дается ему с трудом, и сцепляет зубы. Чувствую выброс темной магии и радуюсь, что я далеко.
– В ближайшее время мне нужно будет, чтобы вы были рядом со мной, – продолжает он, и его легкая ухмылка делает фразу двусмысленной. – Но это небезопасно для вашего ребенка.
Я в шоке медленно встаю. С какой стати он решил, что может распоряжаться мной, моим временем и моим сыном?
– Профессор Силейн, – твердо говорю я. – К сожалению, я не имею возможности оплачивать услуги няни. Я обязательно найду студентку, которая будет готова за небольшую оплату сидеть с Алланом.
Меня окатывает пронзительным взглядом, который явно недоволен моим отказом.
– Считайте, что это забота академии, – говорит он. – Леди Корнуэлл, можете идти. Мисс Пуфти вас проводит к ребенку.
– Стойте, так же нельзя! – возмущаюсь я и кидаюсь за новоявленной няней.
– Мисс Антис, я вас не отпускал! – рычит ректор, а я замираю на месте. – Мне нужны документы на мальчика, чтобы я мог его оформить.
Я медленно поворачиваюсь к нему и прищурившись испепеляю его взглядом. О документах я, конечно, позаботилась. Было сложно, мне пришлось тогда продать наш семейный дом, чтобы достать такие бумаги, к которым никто бы не прикопался.
Но я очень не хочу показывать их Рейнарду. Не хочу, чтобы он приближался к нашей семье. Близость инквизитора слишком опасна для Аллана. Даже если этот инквизитор сам – дракон.
– Сегодня же вечером занесете мне все бумаги, – приказывает ректор и встает, облокачиваясь на столешницу. – Вы меня поняли?
– Иначе? – провоцирую его я.
– Я буду считать, что вы его украли, – отрезает ректор. – Вам сказать, что тогда будет?
Душа уходит в пятки. Я смотрю на него с ненавистью и неосознанно касаюсь шрама на ладони.
Спокойно, Лейра. Теперь ты уже не доверяешь ему. Что бы он ни сделал, как бы хорошо это ни выглядело со стороны – во всем выгода для Темного.
Часы бьют полдень, по кабинету разливается механическая переливистая мелодия.
– Обед, господин ректор, – наивно улыбаясь, говорю я. – Приятного вам аппетита.
Рейнард пристально напряженно смотрит, но молчит. Я выхожу из кабинета с победной улыбкой. Да, я знаю, что он может потребовать остаться.
???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????А еще я знаю, что мой контракт гарантирует мне свободное время на обед и учебу. Мне случайно среди папок попался мой собственный договор. И уж теперь-то я его очень подробно изучила.
После того как я навещаю Аллана и убеждаюсь, что с ним все в порядке: он накормлен и уже даже спит, я спускаюсь в столовую.
Там, как обычно, аншлаг. Студенты пихаются по пять-шесть человек за столики, рассчитанные на четверых, но места все равно не хватает. Гул и гомон стоит такой, что даже сидя рядом с соседом, трудно его услышать, если он не говорит тебе на самое ухо.
Но я уже привыкла – за годы студенчества и не к такому привыкнешь. У нас с Варгусом уже даже появился излюбленный столик. Как раз у панорамного окна. Так что летом там можно смотреть на зеленый сад, а зимой – на круговорот падающих снежинок.
Варгус уже ждет меня и радостно машет мне рукой. С простой столовской едой и чашкой горячего черного кофе я присоединяюсь к приятелю.
– Меня выгнала мадам-доска, – ухмыляется он. – А ведь мы с Алланом так классно играли в полеты.
– Хоть бы ты немного рассказал ему, что драконы – это не только сила, но и великая ответственность, – тяжело вздохнула я.
– Брось, Лей, – отмахивается друг. – К моменту его первого перевоплощения мы уже придумаем зелье для длительного подавления.
Я снова вздыхаю, но не решаюсь признаться ему, что первые предвестники оборота уже появились. Но в пять лет их еще не должно быть.
– Кстати, с этой леди Аллан очень охотно остался, и когда я выходил, он уже забалтывал ее рассказами о драконах. Удивлен, что ректор решил тебе так помочь. После нашей вчерашней встречи я думал, что он зверь!
Ухмыляюсь, понимая, насколько Варгус близок к правде.
– Все ты правильно думал. Он бессердечный озлобленный зверь, как и все инквизиторы. Нет в нем ни души, ни доброты, – взяв в руку кофе, возмутилась я. – Я бы не хотела его знать никогда!
Распаляясь все больше, я поздно замечаю, что приятель смотрит куда-то поверх меня. Я резко поворачиваюсь и случайно выплескиваю всю чашку кофе на светлый камзол Темного.
Глава 7. Поручение Темного
Сталкиваюсь с закипающим взглядом Рейнарда.
Ох, сколько он слышал? Горячо ли ему? Что теперь будет?
Резко отворачиваюсь и надеюсь стать незаметной. По обе стороны от меня опускаются большие ладони, а ректор склоняется ко мне, обдавая меня своим терпким запахом.
– Мисс Антис, – рычит Рейнард мне на ухо, – в мой кабинет, живо!
Я еле-еле отрываю взгляд от длинных пальцев ректора, и вижу, как мужчины снова сверлят друг друга глазами. Варгус сжимает кулаки. Руки Рейнарда, заключающие меня в ловушку, напрягаются. Чувствую, как накаляется ситуация.
И все из-за какого-то дурацкого кофе и моей несдержанности. С другой стороны, нечего так подкрадываться ко мне! И пусть теперь не сетует, что нелицеприятные вещи о себе услышал. Я бы и больше могла ему высказать.
– Вы плохо расслышали? – чуть повышает голос Темный. – Ваш обеденный перерыв закончен, у меня к вам есть неотложное дело.
– Вы мне мешаете встать, профессор Силейн, – краснея говорю я.
Просто потому, что слишком ярко себе представляю, как пытаюсь встать и врезаюсь в его каменное тело Рейнарда. Это вызывает трепет в груди и волну негодования. Он просто не имеет права так со мной обращаться. Когда-то я подпустила его близко к себе, даже не подумав защищаться. Урок усвоен.
Темный нехотя поднимается и дожидается, когда я встану из-за стола. Я киваю Варгусу, беру свой поднос и намеренно не торопясь отношу его в мойку. Ректор ждет меня у дверей и не спускает глаз, наблюдая, как я петляю между столами.
Его внимание ко мне не укрывается от студентов и преподавателей. Как же мне нравилось время, когда тема появления у меня, тогда еще студентки, ребенка, уже перестала быть актуальной, а вопрос моего трудоустройства еще не всплыл. Меня будто не замечали, и меня это устраивало.
Темный будто случайно проводит рукой по моей талии, провожая меня в дверь. Это прикосновение кажется обжигающим. И жутко раздражает. Чувствую, как краснеют кончики ушей. Хочется высказать все прямо тут и прямо сразу, но он же ректор. Стискиваю зубы и терплю до кабинета.
В приемной секретарша провожает меня едким взглядом. Между лопаток пробегает холодок. Похоже, ей вообще не понравилось, что ее отправили провожать няню до моей комнаты. Возникает стойкое ощущение, что она уже примеряется, как же мне испортить жизнь.
Темный, кажется, вообще не замечает присутствия в приемной кого-то еще. Он открывает передо мной дверь кабинета и буквально впихивает внутрь. Достаточно грубо и нетерпеливо подталкивает в
