Я достаточно быстро понимаю, что к чему и дело идет шустрее. Единственное, что сбивает все время – это практически постоянное ощущение, что Темный рассматривает меня, изучает. Хочется закрыться. Но светлые ведьмы не умеют противостоять Темным. Они вообще не умеют защищаться.
В какой-то момент кажется, что просто так смотреть на меня Рейнарду становится скучно. Он отправляет с поручением в лекарское крыло, потом в хозяйственный блок, потом в библиотеку и архив. Мне даже не удается сходить в столовую.
При этом моя работа каждый раз прерывается. Мне снова и снова приходится вникать в сортировку папок, что отнимает время.
Постепенно за окном темнеет. Я все чаще бросаю взгляд на часы и кусаю губы, понимая, что не успеваю.
– Вы куда-то спешите, мисс Антис? – наконец, спрашивает Темный, перехватив очередной мой взгляд на часы. – Может быть, вас кто-то ждет?
???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????– Да, профессор Силейн, – отвечаю я. – У меня все же есть жизнь вне работы. И профессор Барнс это понимал.
Его взгляд темнеет, а ноздри недовольно расширяются.
– И тот, кто ждет вас, так важен? – раздраженно интересуется Рейнард.
Я только киваю. Важен! Еще как важен. Но говорить об этом ректору я не собираюсь.
– Что ж, можете идти, – разрешает он. – Но из зарплаты у вас вычтут за сегодняшнее опоздание и недоделанную работу.
В голове всплывает куча нелестных эпитетов, которыми я готова наградить Темного, но сейчас время важнее. Я вскакиваю из-за стола и выбегаю из кабинета. Кажется, теперь я только бегом буду покидать этот ненавистный кабинет.
Ступеньки мелькают в полумраке ночных лестниц, тени от свечей скользят по стенам коридора и я, наконец, оказываюсь в своей комнате. Конечно, Варгус уже ушел. На кровати сидит заплаканный Аллан, который сразу же кидается мне на шею.
– Мамочка, мне было так страшно, – хлюпая носом жалуется он. – Я думал, ты не вернешься!
Прижимаю к себе хрупкое детское тельце и целую сына в мокрые щеки. Сердце готово разорваться на куски.
– Ну что ты, милый, я тебя никогда-никогда не оставлю, – шепчу я сыну, и он потихоньку успокаивается.
И никакое наказание больше не вынудит меня задержаться дольше положенного, сколько бы ректор ни рычал, ни возмущался. Этот тиран не имеет сердца, не умеет любить, в этом я уже убедилась. Но вредить моей и так с трудом налаженной жизни я не позволю!
Внезапно раздается стук в дверь. Хмурюсь, понимая, что Варгус вернуться не мог, а других в гости я не жду. Возможно, соседка о чем-то хочет попросить?
Аккуратно едва-едва приоткрываю дверь.
– Мне кажется, это ваше, – на пороге стоит Рейнард с горящим от раздражения взглядом и протягивает мне деревянный кулон брата в виде фигурки дракона.
Я сразу же проверяю грудь, понимая, что потеряла его. Протягиваю руку, чтобы взять кулон, но Рейнард пользуется моей растерянностью и распахивает дверь, жадно скользя по комнате глазами в поисках чего-то. Или кого-то?
Испуганный вскрик вырывается из моей груди. Я прижимаю к себе Аллана, пытаясь скрыть его за собой.
– Мамочка, а кто этот дядя?
Глава 6. Кофе
Темный замирает с каменным лицом, а потом хмурится, глядя на Аллана. Я неосознанно пытаюсь прижать к себе сына, но он вырывается и с интересом рассматривает Рейнарда. Немая сцена затягивается, пока Аллан со всей своей наивностью не выдает:
– А этот тот самый строгий и вредный начальник? – выдает сын, а я теряю дар речи.
Бровь ректора ползет вверх, а в глазах появляется искренняя заинтересованность.
– Профессор Силейн, спасибо за то, что нашли дорогую мне вещь, – сказала я, глядя в лицо инквизитору. – Сейчас Аллану пора спать.
Конечно, для него не секрет, какого я о нем мнения последние пять лет. Ничего нового мой сын ему не сказал.
– Привет, Аллан, – игнорируя мои слова, Темный наклоняется к моему сыну. – Меня зовут дядя Рейнард. И ты прав, я начальник твоей мамы. А сколько тебе лет?
Он протягивает руку Аллану, а тот с удивительно открытой улыбкой пожимает ее. Сетую на то, что дракон дракона слишком хорошо чувствует. А у Аллана ипостась уже сейчас порой прорывается. Слишком рано, но чего ждать с таким неугомонным папой, как у него?
– Пять! Я уже взрослый! – моментально отвечает Аллан.
Взгляд Темного становится чернее ночи. Он смотрит уже не на сына, а на меня. Сжимаю в руке кулон и снова напоминаю Рейнарду, что время позднее.
– Господин ректор, – я заступаю перед Темным. – Спокойной ночи!
Он поднимается, скользя взглядом по моему телу, ухмыляется недобро и тоже желает доброй ночи. Только доброго ничего в этом пожелании нет.
Аллан еще некоторое время заваливает меня вопросами о Рейнарде. Я от этого чуть ли не скриплю зубами, душу в себе обиду и боль и даю волю слезам, только когда Аллан спит. Я плачу полночи, обещая себе, что больше не буду идти на поводу у Темного, чем бы он мне ни грозил. Хочет увольнять – флаг ему в руки и барабан на шею!
Утро начинается с неторопливых сборов, уговоров Аллана посидеть с Варгусом и готовности к выговору от Рейнарда. Поэтому, когда я вхожу в кабинет ректора, очень удивляюсь, что он даже не смотрит на меня. Просто кивает с невнятным “доброе утро”, а я сажусь доделывать то, что не успела вечером.
Вроде бы я должна расслабиться, ведь от него не было ни одной придирки. Но это напрягало еще больше. Темный не мог спустить мне это с рук. Он точно что-то задумал…
Еще бы понять, что. Я ожидала долгого отчитывания, что я, такая нехорошая, притащила в академию ребенка. Учитывая реакцию Рейнарда, профессор Барнс не рассказал ему. Правильно, это не совсем соответствует уставу, а бывший ректор просто пошел мне навстречу.
Но Рейнард – Темный. Он может не простить. Но он молчит и погружен в документы. Бумаги в его руках тихо шелестят. А вот я постоянно поглядываю на него. На его сосредоточенный профиль, словно высеченный из камня. На то, как взгляд его пронзительных зеленых глаз скользит по документам. На то, как он потирает в задумчивости широкий четко очерченный подбородок.
Он перехватывает мой взгляд и ехидно улыбается. А я себя одергиваю и злюсь.
О чем я вообще думаю? Он, конечно, одарен внешностью, но лишен сердца. И об этом забывать нельзя ни на минуту. Иначе снова будет больно.
Раздается стук в дверь, ректор переводит взгляд на меня, ожидая, что я сразу подскочу и побегу открывать дверь. Очень интересно. А секретарша ему для чего?
Я подрываюсь подняться, но ручка опускается, и в кабинет буквально вплывает немолодая строгая брюнетка с расправленными плечами и гордо поднятым подбородком.
– Мисс Антис, – я аж подпрыгиваю от властности в голосе Темного. – Знакомьтесь, это леди Корнуэлл – высококвалифицированная няня. Она будет присматривать за вашим… сыном.
Он делает паузу перед последним словом, будто оно
