Его улыбка стала еще шире.
— Ты такая молодая. Я забыл. — Смотря на нее, он учтиво поклонился. — Анастасия, моя родная, моя жрица, Брайан Ланкфорд это тот, кого ты вызвала. Я это он.
Он коротко хмыкнул. — И меня никто не звал Брайаном кроме тебя уже долгое, долгое время.
— Я не хотела на самом деле вызвать тебя! И ты старый! — она проговорила и почувствовала, что краснеет. — Ну, я не имела ввиду старый старый. Я имле ввиду, ты старше недолетки. Ты вампир, прошедший Превращение. Не старый, хотя. — Анастасия очень сильно хотела провалиться под алтарь.
Смех Брайана был теплым и добродушным и очень живым.
— Ты просила меня настоящего, и вот, что ты получила. Моя родная, это тот, кем я стану в будущем, именно поэтому я, как ты сказала, старый и прошедший Превращение вампир. Этот недолетка позади меня — это я сегодня. Моложе, да, но также резкий и слишком уверенный в себе.
— Почему ты знаешь меня? Почему ты называешь меня ‘моя родная’?» И почему ты заставляешь мое сердце биться так, как будто оно взволнованная птичка готовая взлететь? Добавила она про себя, неспособная произнести это слова вслух.
Он сократил небольшое расстояние между ними и присел коло нее. Медленно, с трепетом, он коснулся ее лица. Она не могла почувствовать его руку, но у нее захватывало дыхание от его близости.
— Я знаю тебе, потому что ты моя родная, так же как и я твой. Анастасия, посмотри в мои глаза. Скажи мне правду, что ты видишь.
Ей пришлось сделать то, что он попросил. У нее не было выбора. Его взгляд заворожил ее, так же как и все остальное, касающееся этого вампира. Она уставилась ему в глаза и потерялась в том, что она там увидела: доброту и силу, честность и юмор, мудрость и любовь, абсолютную любовь. В его глазах Анастасия увидела все, что она хотела видеть в мужчине.
— Я вижу вампира, которого я могла бы полюбить, — сказала она не раздумывая. И затем быстро добавила, — Но ты Воин, это очевидно, и я не могу …
— Ты видишь вампира, которого ты любишь, — сказал он. Останавливая ее слова, он нагнулся вперед, взял ее лица в свои ладони и прижал свои губы к ее губам.
Анастасия не должна была что-либо почувствовать. Позже она проигрывала эту сцену вновь и вновь у себя в голове, пытаясь решить, как вызванный фантом мужчины смог заставить ее почувствовать так много, не имея возможности коснуться ее. Но затем все, что она могла делать, так это дрожать и сдерживать свое желание — настоящее или выдуманное, пронзившее ее тело.
— Оххххх, — выдохнула она слово, когда он медленно и с сожалением стал отдаляться от нее.
— Моя любовь, моя родная, я вампир и Воин. Я знаю, сейчас это кажется невозможным, но я полагаю, что чтобы стать тем, кем ты меня увидела — добрым и сильным, честным и забавным, мудрым и любящим мужчиной — мне нужна ты. Без тебя, без нас, я всего лишь сосуд для того, кем я должен быть; я дракон без человека. Только ты сможешь сделать мужчину сильнее дракона. Помни это, когда молодая, резкая, наглая версия меня попытается свести тебя с ума. — Он продолжил отдаляться от нее.
— Не уходи!
Его улыбка заполнила ее сердце.
— Я не ухожу. Я никогда не оставлю тебя по своей воле, моя родная. Я буду прямо здесь расти и учиться. — Он посмотрел назад на застывшую статую недолетки и усмехнулся, встретившись снова с ее взглядом. — Несмотря на то, что тебе будет трудно поверить в это иногда. Дай нам шанс, Анастасия. Будь терпелива со мной; мы стоим этого. Да, и не дай мне убить медведя. Он не причинит тебе вреда. Он, как и я, появился тут из-за того, что заклинание пошло немножко магически не так. Ни он, ни я, — он остановился и его глубокий голос стал нежнее, — ни даже мой молодой, нахальный образ ничего не мыслим плохого в эту ночь. И моя родная, моя любовь, я никому не позволю причинить тебе вред.
Когда он произносил последние слова, Анастасия почувствовала холодок, прошедший через ее тело. Как будто какой-то бог или богиня налили ей в вены ледяной воды. В то время как она дрожала от странной смеси плохого предчувствия и желания, взрослая версия Брайана Ланкфорда, его взгляд все еще сомкнутый с ее, отступил назад. Вспыхнул свет, когда он был поглощен молодой версией самого себя — которая сразу же начала двигаться снова.
Чувствуя себя, как будто ее только что смял один из локомотивов, груженных углем, которые колесили Америку, Анастасия смотрела на молодую копию вампира, чье бесплотное прикосновение она все еще ощущала на своем теле. Одной рукой он вытирал свои заплаканные глаза, а другой направлял меч на гигантского коричневого медведя, появившегося внезапно перед ним на задних ногах. Он был таким большим, что на мгновение Анастасия подумала, что он, как и взрослая версия Брайана Лэнкфорда, был всего лишь туманом и магией, дымом и тенями.
Затем медведь заревел, заставив воздух вокруг нее завибрировать, и Анастасия поняла, что это не было иллюзией.
Глаза Ланкфорда быстро прояснились, и он направился к существу с намерением убить его.
— Не навреди ему! — закричала Анастасия. — Медведь случайно попал сюда из-за моего заклинания — у него нет злых намерений.
Брайан отступил назад, избегая огромных когтей зверя. Анастасия видела, как он изучает медведя. — Ты точно знаешь, что это из-за магии? — спросил он, не отводя глаз от животного.
— Да! Я даю тебе мое слово, — сказала она.
Брайан быстро посмотрел на нее, и Анастасия почувствовала отблеск узнавания в этом взгляде. Затем недолетка моргнул и сказал, — Лучше бы тебе оказаться правой.
Анастасии пришлось сжать губы, чтобы не закричать на него: Твоя взрослая версия не сказала бы этого!
Она сомневалась, что он услышал бы ее крик. Он уже полностью сконцентрировался на медведи.
Большое существо нависло над мальчиком, но Брайан просто нагнулся, схватил ближайшую к нему свечу с алтаря и вытянул ее перед собой. Пламя красной свечи сияло словно факел.
— Ха! Уходи! — прокричал он голосом, в котором было больше власти, чем она когда либо ожидала услышать даже от вампира. Пока. — Уходи отсюда! Иди! Все это было случайностью; жрица не хотела вызывать тебя.
Медведь отшатнулся от яркости свечи, пыхтя и ревя. Брайан сделал шаг вперед. — Я сказал, уходи!
С огромным чувством облегчения Анастасия наблюдала, как животное опустилось на четыре лапы и, последний раз рыкнув на недолетку, потрусило к реке. Подчиняясь инстинктам, она вскочила на ноги и помчалась к Брайану.
— Хорошо, с тобой все в порядке; теперь ты в безопасности. Все под контролем…,-говорил он в то время, как она проигнорировала его и вытащила у него из руки все еще горящую красную свечу.
