Анастасия увидела легкий румянец на щеках Пандеи, когда пара обменялась интимным взглядом. Щеки Анастасии также покраснели, когда она увидела этот обмен, и она быстро посмотрела в сторону. Хотя она и провела последние шесть лет в Доме Ночи, сначала в роли недолетки, затем обучающейся жрицы, и сейчас профессора, она до сих пор находила их открытую сексуальность удивительной. Она часто думала, что бы подумала ее мама об этом матриархальном обществе. Приняла бы она все это, так же тихо и спокойно, как метку ее дочери и изменение? Или это было бы слишком для нее — слишком шокирующим — и стала бы она презирать их, как и большая часть их обычного мира?
— Мы смущаем тебя? — спросила Диана, в ее голосе сквозила улыбка.
Анастасия быстро перевела взгляд назад на свою Верховную Жрицу и ее супругу.
— О, боже, нет! — пробормотала она, и почувствовала, как краснеет, и что ее щеки становятся огненно красными. Она говорила, как ее мама — и осознание этого, пробудило в ней желание забраться под стол и исчезнуть.
Ты больше не застенчивая девочка Квакер, напомнила себе Анастасия с твердостью. Ты полностью изменившийся Вампир, профессор и жрица. Она подняла подбородок и попыталась выглядеть уверенной и зрелой.
Пандея улыбнулась ей доброй улыбкой и подняла один из трех хрустальных бокалов, которые она наполнила.
— Я хочу предложить тост. За твой успех, Анастасия, и за окончание твоих первых двух недель преподавания чар и ритуалов. Полюби Дом Ночи Тауэр Гроув, так же как мы любим его. — Верховная Жрица подняла руку, в которой не было кубка с вином. Она закрыла глаза, и Анастасия увидела, что ее губы беззвучно двигаются, и затем она сделала размашистый жест над букетом роз, как будто собирая их запах, а затем обмакнула свои пальцы в каждый кубок с вином. Анастасия с удивлением наблюдала, как зашипело вино в ее стакане, а затем, всего лишь на мгновение, из жидкости появился бутон розы прекрасной формы.
— Ох, богиня! Дух розы — ты заставила его появиться в нашем вине, — забормотала Анастасия.
— Пандея не заставляла дух розы появится. Дух — ее стихия. Наша Верховная Жрица озвучила небольшую просьбу в твою честь, молодая Анастасия, и роза с радостью согласилась, — объяснила Диана.
Анастасия глубоко вздохнула. — Все это. Она остановилась и посмотрела на стол, двух вампирш, их довольных кошек, и изысканную обстановку, окружающую их.
— Наполняет меня таким чувством, что мне кажется, мое сердце готово вырваться из моей груди! — затем она съежилась от смущения. — Простите меня. Я говорю как ребенок. Я просто имела в виду, что я благодарна, за возможность быть здесь — благодарна, что вы выбрали меня вашим профессором в Доме Ночи.
— Я поделюсь с тобой секретом. Анастасия. Стихия Пандеи — дух заставлял многих вампиров гораздо старше и опытнее тебя, чувствовать, что их сердце готово вырваться, — сказала Диана. — Только они были слишком изнуренными, чтобы признать это. Мне нравится твоя честность. Не потеряй ее с возрастом.
— Я постараюсь, — сказала Анастасия, и сделал быстрый глоток вина, пытаясь привести свои мысли в порядок — решить точно, как она откроет Пандеи и Диане истинную причину своего сегодняшнего прихода. Затем она пожалела, что пригубила вино. Оно, конечно же, было с добавление крови, и ее сила распространилась по ее телу, повышая ее нервозность и другие чувства.
— Мне тоже нравится твоя честность, — сказала Верховная Жрица Анастасии, потягивая вино, которое, казалось, совсем не влияет на нее. — Это была одной из причин, мы выбрали тебя, чтобы заполнить нашу вакансию, несмотря на то, что у тебя было всего лишь два года официального обучения чарам и заклинаниям. Тебе следует знать, что тебя очень хорошо рекомендовали в Доме Ночи Пенсильвании.
— Мой наставник был добрым, Жрица, — сказала Анастасия, возвращая свой кубок на стол.
— Я также припоминаю, что она сказала, что ты очень близка со стихией земли, — сказала Пандея. — Это другая причина, по которой я подумала, что ты подойдешь нашему Дому Ночи. На самом деле — это выход на запад. Здесь мистика и величие чудесной неприрученной земли приглашает нас к себе — я подумала, ты оценишь это.
— Я ценю, но я не заявляю, что моя стихия на самом деле земля, — объяснила Анастасия. — Я допускаю, что я чувствую сильную связь с землей и иногда, когда мне очень везет, земля дает мне немного своих сил.
Пандея кивнула и продолжила пить вино. — Ты знаешь, что многие жрицы не открыли свою настоящую стихию, не прослужив Богине десятки лет. Возможно, ты узнаешь, что земля, на самом деле, была дарована тебе как твоя стихия; ты все еще очень молода, Анастасия.
0Пожалуйста, не обижайся на мой вопрос, но, сколько на самом деле тебе лет? Ты выглядишь едва ли старше того возраста, когда дают метки, не говоря уже о том, чтобы пройти Изменения, — сказала Диана, смягчая свой грубый вопрос улыбкой.
— Диана! — Голос Пандеи был мягким, но в ее взгляде читалось неодобрение, когда она нахмурилась на свою красивую спутницу. — Я не приглашала Анастасию сюда, чтобы устроить ей допрос.
— Нет, я не возражаю против вопроса, Жрица. На самом деле, я привыкла к нему, — сказала она Пандеи. Затем она посмотрела на Диану.
Анастасия немного приподняла подбородок.
— Мне 22 года. Мой наставник в Пенсильвании сказала мне, она думает, что я самая молодая вампирша в Америке, которую назначили полноправным профессором. Это честь, которой я попытаюсь соответствовать, относясь усердно и серьезно к моим занятиям и моим студентам.
— Дочь, я не сомневаюсь, что ты усердная и серьезная. Но мне хотелось бы, чтобы ты оказалась верной земле также, — сказала Пандея.
— Верной земле? Простите меня, Жрица, я не поняла этой фразы.
— Быть верной земле означает принять все характеристики земли. Быть трепещущей как дикие растения, плодородной как поле пшеницы, чувственной как сад, наполненный спелыми персиками. Не просто чувствовать связь с землей; позволить ей наполнить себя чудесами.
— И помнить, что ты жрица вампиров и преподаватель. Тебе не нужно одеваться как зашуганная сельская училка, — добавила Диана.
— Я — я не хочу показаться легкомысленной, — призналась Анастасия, осматривая длинное в пол платье с высоким воротником, которое было на ней одето — и почувствовала отвращение — с ее приезда в Дом Ночи Тауэр Гроув и начала занятий две недели назад. — Я так близка по возрасту к моим студентам, что им иногда трудно вспомнить, что я преподаватель.
Пандея понимающе кивнула. — Простая истина заключается в том, что ты почти одного возраста со многими нашими недолетками. Мой совет — сделаем это преимуществом, а не недостатком в твоей битве.
