли по этому делу наши доблестные районные следаки. Спрашивать неудобно, да и вряд ли все расскажут. Может, предложить свои материалы? Впрочем, поработаю еще. Узнаю больше, тогда и встретимся с вами, пан Левченко, – закончил свои размышления пан Руденко.
Перед тем как идти домой, Николай Игнатьевич два раза обошел большую площадь – предрыночную стихийную автостоянку и доложил себе:
– Изношенных «Жигулей» с искомыми признаками не обнаружено…
В понедельник Руденко поехал к Малееву. Он знал его более-менее свободное время в рабочем графике, поэтому застал друга в его кабинете.
– Миша, привет. Удели другу, если не занят, десять минут. О личном пропускаем, поговорим на настоящей встрече, – сходу произнес Николай Игнатьевич.
– Разрешаю пятнадцать минут. Привет, друг, – ответил Малеев.
Очень коротко, сообщив прокурору свежие новости о своих расследованиях, районный детектив обратился к другу с просьбой:
– Я понимаю, что дело в производстве, понимаю, что прошу о запретном. Но очень хотелось бы узнать вкратце об убийстве Корчинского.
– Готовь мне дом по соседству в твоем поселке – меня уволят с работы из-за твоих просьб, – с иронией начал Малеев. – Ты бы не перебегал дорогу местным, хоть и уважают тебя. Будь осторожнее – все таки криминал. Раз настаиваешь, попробую помочь. Просьба ведь о поимке преступников, то есть о соблюдении законности, хоть и не очень законными методами. Если следаки знакомые – сведу тебя с ними, если нет, что-нибудь узнаю. Жди, позвоню, – закончил прокурор.
… Вечер только начинался. Сидя возле телевизора, Николай Игнатьевич почувствовал, что пора уже проведать Ирину Сергеевну. Очень было с ней уютно, интересно и спокойно. В шкафчике ждали свой час две кондитерские коробки – одна с подарочным натуральным зефиром и еще одна с сухим песочным тортом. В выборе съестных продуктов Николай Игнатьевич был немножко придирчиво-педантичный. В конце-концов ел то он все, но всегда старался выбирать натуральные продукты. Он с чувством ностальгии вспоминал детские и молодые годы, когда в магазинах, хоть и был дефицит по ряду продовольственных товаров, но то, что продавалось, было отменного качества. Какие были сладости, молочные продукты – масло, молоко, сметана… Он тогда еще был юношей и не употреблял «Московскую», «Столичную», но сейчас ему казалось, что те, с бескозыркой, были эталоном для сегодняшних спиртных напитков. Зефир и торт Николай Игнатьевич выбирал для визита к Ирине Сергеевне в местном супермаркете очень долго. Он раза три прошел вокруг стеллажей со сладостями, внимательно вычитывая состав продукта. Белок, клетчатка, жиры, пищевые кислоты, красители, консерванты, стабилизаторы…. Главное, чтобы было меньше или вообще не было всех этих Е2-Е4. Так, термином из шахмат, называл Николай Иванович все ненатуральне добавки в продуктах питания.
Ирина Сергеевна обрадовалась неожиданному приходу неожиданного гостя. Радость эта была видна в ее поведении и суете.
– Очень вовремя, Николай Игнатьевич. Я недавно с работы, задержалась. Сейчас будем ужинать, – воодушевленно произнесла она.
– Нет, нет, спасибо, Ирина Сергеевна. А от чая не откажусь, – сказал Николай Игнатьевич и тут же не отказался и от ужина. Тем более, что ужин оказался очень вкусным – салат из свежих помидоров с огурцами на свежем подсолнечном масле, куриная отбивная с тертым сыром и с гарниром – пюре-картофелем. Кроме того, на столике появилась, пусть и не полная, бутылка шампанского «Француский бульвар».
За ужином потекла беседа. Обо всем. Любая тема была обоим интересна. Ирине Сергеевне очень хотелось поделится свежим прочитанным, Николай Игнатьевич знал много интересного из жизненного опыта. Коснулись и насущних новостей. Не очень подробно Руденко высказался о ночном автомобиле и был в легком замешательстве, когда услышал от соседки подсказки-комментарии к своему расследованию.
– Николай Игнатьевич, можно поискать кого-нибудь с ночной электрички. Их, наверное, единицы – тех, кто прошел в ту ночь по пути убитого. Но, все-таки, есть какой-то шанс, что люди видели стоящий автомобиль. Далее, – продолжала «мисс Марпл», – знаю, что на железнодорожном переезде есть камеры наблюдения. Вполне возможно, что одна из них могла поймать момент подъезда автомобиля. Номер мы не увидим, но форму фар или
